«Непрощенный» Сарика Андреасяна: душераздирающая драма с Дмитрием Нагиевым, которая часто кажется комедией

В прокат вышла картина Сарика Андреасяна «Непрощенный», основанная на реальных событиях. Фильм рассказывает историю Виталия Калоева, убившего авиадиспетчера Петера Нильсена. Калоев считал Нильсена виновным в авиакатастрофе над Боденским озером, в которой погибла вся его семья. По мнению кинокритика «Медузы» Антона Долина, «Непрощенный» скорее напоминает пародию на фильмы об отмщении, нежели им является.

Нет ничего удивительного в очередном повороте карьеры Сарика Андреасяна. Режиссер — последовательный пропагандист «доброго кино», ненавидимый многими критиками и любимый зрителями, — давно доказал свою уникальную амбициозность. Это 15-я картина 34-летнего автора; примерно столько же он спродюсировал. Начав как комедиограф, он быстро переключился на иные жанры и формы: боевик («Ограбление по-американски»), антиутопия («Мафия»), фильм-катастрофа («Землетрясение»), супергеройский кинокомикс («Защитники»), романтическая драма («Любовь в городе ангелов»). Дошла очередь и до трагедии по реальным событиям. С «Непрощенным» Андреасян, уже взявший штурмом несколько фестивалей, явно метил куда-то в сторону «Оскара». Возможно, промахнулся, но его это с толку не собьет.

Удивительно другое. С каждым следующим экспериментом находятся легковерные идеалисты, которые искренне надеются: уж на этот раз у него наверняка получится. Смириться с несложным тезисом о том, что амбиции не всегда гарантируют талант, им так же трудно, как самому Андреасяну.

«Непрощенный» повествует душераздирающую историю инженера-строителя Виталия Калоева, чья семья — жена и двое детей — погибла в авиакатастрофе над Боденским озером. Он долго искал справедливости и в результате жестоко убил — видимо, в состоянии аффекта — швейцарского авиадиспетчера Петера Нильсена, которого считал виновным в случившемся. Калоев был осужден и выпущен из тюрьмы досрочно, после чего вернулся на родину. Этот красивый и страшный сюжет в 2002-2004 годах удерживал внимание журналистов не только в России, но и по всему миру.

Неблагодарное дело — догадываться, что было на уме у режиссера, когда он брался за этот проект. Пожалуй, не будем подозревать дурного. Допустим, Андреасян действительно хотел сделать эффектную драму о горе и отмщении. В том ли дело, что ничего подобного он раньше не снимал, в том ли, что решил воспользоваться предполагаемыми рецептами от лучших мастеров жанра, но больше всего «Непрощенный» напоминает пародию. Очень смешную, смешнее большинства андреасяновских комедий.

Каждый из персонажей — ходячее собрание штампов, причем даже не кинематографических, а сериальных, примерно двадцатилетней давности. Сам Калоев — настоящий мужик с большой буквы. Герой Дмитрия Нагиева, для которого это тоже дебют в специфическом, ко многому обязывающем жанре, ступает твердо и говорит немногословно, с трудноопределимым акцентом, немного похожим на белорусский. Дочь Калоева красуется в короне (поскольку считает себя принцессой) и с пушистым котиком, который впоследствии бесследно исчезает, — этому удивляется даже главный герой. Сын любит шахматы и динозавров, поэтому отец дарит ему шахматы в форме динозавров. Жена смотрит на Калоева с ласковой укоризной задолго до своей гибели — и, тем более, после: семья постоянно возвращается к убитому горем инженеру в виде призраков. Все это сопровождает не замолкающая ни на секунду чудовищно шаблонная и очень громкая симфоническая, а местами органная музыка (композитор Марк Дорбский — его имя стоит запомнить, чтобы отныне избегать).

Мир постсоветской России ласков и уютен. Зря инженер повелся на выгодное предложение и полетел в Барселону работать (Андреасян его примеру следовать не стал: пару трехсекундных планов Барселоны явно сняли нелегально, не на айфон ли?). Там, за бугром, царит мир чистогана. А хороших людей мало. Даже компенсации родственникам жертв трагедии проклятые капиталисты стараются выплатить поменьше, торгуются, как на рынке. Но лучше заплатить, чем «извиняться перед этими русскими» (цитата). При этом в знойной Испании иностранцев играют по преимуществу блондины со славянскими чертами лиц. Большинство артистов в фильме явно россияне, хотя нередко изъясняются друг с другом по-английски — в том случае, если действие происходит в Испании, Германии или Швейцарии. Роль злодейского диспетчера досталась белобрысому и брутальному литовцу Андрюсу Паулавичюсу; видимо, советская традиция брать на роли «фашистов» прибалтов по-прежнему жива в душе Андреасяна.

Придется сравнить «Непрощенного» с посредственным фильмом «Последствия» (2017), снятым по мотивам тех же событий Эллиотом Лестером с Арнольдом Шварценеггером в главной роли. Нельзя не признать, что в сломленном горем гиганте Шварценеггере было определенное величие, не до конца испорченное тривиальным сценарием и унылой режиссурой. «Последствия» были намеком на моральную притчу о прощении: диспетчер становился заложником обстоятельств, его тоже было жалко, а в финале его сын прощал убийцу отца. Андреасян не таков. Его картина — пылкая речь в защиту Калоева и его права на месть бездуховным европейцам, угробившим десятки человек и ничуть из-за этого не переживающим. Нильсен выглядит собирательной фигурой. Как, собственно, и Калоев, воплощающий суровый патриархальный дух России, не испорченный западной политкорректностью и гнилым гуманизмом.

На все это можно было бы смотреть почти без негативных эмоций, если бы не одно обстоятельство. Троянским конем «Непрощенного» оказался Дмитрий Нагиев. В мотивах Андреасяна еще можно посомневаться, мотивы Нагиева прозрачны: взрослому и популярному актеру, естественно, хочется избавиться от комического амплуа прапорщика Задова, физрука Фомы и ресторатора из «Кухни», сыграв большую серьезную роль. Виноват ли в этом артист, сказать трудно (как правило, артисты не виноваты, только режиссеры), но при виде экранного Калоева трудно сдержать смех. Его напряженная и комически-преувеличенная мимика — особенно складка между бровей и один полуприщуренный глаз, его анекдотическая и явно приклеенная борода, его сдавленные интонации настолько выламываются из традиции причитающегося подобной картине психологического реализма, что вызывают непроизвольную реакцию. Она разрушает все эффекты, на которые рассчитывал постановщик: даже наяривающие за кадром скрипки не спасают ситуацию.

Единственный по-настоящему интригующий момент в этом предсказуемом фильме — его название. Что значит «Непрощенный»? Так можно было бы назвать фильм со Шварценеггером — его герой не смог простить себя за содеянное, был сломлен собственным преступлением; для андреасяновского Калоева убийство — счастливый миг возмездия, хотя бы суррогатной справедливости. Логичнее было бы назвать картину «Не простивший». Наверное, «Непрощенный» просто звучало эффектнее.

Антон Долин