Кандидат от ФСО

Почему врио губернатора Астраханской области стал выходец из спецслужб

Есть такая традиция: осенью Владимир Путин перетряхивает мешок с губернаторами, сильно озадачивая тех, кто почему-то до сих пор ищет в его действиях хоть какую-нибудь логику. Нынешний сентябрь — не исключение: Кокова (Юрия) в Кабардино-Балкарии поменяли на другого Кокова (Казбека), Олега Кожемяко перебросили с Сахалина во Владивосток, а в Астрахани Александра Жилкина сменил Сергей Морозов. И на этот раз определенная логика в кадровых решениях президента как раз просматривается: провалы ставленников власти в Приморье, Владимире, Хабаровске и Хакасии меняют правила политической игры. Все — сами кандидаты, местная знать, рядовые жители, политические эксперты уже привыкли: губернаторские выборы — это просто другое название для процедуры назначения главы региона. Кандидат Кремля выигрывает всегда (ну, почти всегда, чтобы пересчитать исключительные случаи, хватит пальцев на руке невнимательного фрезеровщика). Кого Путин благословит — тот и губернатор.

Но пенсионная реформа смешала карты, а скандал с фальсификацией результатов в Приморье запустил цепную реакцию. Андрея Тарасенко в Приморье Путин назначил, а потом перед вторым туром еще и поддержал лично в ходе Восточного экономического форума, прямо намекнув, что выборы — формальность, и думать стоит о работе после выборов, но вместо триумфа получился грандиозный позор.

По слухам из администрации президента, все только начинается: еще не менее десятка действующих губернаторов до конца года потеряют свои посты

Пилотные регионы

Люди на местах, как выяснилось, готовы голосовать буквально за кого угодно, лишь бы только продемонстрировать свое отношение к действующей власти, ее начинаниям и ее представителям. Муниципальный фильтр перестает работать: теперь, оказывается, мало окружить правильного кандидата соперниками без имен и лиц. Это уже не гарантия победы.

К выборам, оказывается, надо готовиться заранее, а кандидатов подбирать со всей возможной тщательностью. Такое вот неприятное для Кремля открытие. По слухам из администрации президента, все только начинается: еще не менее десятка действующих губернаторов до конца года потеряют свои посты. А по первым назначениям можно судить о принципах новой кадровой политики.

Выбор регионов не случаен. Приморье теперь — главная болевая точка для Москвы, место, с которого начались незапланированные скандалы. Олег Кожемяко, во-первых, родом оттуда, во-вторых, политик с опытом — успел поработать губернатором в Корякском автономном округе, в Амурской области и на Сахалине. Кстати, это рекорд —теперь он врио губернатора Приморья, а прежде ни один политик не работал губернатором в четырех разных субъектах. Кожемяко проигрывал выборы (не стал губернатором Камчатки в 2004-м) и выигрывал выборы (на Сахалине в 2015-м). Фигурантом громких коррупционных скандалов, несмотря на обширный послужной список, не был.

В Кабардино-Балкарии случилось что-то вроде небольшой гражданской войны, а глава республики Юрий Коков ни нашел ни сил, чтобы разобраться с происходящим, ни даже достойных слов, чтобы как-то происходящее оценить. Это и стало концом карьеры. Казбек Коков Юрию не родственник, зато происходит из уважаемой семьи – его отец Валерий Коков руководил республикой 13 лет, с 1992-го по 2005-й.

И совсем особый случай — Астрахань. Александр Жилкин сидел в губернаторах с 2004 года и, похоже, Кремль устраивал. Но в последние годы у него начались серьезные ссоры с силовиками. Сели — не в уютные кресла, а в тюрьму, — несколько членов его правительства, погоревшие, естественно, на коррупции. Некоторые дела — совсем анекдотические: министр социального развития Екатерина Лукьяненко, например, собирала с директоров подведомственных учреждений дань на 8 марта и прочие праздники — по 20 тыс руб с носа. Итог — 4 года колонии и штраф в 52 млн руб.

Область к числу процветающих явно не относится, Жилкин в рейтинге эффективности губернаторов застрял в районе восьмидесятого места. Его отставки давно ждали, но не случись череды провалов на губернаторских выборах-2018, Жилкин, вполне возможно, сохранил бы свой пост: пустили ведь в Хакасии на выборы Виктора Зимина, у которого похожая ситуация, и только после катастрофы в первом туре разыграли «добровольную отставку». Жилкин, кстати, тоже сам попросился на другую работу. Устал.

Расчет понятен: опытный силовик с московскими связями, выходец из грозной спецслужбы, — это единственный вариант, при котором можно спокойно добивать команду предыдущего губернатора

Охранник в губернаторах

У его преемника Сергея Морозова никакого политического опыта нет вообще, зато есть другие достоинства. По данным портала Ленинградской области 47 news, он из питерских (хотя родился в Кемерово) : в конце 1990-х работал в охране тогда губернатора Санкт-Петербурга Владимира Яковлева, но в 2003-м переехал в Москву и вошел в охрану президента. Постепенно стал «личником» и получил звание генерала ФСО. Потом перешел на работу в Министерство обороны — приглядывать за министром Сергеем Шойгу, где был его помощником до сентября 2017 года. Дальше — седьмой заместитель главы Федеральной таможенной службы Владимира Булавина, генерала ФСБ. Там Морозов приобрел важного покровителя в лице тоже, естественно, генерала ФСБ, 53-летнего Анатолия Серышева, который в июне 2018 года стал помощником Путина по кадровым вопросам.

К Астрахани Морозов отношения не имеет, но в первом же интервью в качестве врио не без гордости отметил, что бывал в городе несколько раз.

Да и вообще взял с места в карьер: сразу же принялся проводить совещания, раздавать обещания, изображать бурную деятельность. Поставил в церкви свечку за процветание Астрахани. На лацкан пиджака наколол значок с гербом области – на эту деталь обратили внимание все федеральные каналы, значок должен доказать астраханцам, что охранник, закончивший в Ленинграде речное училище и физкультурный институт, в одночасье стал патриотом волжского города.

Это, кстати, специфика нового политического цикла — кампанию приходится начинать за год до выборов, риск, что не все пойдет гладко в следующем сентябре очень велик.

Расчет понятен: опытный силовик с московскими связями, выходец из грозной спецслужбы, — это единственный вариант, при котором можно спокойно добивать команду предыдущего губернатора. Местные силовики продолжат начатое, а жителям покажут «эффективную борьбу с коррупцией». И те, и другие должны остаться довольны.

Есть, правда, в таком решении свои риски. Морозов – не первый человек из ФСО, ставший губернатором. И если в Туле бывший личный охранник Путина Алексей Дюмин как-то с задачами политика и хозяйственника справляется, то его коллеге Евгению Зиничеву в Калининграде повезло куда меньше: он боялся публичных мероприятий, совершенно не умел говорить, а на одной из пресс-конференций просто убежал от журналистов (действо длилось меньше минуты). Зиничев не продержался и трех месяцев. Пришлось переводить на более привычную работу – сначала в ФСБ, потом в МЧС. Гарантий, что астраханский «федерал» окажется более успешным политиком — никаких.

А новая ситуация требует как раз политиков. И в этом – главная проблема Кремля в предстоящем избирательном цикле. Можно как угодно тасовать колоду, переводить с места на место начальников, которые хотя бы оскандалиться по-крупному не успели (для наших государственных мужей это ведь уже достоинство), или затыкать дыры выходцами из спецслужб, которым президент по понятным причинам доверяет больше, чем любым другим кандидатам. Но политиков не бывает без реальной политической конкуренции, а на реальную конкуренцию (за счет отмены муниципального фильтра, например), власть как раз-таки и не может решиться.

Да и как решишься, увидев со всей возможной наглядностью, что народ теперь голосует не «за», а «против». Не за номинальных конкурентов власти, честно отрабатывающих свои номера в рамках постановочной демократии, а против власти и ее социальной политики.

Только и остается, что производить в градоначальники отставных охранников. Вроде бы, и много в России охранников, а все равно скамейка запасных получается короткая.

Кстати, на Волге, в Ульяновске, есть уже губернатор Сергей Морозов. Давно сидит в своем кресле. Как бы их путать не начали.