Ракетный вопрос в бесполярном мире

США заявили о решении выйти из Договора о ликвидации ракет средней и меньшей дальности, однако Москва пока не считает предпочтительным ликвидацию прежнего договора без наметок на заключение нового. В то же время Китай резко отреагировал на слова Трампа от намерении отказаться от договора.

Договор о ликвидации ракет средней и меньшей дальности (ДЛРСМД) имеет недостатки, однако Россия не считает правильным отбрасывать его, не имея наметок для нового договора в этом сфере. Как сообщает информационное агентство РИА Новости, об этом журналистам заявил пресс-секретарь президента Дмитрий Песков. По его словам, Москва ждет от Вашингтона более детальных разъяснений.

Хуа ЧуньинFriends of Europe/Wikimedia Commons

Между тем Пекин резко отреагировал на слова президента США Дональда Трампа о том, что договор имеет отношение к Китаю. «ДРСМД, подписанный США и СССР, является двусторонним соглашением. А теперь США, в одностороннем порядке отказываясь от него, говорят о других странах. Смысл таких высказываний постичь сложно», – подчеркнула в беседе с журналистом информационного агентства ТАСС официальный представитель МИД КНР Хуа Чуньин.

Павел Салин

О том, какие последствия может иметь выход США из договора и при каких условиях мог бы быть заключен новый аналогичный, а также о том, почему президент США Дональд Трамп говорил в этом контексте о Китае и чего рассчитывал достичь, с «Полит.ру» поговорил Павел Салин, директор Центра политологических исследований Финансового университета при правительстве РФ.

«Во-первых, следует понимать, что официально процедура расторжения договора еще не запущена. Но с высокой степенью вероятности она все-таки будет запущена Соединенными Штатами. Что касается доводов за и против сохранения договора, то существуют и те, и другие.

Логика Соединенных Штатов не лишена смысла: действительно, Договор заключался в исторический период, когда теми классами вооружений, которые запрещает этот договор, владели только две страны – СССР и Соединенные Штаты. Они договорились от этих вооружений избавиться – и избавились. Сейчас же ситуация иная – фактически налицо дискриминация.

Россия и США теперь не могут иметь подобные вооружения, а сразу несколько стран в мире имеют такую возможность. Причем значительная часть из них находится в Азиатско-Тихоокеанском регионе – это и Китай, и Корея, и Пакистан. И Соединенные Штаты, которые переносят центр своей политики в Азиатско-Тихоокеанский регион, конечно же, этим обеспокоены. Россия, как держава, граничащая с Азиатско-Тихоокеанским регионом, имеющая выход в регион, не может не понимать, что для нее в связи с этим также возникают определенные риски.

Таковы аргументы против сохранения договора, но есть и большой аргумента за: в свое время этот договор заключался затем, чтобы способствовать процессу деэскалации напряженности в Европе. Как только он был заключен, уровень военного присутствия обеих стран и напряженности в Европе в целом снизил. А выход из этого договора, его ликвидация, откат от него может способствовать эскалации напряженности в Европе. Условно говоря, США получат возможность размещать свои вооружения этого класса в Европе.

Американские военные инспекторы на ликвидации ракет РСД-10. Россия , Читинская область. 1988г.А. Зубцов/RIA Novosti

В свое время заключение этого договора было выгодно скорее Советскому Союзу, чем США. Те ракеты, которые размещались Соединенными Штатами в Европе, могли поразить практически любую точку СССР. А вот у ракет, которые размещались Советским Союзом, такие возможности были ограничены, они могли угрожать только Европе. Так что, по большому счету, если произойдет отказ от этого договора, можно ожидать серьезный виток эскалации вооружений в Европе.

Вопрос в том, пойдут ли на это США и будет ли у России чисто экономическая возможность отвечать на это. А стратегическая цель Соединенных Штатов – действительно сделать так, чтобы этот договор (или тот, который придет ему на смену) стал юридически обязательным для всех тех игроков, которые обладают данными классами вооружений. И тут в первую очередь имеется в виду Китай.

Однако еще большой вопрос, как побудить эти страны присоединиться к прежнему договору или заключить новый. Некогда большим стимулом для витка разоружения, который стартовал в 1970-е годы, стал Карибский кризис 1960-х годов, когда элиты обеих стран осознали, что еще чуть-чуть – и они бы друг друга уничтожили. И это стало достаточно серьезным толчком для того, чтобы заключать разного рода соглашения, одним из которых и стал договор о ракетах средней и меньшей дальности.

А у тех стран, которые сейчас обладают этим оружием, нет такой прививки. Так что я, честно говоря, не вижу стимулов, которые могли бы побудить их в этом участвовать. Кто может воздействовать на Китай? Мы видим, что Соединенные Штаты находятся с ним в состоянии торговой войны, и воздействовать на него позитивно они никак не могут.

Никита Сергеевич Хрущeв и Джон Кеннади в Вене. 1961г.Photograph from the U. S. Department of State in the John F. Kennedy Presidential Library and Museum

Вообще ДРСМД – это реальность биполярного мира, когда он был поделен на два лагеря, и каждый из них был представлен либо Вашингтоном, либо Москвой. Если Москва обещала что-то сделать, она обещала, что эти обязательства будут выполняться на всей контролируемой ею территории, не только на ее собственной территории, но и на всей территории советского лагеря. Соединенные Штаты, соответственно, брали аналогичные обязательства по капиталистическому лагерю.

А сейчас система полярного мира – неважно, сколько в нем полюсов – распадается. Больше нет классических «сфер влияния» и классических сателлитов, которые существовали в ХХ веке и даже начале XXI века. В это заключается большая проблема. Поэтому вопрос не только в том, как повлиять на страны Азиатско-Тихоокеанского региона, но и в том, действует ли вообще вся система договоров и институтов международных отношений ХХ века в реалиях нового бесполярного мира.

Контуры этого мира нарисовались в 2010-е годы, а в 2020-е он только укрепится. И он не однополярный, не многополярный – он бесполярный, фактически. Со странами, которых можно охарактеризовать как «свободных игроков», которые заключают ситуативные, а не стратегические альянсы в зависимости от своих конкретных интересов.

Заинтересован ли при этом Китай в том, чтобы иметь подобные ракеты, не будучи связанным договором на их счет? Естественно, заинтересован. И Корея заинтересована – все те страны, которые имеют эти ракеты, заинтересованы. Северокорейскому режиму, например, это дает гарантии выживания, гарантии от внешнего вмешательства. Китаю это дает дополнительные козыри на случай «горячего» конфликта с соседями или Соединенными Штатами.

Владимир Путин с Председателем КНР Си Цзиньпиномkremlin.ru

В свое время в подобном классе вооружений были так же заинтересованы и Советский Союз, и США. Но у них был Карибский кризис, который сделал им «прививку», как некогда Вторая мировая война сделала «прививку» всем европейским державам от разрешения конфликтов на территории Европы военным путем. Последняя «прививка» действует до сих пор – войны в Европе панически боятся. Так и Карибский кризис сильно повлиял на Вашингтон и Москву в отношении эскалации стратегических вооружений.

А у нынешних обладателей РСМД нет таких «прививок». И единственное, что для них может стать сдерживающим фактором – это страх того, что эскалация вооружений может привести к непоправимым последствиям. А такого страха у нынешних обладателей этого оружия нет», – сказал Павел Салин.