Оригинал материала
«Мы без этого просто не сохранимся»
Участники акции памяти жертв политических репрессий – о том, зачем они пришли к Соловецкому камню
30 октября в Петербурге по традиции вспоминали погибших или пострадавших в годы Большого террора. С 12 часов у Соловецкого камня на Троицкой площади любой желающий мог прочитать страницу из Ленинградского мартиролога, зажечь свечу и назвать имена своих родных и близких, ставших жертвами сталинских репрессий. «Новая» поговорила с участниками акции.
Марина Дмитриева, медсестра:
— Мой прадедушка был осужден по 58-й статье, отправлен в Пермь. Его родственники остались без кормильца, жена растила троих детей в глухой тамбовской деревне. Мы живем, пока жива наша память. Нужно помнить, чтобы никогда этого не повторилось.
Катерина Богуславская, член партии «Яблоко»:
— Каждый из нас может назвать несколько человек, которые пострадали от того, что творилось не так уж и давно. Сегодня молодежи навязывают культ советизма, что в то время все было чудесно, мы жили в раю. В этот день надо вспомнить тех, кого перемолола страшная машина убийства людей во имя непонятно чего. Это страшно, когда оправдывают каким-то «эффективным менеджментом» возможность растоптать жизни людей.
Марина Рождественская, пенсионерка:
— Я третий год прихожу сюда, чтобы помянуть всех, кто безвинно погиб, всех пострадавших в годы гонений. Очень хотелось бы рассказывать, особенно молодежи, какой ценой жили в этом «прекрасном» Советском Союзе. Такое мифическое о нем представление… Я прожила в нем детство и юность, очень много не знала, и сейчас я понимаю, что многое замалчивается из того, что должно обязательно быть в нашей памяти. Не будьте равнодушны: без прошлого нет будущего.
Григорий Волненко, преподаватель:
— Как когда-то сказал писатель Андрей Платонов: «Без меня народ не полон». Он имел в виду всякого человека. Когда мы называем имя, мы возвращаем его в живое целое народа: для бога нет мертвых.
Ольга Струкова:
— Мой дед был арестован в 1937 году, отправлен на Колыму и там замучен. Погибли миллионы людей, и никто толком не покаялся, никто не ответил. Такие массовые убийства не имеют сроков давности. Нужно делать все, чтобы люди знали об этом.
Валентина Варзанова, пенсионерка:
— Столько лет это замалчивалось, об этом не говорилось. Так нельзя. Участвовать в акции памяти — это все, что я могу сделать в память о тех, кого и безвинно расстреляли, и в память о тех, кто выдержал такие испытания. Мы не сохранимся без этого просто.
Дмитрий Зыбкин, студент:
— Очень важно приносить покаяние за недостойные вещи. Совместное вхождение в пространство памяти бывает глубже, чем личная попытка. Оно может повлиять на историческое движение народа.
Александр Дронов, техник:
— Это покаяние за прошлое, за незаконное убийство наших предков. Насколько я знаю, моих родственников не коснулось, но у моих знакомых есть истории, когда людей просто увозили и расстреливали без суда и следствия.
Борис Ульянов, пенсионер:
— Я сейчас приехал из Левашовской пустоши — тяжело там находиться. Тогда никаким законам не подчинялись: расстреляли человека — и все, нет человека. Если бы не это, сейчас бы в России было 350 миллионов людей, каждый клочок земли был бы возделан. И сейчас такое же положение, все очень шатко. Нельзя ни на что надеяться, что будет сделано или выполнено.
Записала Екатерина АРХИПОВА
ВСЕ МАТЕРИАЛЫ ПЕТЕРБУРГСКОЙ РЕДАКЦИИ | АРХИВ ПУБЛИКАЦИЙ | PDF