Оригинал материала
Штраф в 20 тысяч – за "митинг" на балконе квартиры...
Комиссия по делам несовершеннолетних решила, что Лев Гяммер должен оплатить два штрафа на общую сумму 30 тысяч рублей за организацию двух митингов. 10 тысяч рублей – за организацию митинга "Он нам не царь" 5 мая и еще 20 тысяч – за организацию акции 9 сентября, когда координатор "Протестного Кузбасса" вышел на балкон своего дома и произнес речь. Под балконом тогда спонтанно собрались около 50 человек.
Из постановления новокузнецкой Комиссии по делам несовершеннолетних: "09.09.2018 в период времени с 14-25 до 15-30 часов Гяммер Лев Евгеньевич, находясь на балконе своей квартиры, выходящего на центральную улицу Кирова, фактически провел несогласованное публичное мероприятие в форме митинга".
В 2017 году 17-летний Гяммер работал помощником координатора местного штаба Навального – организовывал и принимал участие во многих протестных акциях. После того как в Новокузнецке закрылся штаб Навального, Лев и активистка Мила Земцова создали движение "Протестный Кузбасс". Гяммера неоднократно арестовывали и вызывали в полицию. 27 сентября в отношении его матери Ольги Гяммер было возбуждено уголовное дело по статье "Применение насилия в отношении представителя власти". Ее подозревают в том, что она якобы ударила полицейского во время задержания Земцовой.
– Изначально акция против пенсионного возраста 9 сентября планировалась как шествие по улице Кирова, между остановками "Музей" и "Сити Молл", это расстояние около 500 метров, – рассказал Лев Гяммер корреспонденту "Сибирь.Реалий". – Организатором выступило движение "Протестный Кузбасс". Администрация в проведении акции нам отказала, ссылаясь на областной закон, который фактически запрещает проведение мероприятий в центре города, а шествия в принципе.
– Вам тогда было всего 17 лет, почему вы вдруг решили выступить против пенсионной реформы? Вам еще очень далеко до пенсии.
Будешь рыпаться, дырявый, я тебя, б***ь, угандошу, не проснешься
– У меня родственники и соратники предпенсионного возраста, эта реформа ударила по ним, по моей матери. Это очередной акт наглого воровства у народа, что меня просто взбесило. Люди по большей части выходят не столько за пенсии, сколько от общей безысходности и гнева. Пенсии стали последней каплей, или одной из предпоследних.
– Выйти на балкон – довольно необычная идея для протестной акции…
– Место сбора оцепила полиция, Милу жестко задержали в моем подъезде. Я около семи утра выходил вниз, чтобы открыть ей дверь (так как в квартире отключен домофон). Внизу меня ждала машина с двумя операми. Одного я знал, это был Владислав Федяев. Сидевшие в машине не представились, только сказали: "Лев Евгеньевич, мы за вами", схватили за руки и поволокли в машину. Федяев отобрал телефон, второй угрожал мне в грубой форме: "Будешь рыпаться, дырявый, я тебя, б***ь, угандошу, не проснешься". Отпустили спустя три часа. Я как был в пижаме, так пешком шел из отделения домой, благо, этот отдел был недалеко. Фактически полиция сорвала мероприятие. Мой дом был оцеплен. Если бы я вышел, это бы означало сдаться в руки полиции. Но и сидеть я не мог. Родилось спонтанное решение выйти на балкон. Люди собрались под ним сами собой, кто-то перешел с Музея – сработало "сарафанное радио" и, видимо, самоорганизация. Это была стихийная акция безысходности. Мой дом находится недалеко от места проведения, в двух остановках. Балкон выходит на центральную улицу города. Поэтому удалось привлечь внимание многих прохожих.
– Ваши оппоненты часто говорят, что для навальнистов такого рода акции – это просто самопиар...
– Последнее, о чем я думаю, это о самопиаре. Если со мной либо моими соратниками, либо еще кем-то что-то происходит, я сделаю всё, чтобы об этом узнало как можно больше людей. Разумеется, я хочу, чтобы в мою партию и/или движение вступало и присоединялось к нашей борьбе как можно больше людей. Но к нам идут из-за дел, а не из-за пиара.
Фактически это был стихийный митинг-перфоманс. Такого еще никто не проводил, насколько я знаю
– Итак, что именно вы делали на балконе?
– Я говорил с народом внизу. О пенсионной реформе, Путине, необходимости ненасильственного гражданского сопротивления, выражения мнений. Про незаконно сорванное шествие, задержания активистов в Новокузнецке, полицейский произвол. Плакат "Соблюдайте вашу Конституцию" был закреплен на бортике, как и флаги. Акция продолжалась около часа, наверное. В конце приехала полиция и стала заглушать меня. Как в кино, либо GTA. Только там так террористов призывали сдаваться, а я просто гражданский активист.
Власти, и в частности полиция, ненавидят меня и зарабатывают на мне новые звезды на погоны
– Что вы почувствовали, когда заметили, что люди внизу реагируют на ваше выступление?
– Было радостно, что людям близко то, что я говорю. Среди прохожих заметил свою бывшую учительницу по химии, которая преподавала у меня несколько лет назад. Она услышала, остановилась, повернулась и с интересом слушала около 10 минут. Фактически это был стихийный митинг-перфоманс. Такого еще никто не проводил, насколько я знаю.
– Что скажете теперь, насколько эффективна протестная акция, проведенная с балкона собственной квартиры?
– В контексте сложившейся тогда ситуации, думаю, что вполне эффективна. Ибо кроме тех, кто стоял внизу, мое выступление услышали еще тысячи людей. Активист внизу вел онлайн-трансляцию, сообщение об этом событии публиковали местные новостные группы. Люди периодически узнают меня и до сих пор выражают благодарность за 9 сентября.
– Вы ожидали, что после этого полиция заведет дело об административном правонарушении?
– Предполагал. Власти, и в частности полиция, ненавидят меня и зарабатывают на мне новые звезды на погоны. Любая моя гражданская активность рассматривается в рамках КоАП. Как 4 ноября, например. Я стоял в одиночном пикете, на расстоянии вел съемку журналист. Съехалось две машины "оперов", затем подошли трое сотрудников полиции и заявили, что у нас массовый пикет. Ибо нас двое. Жду новую "административку"!
– Раньше вас уже наказывали за гражданскую активность?
– У меня целая папочка с административными делами. По первым я был оправдан, т. к. прошлый состав КДН был адекватен и комиссия меня защищала. Потом она стала ангажированной, и последние решения вынесли против меня. Сейчас мне 18 лет, и теперь мои дела будет рассматривать доблестный суд, с которым довелось уже столкнуться. Наши судьи политические дела клепают, как семечки щелкают. Например, когда мне присудили штраф 10 тысяч за организацию митинга "Он нам не царь" 5 мая. Тогда ОМОН задержал более 20 человек за попытку пройти шествием до городской администрации. Оба решения – и по 9 сентября и по 5 мая – буду обжаловать и идти до ЕСПЧ.
– Вам на днях исполнилось 18. Понимаете, что теперь есть риск оказаться и под уголовным преследованием?
– Да, я понимаю риски. В такие моменты вспоминаю цитату, которую приписывают Эдмунду Бёрку: "Всё, что нужно для триумфа зла, – это чтобы хорошие люди ничего не делали". И я буду продолжать свою деятельность.
– Будучи несовершеннолетним, вы стали помощником координатора в местном штабе Навального. Как реагировали на это в ваших учебных заведениях?
– В этот момент я перешел в свою последнюю школу. Там руководство было довольно "пофигистичное". Однако перед встречей с Навальным была небольшая перепалка с завучем, которая даже меня не курировала. Я написал заявление, что меня не будет в субботу в связи с тем, что я принимаю участие в организации встречи с кандидатом. Она немного вспылила на меня. Но ее быстро успокоили другие сотрудники школы, понимая, что я на этом поле сильнее, и эта завуч себе только хуже сделает. А в основном были колкие комментарии со стороны преподавателя ОБЖ. Он называл меня Навальным, вспоминал мое бунтарство по поводу и без. Больше ничего серьезного. Со мной редко вступают в дебаты, видимо, в какой-то момент поняли, что дело гиблое.
– Насколько, по-вашему, Навальный сегодня популярен среди жителей Новокузнецка?
– У меня нет статистики. Но думаю, что поддержки стало как минимум не меньше. Тем более после пенсионной реформы. Например, на встречу с Навальным пришло порядка 3,7 тыс. человек, это крупнейшее политическое событие в истории нашего города с момента приезда Ельцина, когда тот был в оппозиции. Ну и в принципе общаюсь с разными людьми, его начинают поддерживать те, кто раньше были далеки от политики, либо и вовсе были против него. Надоело, видимо, то, что происходит сейчас.
"Административки" на мои планы практически не влияют. Лишь показывает, насколько эта власть ничтожна и пуглива перед своим народом
– У вас нет ощущения, что протестное движение постепенно сбавляет обороты, в том числе потому, что власти штрафами и административными арестами вынуждают активистов быть осторожными?
– Не думаю. Как показала Москва 9 сентября, скорее, протест ищет новые способы борьбы. Прогресс и изменения есть. В этот раз люди не просто простояли и разошлись, они стихийно ринулись к Кремлю. Не дошли всего 20 метров до Думы! Сейчас начнется политическая зимняя передышка, станет меньше акций. Но это временное затишье, потом все снова возобновится.
– Если вам все же придется выплатить 30 тысяч за две акции, как это повлияет на ваши дальнейшие планы?
– Это штрафы мне выписаны за участие/организацию акции в рамках всероссийской акции Навального, их компенсирует его штаб. А прочие штрафы активисты могут погашать при помощи различных общественных организаций, которые помогают сборами. Разного рода "административки" на мои планы практически не влияют. Лишь показывает, насколько эта власть ничтожна и пуглива перед своим народом.
– Каким вы видите свое будущее? Оно связано с Россией?
– На данный момент – гражданское сопротивление и общественная деятельность. Также сейчас я занимаюсь организацией местного отделения Либертарианской партии России. В дальнейшем всё зависит от успешности нашей борьбы. В идеале, конечно, я вижу себя жителем прекрасной России будущего, без Путина и его шайки.