Оригинал материала
Угроза, которую ждали. Что изменится в России после появления подростков-бомбистов
Через одну точку можно провести бесконечное количество прямых. Через две – только одну прямую. Через три – тоже одну, но только если очень повезет.
Первая точка – взрыв в Архангельске. Парень пришел в местный офис ФСБ и взорвался у входа, погиб. Даже не пытался утащить за собой на тот свет кого-то, кроме себя, и это заставляет спорить о тонкой грани между терактом и самоубийством, то есть когда человек взрывает бомбу, это, очевидно, теракт, но тогда почему не принято считать терактом самосожжение, неужели так важен способ, которым человек расстается с жизнью, чтобы что-то доказать? Но тут сам бомбист в предсмертной записке (в публичном телеграм-чате) за четыре минуты до смерти назвал свой поступок терактом. Наверное, это аргумент и, наверное, правильнее использовать ту же терминологию.
Вторая точка – это события предыдущих месяцев. «Новое величие», «Сеть» – в той же записке архангельский бомбист пишет, что «причины для вас вполне ясны», но все равно уточняет, что ФСБ «фабрикует дела и пытает людей». То есть архангельский взрыв его автор объясняет активностью ФСБ в «экстремистских» делах последнего времени, когда пензенские и петербургские антифашисты подробно и убедительно рассказывают о пытках, которым их подвергают в рамках борьбы с организацией «Сеть», само существование которой до сих пор не доказано, а за девушек из «Нового величия» вступались даже те («Марш матерей»), кто принципиально чужд любого, даже потешного экстремизма. Прямую через две точки, через себя и через спорные уголовные дела, которыми занимается ФСБ, архангельский бомбист провел сам, оставив всем остальным выбор: или считать, что чрезмерное государственное насилие влечет за собой ответный террор, или видеть в архангельском взрыве доказательство оправданности и необходимости даже незаконных антиэкстремистских мер (видимо, их недостаточно пытают, если они уже даже взрываются в зданиях ФСБ). Оба варианта ответа недоказуемы и потому, как бы отвратительно это ни было, имеют примерно одинаковое право на существование, и выбирать их можно в равной мере обоснованно в зависимости от взглядов и пристрастий выбирающего, и больше ни от чего. Это вообще такое фирменное свойство терроризма – с его помощью можно доказывать движение гаек и в сторону закручивания, и в сторону откручивания, кому как нравится.
Подпишитесь, чтобы прочитать целиком
Оформите подписку Redefine.Media, чтобы читать Republic
Подписаться [Можно оплатить российской или иностранной картой. Подписка продлевается автоматически. Вы сможете отписаться в любой момент.]