«А бомбу ты дома не забыл?»

Чтобы оправдать очередной провал, ФСБ продолжает заводить дела на активистов и искать экстремистов среди школьников. И тем самым еще больше радикализирует молодежь

После взрыва в Архангельске региональные спецслужбы начали активно проводить проверки в отношении активистов и заводить уголовные дела. «Попались» 14-летний школьник, которого обвиняют в том, что он — потенциальный террорист, и 24-летний веган из Калининграда, которого обвиняют в оправдании терроризма.

В поле зрения спецслужб попали все, кто хоть как-то, пусть и косвенно, связан с 17-летним Михаилом Ж., который 31 октября взорвал себя в здании архангельского УФСБ.

Перед взрывом в одном из околоанархистских чатов в Telegram появилось сообщение (предположительно от того самого студента-подрывника), что он собирается устроить теракт и берет за него ответственность. Мотивом он назвал пытки задержанных и фабрикацию уголовных дел, в чем он обвиняет именно ФСБ.

Теперь его потенциальных «сторонников» ищут среди активистов. Так, уже 31 октября сотрудники пермских спецслужб вызывали на встречу активистку Анастасию Мальцеву, пояснив, что «нужно увидеться» из-за теракта. На аналогичную беседу спецслужбы приглашали активиста незарегистрированной партии «Другая Россия» Валерия Шептухина. 1 ноября силовики приходили по месту регистрации московского журналиста Алексея Полоротова. 2 ноября в Краснодаре опрашивали участников либертарианских чатов.

На прошлой неделе Пресненский суд Москвы арестовал 14-летнего школьника Кирилла К., который якобы собирался взорвать бомбу на «Русском марше» в столичном Люблине. На восьмиклассника оперативники вышли как раз в ходе расследования уголовного дела о взрыве в здании ФСБ по Архангельской области.

Подростка подозревают в незаконном изготовлении (ч. 3 ст. 223.1 УК РФ) и приобретении, сбыте или хранении взрывчатых веществ, совершенном организованной группой (ч. 3 ст. 222.1 УК РФ). Дома у Кирилла К. было обнаружено взрывное устройство и компоненты для его изготовления.

В интервью телеканалу «Москва 24» отец мальчика Игорь Кузьминкин уверял, что сын не готовил теракт, «он экспериментировал, состоял в одной группе с этим молодым человеком, который себя подорвал, поэтому сейчас такие подозрения».

Школьник отказался признать вину. Примечательно, что прокуратура просила в суде избрать меру пресечения, не связанную с лишением свободы, но суд отправил подростка в изолятор до 1 декабря.

ФСБ считает, что у школьника были еще сообщники (возможно, до десяти человек), и сейчас усиленно их разыскивает.

6 ноября Центральный суд Кали­нин­града арестовал на два месяца 24-летнего Вячеслава Лукичева, обвиняемого в оправдании терроризма. Как считает следствие, Лукичев опубликовал пост в Telegram-канале «Прометей» (группа посвящена анархизму и антифашизму, в нем больше 3900 подписчиков. После архангельского взрыва администраторы канала утратили контроль над ним и призвали всех присоединяться к новому чату), в котором назвал героем молодого человека, пришедшего со взрывчаткой к зданию ФСБ в Архангельске.

Лукичева задержали 5 ноября на остановке вместе с его девушкой Дарьей Кошкиной и знакомой по имени Анастасия (фамилия не разглашается). Как рассказала «Новой» адвокат Мария Бонцлер, молодых людей продержали 36 часов, не давали спать, есть и требовали во всем сознаться. После многочасовых допросов Лукичев дал признательные показания. Бонцлер объяснила, что Лукичев написал явку с повинной, чтобы у девушек не было проблем с законом. Теперь они проходят по делу свидетелями. Лукичев признался, что сам написал это сообщение, а Настю лишь попросил разместить текст в «Прометее».

«В статье он пишет, что понимает то, что сделал тот парень. «Да, у нас становится все меньше возможностей для протеста, но подумайте, что есть и другие способы борьбы». Это самая антитеррористическая статья, которую я читала», — настаивает адвокат Бонцлер.

Она утверждает, что из текста следователи повыдергивали фразы, на основании которых эксперты пришли к выводу, что Лукичев якобы поддерживает действия парня, совершившего теракт. В итоге ему предъявили обвинение в публичном оправдании терроризма с использованием интернета (ч. 2 ст. 205.2 УК РФ). По этой статье грозит лишение свободы от пяти до семи лет.

В разговоре с «Новой» девушка Лукичева Дарья Кошкина сообщила, что с нее взяли подписку о неразглашении данных следствия, сама же она проходит в качестве свидетеля.

Дарья рассказала, что Вячеслав Лукичев интересуется зоозащитой и историей, но на политические митинги никогда не ходил. В последнее время увлекался кулинарией и был поваром в веганском кафе.

Известно, что Лукичев засветился в сводках украинских правоохранительных органов. 2 мая 2018 года в Киеве пять человек напали на участника вооруженного конфликта в Донбассе Дмитрия Иващенко. Он попал в больницу с колотой раной спины. Как пояснила Дарья, это была «чисто бытовая разборка».

«Он поехал в отпуск, попал в уличную драку. Слава не знал, что это был за человек. В том конфликте не было никакой политики», — уточнила Кошкина.

В настоящее время Лукичев находится под стражей, он не жалуется на содержание, единственное, говорит, что ему не дают веганскую еду.

По мнению адвоката Бонцлер, ФСБ вместо того, чтобы признать свои ошибки, начало «неадекватно» проверять после теракта кого попало и заводить дела на случайных активистов.

Бывший фигурант «болотного дела», антифашист Алексей Гаскаров считает, что необходимо понять мотивы молодых людей, которые выбирают столь радикальные методы борьбы. «Очевидно, чем радикальнее действует государство, тем более вероятен радикальный ответ. Но эта история со взрывом — не первична. Дело не только в ФСБ с пытками, а ощущается общая деградация госинститута, у молодежи нет альтернативы. Сейчас такие радикальные поступки совершают подростки, которые не имеют выбора», — полагает Гаскаров.

Он предположил, что политические взгляды подростка, который подорвал себя у здания ФСБ, не играют ключевой роли. К тому же Михаил Ж. считал себя анархистом. А за всю историю этого движения самоподрывов не было. И народовольцы, и ЭТА подрывали противников.

Вероятнее, это был эмоциональный поступок. Самая радикальная форма ненасильственного протеста. «Подростки всегда радикальнее своих родителей, даже в протесте. В отсутствие нормального гражданского движения, раздавленного после Болотной площади, подростки находят непонятную информацию в интернете и сваливаются в радикальную модель поведения», — добавил Гаскаров.

И действительно: если бы не было уголовных дел «Сети» и «Нового величия», то с пытками и содержанием подростков в СИЗО, может быть, 17-летний подросток не взорвал себя в Архангельске, а другие подростки не считали бы это геройством.