Гаага-матушка

Картины из серии "Путин в Гааге" рисуют в своем воображении разные художники, но преимущественно одного направления. Те, кто зовутся "пятой колонной" и стремятся завести Россию известно куда. На картинах этих, расписанных яркими, даже кричащими красками, изображен президент РФ, нередко в окружении наиболее узнаваемых соратников. Он с подельниками сидит на скамье подсудимых, у всех плечи сгорблены, лица печальны, в глазах - беспросветная нюрнбергская тоска. Отдельные искусствоведы причисляют данные полотна к жанру утопического реализма, характерного для многих периодов нашей истории, в ходе которой случались и не такие чудеса. Но все же отметим еще раз, что подобного рода фантазиями в России, как правило, пробавляются живописцы национал-предательской школы.

Тем интересней разглядывать фрагменты картины новой, свежей, неожиданной, которая создается буквально на наших глазах. Под условным названием "Казаки-диверсанты пишут письмо в Гаагский трибунал". Ибо теперь за воображаемую кисть взялись не либералы, мечтающие о России без Путина, но национал-патриоты самого безукоризненного пошиба. Те, кто сражаются за Родину на фронтах ближнего украинского зарубежья, а также в пустынях, джунглях, саваннах, пампасах и прериях зарубежья дальнего. В Сирии, Ливии, ЦАР, Йемене, Брунее, Бурунди, Судане, Южном Судане, Габоне и много где еще. О чем мы можем только догадываться, созерцая карту мира, тыча в нее пальцем в разных местах и почти не рискуя ошибиться.

Засекреченные и как бы объявленные вне закона, они желают легализоваться и служить России под ее официальным знаменем и гербом. В качестве бойцов нашей родной армии, а не мутных добровольцев, подчиненных какому-то отсидевшему повару. Они хотят убивать, выполняя приказ главнокомандующего, и если умирать, то осмысленно, что ли, как люди, а не как овцы в сирийской мухафазе Дейр-эз-Зор. Преданные Родиной и отданные на убой ради неясных им геополитических целей.

Однако эти цели идут вразрез с требованиями воинов формально несуществующих подразделений, и вот они пишут, причем уже давно. Сперва воззвания к руководству, а на днях уже отправят послание и в Гаагу, ежели не будут услышаны. Сперва 18 ноября в Москве соберется некий форум ветеранских организаций, а сутки спустя возмущенные наемники, по словам председателя комитета Общероссийского офицерского собрания, "казачьего атамана" Евгения Шабаева, обратятся в Трибунал.

Большинство заявителей намерено просто призвать к порядку свое государство, которое отказывает им в статусе военнослужащих со всеми положенными выплатами и социальной защитой близких в случае безвременной смерти солдат на поле боя. Самые отчаянные готовы покинуть страну и дать показания. При условии, что Запад им поможет, включив в программу защиты свидетелей.

Так вырисовывается эта небывалая картина - про Путина в Гааге, ибо кто же ведет все наши гибридные войны, если не он. Проступают на холсте его драгоценные черты, как на прежних изображениях, но в исполнении мастеров, доселе неизвестных. То есть возникали время от времени граждане, обвинявшие Владимира Владимировича в том, что он робеет брать Киев, плохо вооружает Донбасс и вообще сливает русскую весну. Но и они в своих творческих исканиях не подымались до тех высот, на которых стоит город Гаага, а в нем, в здании Международного уголовного суда, надежно защищенные свидетели обличают Россию и того, без кого нет России. Стройными рядами выступают они, бывшие ихтамнеты, и громовыми своими речами вгоняют в дрожь усаженных на скамью. Картина маслом, что тут говорить.

Раньше-то было по-другому. Являлся куда-нибудь на Донбасс известный мерзавец и громил бойцов от имени и по поручению высшей власти. Вас, дескать, не было - вас и не будет. Они тогда начинали медленно прозревать, наблюдая бьющегося в злобной истерике понаехавшего московского гостя. Потом уже насмотрелись на то, как хоронят, пряча от всех, бесславно погибших боевиков. Как запугивают родню, чтобы молчала. Как ставят на учет в ФСБ вернувшихся. Как врут целому свету, что Россия не является стороной в конфликте с этими и с теми.

Насмотревшись, начали прозревать. Иные из окончательно прозревших теперь бунтуют и шантажируют начальство. Или статус, погоны, звания и деньги на стол - или Гаага. Про все расскажем - и про Крым, и про "Боинг", и про Сирию, и про журналистов, убитых в Африке. Понятное дело, в Гааге изумлены, и пресс-секретарь прокурора Международного уголовного суда Фату Бенсуды не знает, что и сказать, когда журналисты обращаются в Трибунал за комментариями. С одной стороны, Россия еще два года назад отозвала свою подпись под уставом этого суда, что было решением прозорливым. С другой стороны, диверсанты, тем более казаки, далеко не каждый день пишут туда, где положено на транснациональном уровне разбирать преступления без срока давности. Эдак легко не отмахнешься от них, малюющих Путина красками колоритными, сочными, черными. Да и кто в Гааге и многих других больших и малых городах, поселках, деревнях, говоря по совести, не мечтал бы увидеть президента РФ на скамье подсудимых? Принципиальных возражений у них не имеется.

Принципиальные возражения имеются у тех, кто запечатлен на картине, - у главного героя и его сподвижников. Они, вероятно, и будут всерьез полемизировать с ветеранами, используя по традиции разные средства - и кнуты, и пряники. Как в борьбе с либералами, но тут есть важное отличие: бывшие и настоящие боевики отстаивают свою правоту методами нелиберальными, что может сильно усложнить процесс общения. А легитимизировать их всех нельзя - и концепция гибридных войн обессмыслится, и денег не хватит. Потому дискуссии ожидаются жаркие, с применением разных видов полемических приемов. Но этим картинам, в отличие от "Путина в Гааге", мы названия не подберем и даже представить их себе не можем - воображение отказывает.