Об Эрике Ласт и ее «этическом порно»

Текст продолжает совместный проект COLTA.RU с официальным сайтом Швеции в России на русском языке Sweden.ru — «Например, Швеция».

Все началось с противоречия. Шведка, студентка Лундского университета Эрика Локвист любила секс, но не любила смотреть порно: ей становилось всякий раз не по себе — или, попросту говоря, стыдно. Кроме того, Локвист любила хорошее кино, и «как синефил я не понимала, почему в фильмах, которые я смотрю, полностью отсутствуют фантазия, сюжет или персонажи. Конечно, мне было очевидно, что мы смотрим такие фильмы для сексуального возбуждения, но мне было неясно, почему мы должны расплачиваться за это отказом от прочих визуальных удовольствий».

Большинство людей не стало бы разбираться со своим вкусом или со своим стыдом, закрыв табуированную тему на ключ в темном углу сознания. Но Эрике помогла учеба — Political Science and Gender Studies на факультете аудиовизуальной культуры в Лунде. «Поворотный момент произошел у меня после прочтения книги Линды Уильямс “Hard Core: Power, Pleasure and the Frenzy of Visible”, — вспоминает Эрика, — это был первый труд, который всерьез рассматривал порнографию как жанр на протяжении всей ее истории. С этого момента это перестало быть для меня просто “порно”. Уильямс мне объяснила, что, даже если порно хочет рассказывать исключительно про секс, при более пристальном рассмотрении ясно, что оно всегда говорит про гендер».

Для съемок своего диплома — к тому времени у нее уже не было сомнений, что им должен стать порнофильм, — Эрика отправилась в Барселону. В итоге ролик «The Good Girl», ироническая версия знаменитого порнографического тропа с разносчиком пиццы и заказчицей еды, бизнесвумен, был выложен в интернет. За первые две недели его скачали миллион раз и отобрали в программу Barcelona International Erotic Film Festival (FICEB).

Фильм «The Good Girl» вошел в иконографию феминистского порно, а имя Эрики Ласт — в его историю. Увлечение быстро стало для Эрики профессией: вместе с псевдонимом Lust (англ. «соблазн, вожделение») появилась на свет продакшен-компания LustCinema. В 2007 году за ней последовал сайт для продажи контента, где выложено на настоящий момент больше трехсот фильмов. «Мама наверняка предпочла бы видеть меня менеджером риэлторской компании. Но, мама, извини. В юности мне было стыдно смотреть порно. Но за 15 лет я прошла длинный путь от стыда и вины к наслаждению».

«У мужчин, контролирующих порноиндустрию, интеллект маленьких мальчиков», — говорит Эрика в интервью сайту The Local. Сегодня Эрика Ласт — не просто производитель, но еще и рупор так называемого этического порно, его голос. И этот голос обличает мейнстрим, ориентированный на зрителя-мужчину.

Так сложилось исторически: от древних греков до «Камасутры» «в искусстве всегда доминировали мужчины, смотрящие на женщин» — процитируем вслед за порталом Furfur.me искусствоведа Эдварда Люси Смита. Мужской взгляд на секс унаследовало самое молодое искусство — кино, где уже к 1904 году порнография занимала вполне заметное, хотя и малопочетное, место. «Порнофильмы всегда находились в подполье, они были исключены из всякой официальной культуры. Следовательно, они не эволюционировали — к ним не придирались критики. И, что самое важное, их не смотрели женщины», — пишет Линда Уильямс.

Эрика Ласт на съемках фильма

Ей вторит Эрика Ласт: «В нас видели мамочек или шлюх. Только две роли, не больше. Но не людей, которые обладают сложно устроенной сексуальностью. Долгие годы женщинам говорили, что порнография унижает, что она не может или не должна нас возбуждать. Но вообще-то, когда мы видим секс на экране, мы возбуждаемся не меньше мужчин. Этот культурный сдвиг случился совсем недавно, когда женщины почувствовали силу шагнуть вперед и полностью принять собственную сексуальность».

Из подполья порнографию как явление вывела когда-то борьба с кодексом Хейса. В 1972-м «Глубокую глотку» с Линдой Лавлейс, несмотря на запреты в 27 штатах, показали в кинотеатрах Сан-Франциско: фильм, снятый за $24 000, заработал в прокате больше $600 миллионов. С одной стороны, это была победа. С другой, Лавлейс рассказала о цене этой победы в книге «Ordeal» (в русском переводе — «Тяжкое испытание»), написанной то ли в искреннем порыве, то ли под давлением консервативного лобби. Выяснилось, что ее муж и продюсер Чак Трейнор бил Линду, заставлял ее заниматься проституцией, а за «Глубокую глотку» она сама получила всего лишь $1200. Остаток своей недолгой жизни Лавлейс попеременно то лечилась от наркозависимости, то боролась за права женщин.

В 1980-е феминистки второй волны, в батальон которых записалась неустойчивая Лавлейс, считали, что неотъемлемая часть любой порнографии — угнетение и сексуальная объективация женщин. В ответ крестовым походом двигались феминистки третьей волны, утверждавшие, что женщины любят смотреть порно, причем не меньше мужчин. Просто пока никто не снял ничего такого, что было бы достойно их внимания.

На волне этих споров рождается новый жанр: в 1984 году бывшая порноактриса Кандида Руаяль организует студию Femme Productions, чтобы снимать порно для женщин и их семей. В 1990-х примеру Руяаль следует секс-просветительница Тристан Таормино, актриса, режиссер и сценарист из Нью-Йорка, называющая себя «феминист-порнографом».

Наконец, приходит признание: в 2006 году сотрудницы маленького секс-шопа в Торонто, собравшись на кофе-брейке, придумывают план — они хотят учредить премию Feminist Porn Awards (FPAs), чтобы награждать порнорежиссеров новой формации. Шанталь Галлант, активистка и участница этих событий, так вспоминает об этом в Huffington Post: «Мы позвали всех режиссеров, снимающих феминистское порно, и раздали им награды. Статьи об этом событии вышли в газетах всего мира, от The New York Times до Hindustan Times. Журналисты задавали один и тот же вопрос: “Не кажется ли вам, что феминистское порно — это оксюморон?”».

Тогда же Галлант формулирует критерии феминистского порно. Это фильмы, которые сняты и спродюсированы женщинами. Это фильмы, где актрисам нравится делать то, что они делают. Это фильмы с нормальной оплатой труда. Наконец, это фильмы, где нет сцен унижения и насилия: женщин не бьют, в них не плюют и не макают головой в унитаз на манер старого доброго Рокко Сиффреди. «В моих фильмах никогда не будет даже намека на насилие, — говорит Эрика Ласт в интервью американскому журналу ODDA, — несмотря на то что порнофильм — это фантазия, я не хочу отправлять в мир такие послания».

Но контент — это далеко не все. Ласт объясняет: «Я следую этическим правилам производства. Это значит, что на съемках я обеспечиваю участникам безопасную среду, где нет места принуждению. Если актеры чувствуют себя хорошо, им бывает легче создавать эротически заряженную атмосферу. Согласие и границы тут важнее всего: процесс съемок должен быть остановлен, если актер почувствует себя некомфортно. Каждый эпизод согласовывается со всеми участниками до съемок. И, конечно, они заранее знают и сами утверждают сумму своего гонорара. На моих съемках присутствует много женщин из моей команды. Это может, кстати, периодически нервировать мужчин-исполнителей, которые привыкли к маленьким съемочным группам, состоящим в основном из мужчин». Еще правило: «Секс должен быть безопасным во всех смыслах: каждый актер перед съемками делает STD-чек — а дальше актеры решают сами, использовать ли им на съемках презерватив».

В процессе дискуссий о феминистском порно возникли и новые темы. Австралийская активистка Зара Жужанна Стардаст заговорила о распространении порнографии. Хотя женщины сегодня активно участвуют в производстве фильмов, сделанных по новым стандартам, дистрибуцией их занимаются по-прежнему мужчины, играющие по старым правилам, а точнее, без правил.

Порнография составляет сегодня треть мирового интернет-трафика. В статье, опубликованной на портале The Conversation, Стардаст пишет, что восемью из главной десятки порносайтов (среди которых PornHub, RedTube и YouPorn) владеет канадская компания MindGeek, учредителям которой плевать на этику. Так называемые тьюб-сайты, сделанные по модели YouTube, предоставляют зрителям бесплатный контент, а это страшно вредит актерам, которые лишаются контроля над собственным изображением. Старый фильм, показанный годы спустя, может испортить человеку жизнь, поскольку эта профессия стигматизирована. Актер и актриса могут лишиться работы в другой сфере. Может рухнуть их личная жизнь, их могут пытаться лишить родительских прав.

В так называемом этическом порно продюсер всегда обсуждает с актером использование его имиджа в маркетинге. Как это делает Эрика Ласт. «Посредством тьюб-сайтов была создана бизнес-модель, не предполагающая нормальных условий работы порноактеров и способствующая безответственному потреблению продукта, который либо украден у студий, либо снят и слит в сеть любителями. Последствие этого — формирование отношения актеров к их труду как к неоплачиваемой работе. Тот факт, что порно можно скачать бесплатно, обесценивает его качество».

Кадр из фильма «Life, Love and Lust»

Поэтому борьба с нерегулируемым бесплатным контентом — еще одна задача этического порно. Отказ от халявного контента на порносайтах стал не только финансовым, но и политическим протестом продюсеров, производящих этическое порно: предлагая купить свой продукт, они призывают «голосовать кошельком» за качество порнофильма. То есть потреблять порно этически.

«Вообще-то в мире много желающих смотреть порнографию нормального качества, — говорит Ласт, превратившая свое увлечение в успешный бизнес, — мне есть для кого работать». В 2011 году ее фильм «Life, Love and Lust» получил ту самую награду Feminist Porn Awards в Торонто. Его сюжет — три истории, случившиеся в Барселоне. Любовь шефа и официантки, заканчивающаяся тестом на беременность, роман бизнес-леди и юноши и, наконец, внезапная любовь лесбийской пары — застенчивой клиентки и массажистки, встретившихся в салоне.

В этих фильмах нет пощечин, хватаний за волосы или спермы в лицо. Никакого секса в качестве благодарности за ремонт холодильника. «У нас меньше “гинекологических” шотов. То же и с мужчинами — мы снимаем много общих планов. Есть столько порнофильмов, которые сводятся к показу крупного плана вагин, да и мужской персонаж редуцирован обычно до пениса. Это странно. Я сама и другие женщины-режиссеры хотим поймать все ощущения от секса, а не только механически снимать процесс».

Ласт стремится разрушать стереотипы в сторону разнообразия: в ее фильмах участвуют актеры разных возрастов, национальностей и телосложений. «Порноиндустрия никогда не интересовалась маргиналами, включая людей старшего возраста. Любые съемки с участием MILF (женщин 40+) не подразумевали борьбу с эйджизмом, а, напротив, были эксплуатацией и фетишизацией. Разнос по категориям приносит актерам огромный вред: их сортируют по размерам, по возрасту, по этнической принадлежности. Расизм в индустрии ошеломляет. Огромное количество контента строится на расовых стереотипах и дегуманизирует актеров».

В 2013 году на сайте Эрики Ласт был запущен веб-сериал «XConfessions», сделанный буквально по письмам телезрителей. После нескольких фильмов люди стали посылать Эрике письма, рассказывающие об их сексуальных фантазиях. «Я всегда мечтала оказаться случайно запертой в чулане вместе с бывшим одноклассником». «Я — мужчина традиционных, консервативных взглядов, женатый на “ванильной” женщине. Но я всегда хотел встретить доминантную женщину, которая возьмет контроль в свои руки». «То, что меня всегда заводило, — это мужчины в килтах». Когда Эрика поняла, что они могут быть сценариями, появился «XConfessions». Сегодня она выбирает по два лучших признания и делает на их основе по серии в месяц. Это краудсорсинговый проект.

«Одно из признаний, по которому мы сняли фильм “Проливное удовольствие” (“Pouring Pleasure”), я бы выделила особенно: в нем человек описывает проливной дождь в тропической стране. Я легко представила себя голой, лежащей на террасе в сезон дождей, когда вода стекает по телу, а где-то на улицах танцуют люди. Я поняла, что секс и сексуальность — не узкие понятия, они не приватизированы белыми цисгендерными мужчинами среднего возраста, управляющими мейнстримными ресурсами, условными Грегами Лански и Дэнами Билзерянами. Секс может быть смешным и забавным, это целая вселенная с разными оттенками удовольствий». Несмотря на высокую стоимость — около 15 евро за скачивание — «Признания» пользуются огромной популярностью у зрителей.

Кадр из веб-сериала «XConfessions»

Команда LustFilms на 80 процентов состоит из женщин (кстати, вы можете увидеть их здесь). «Женщины возглавляют почти каждое отделение нашего продакшена, включая фото- и арт-отделы. У нас есть женщины-операторы, редакторы, продюсеры и курьеры. Меня часто спрашивают, дорогое ли у нас производство. Да, оно недешевое: каждый 20-минутный шот, произведенный LustFilms, сегодня обходится компании в 17 000 евро. И это не случайно. Я задаю высокие кинематографические стандарты. Кажется, что золотой век порнографии, когда фильмы выходили в кинопрокат, ушел в прошлое. Но мы хотим, чтобы он продолжался. Поэтому мы платим команде профессиональных стилистов, осветителей, операторов и художников, инвестируем в постпродакшен, звук и цветокоррекцию». У Ласт есть и свои учителя: «Как режиссера меня вдохновляет Джилл Солоуэй. Писательница, режиссер и продюсер, она всегда была сторонницей “женского взгляда” и стремилась к сексуальному и гендерному разнообразию. Спродюсированные ей сериалы “I Love Dick” и “Transparent” мощные, разнообразные и раздвигают телевизионные рамки. “Transparent” — один из главных сериалов, деликатно показывающих жизнь трансгендеров».

Кроме того, на сайте LustFilms открыт open call для режиссеров: любая женщина-режиссер, приславшая свой сценарий, может подать заявку и снять собственный эпизод «Признаний». «Сегодня в индустрии много людей, гордящихся тем, что они делают. И это важнейшая вещь — когда тебе нечего скрывать и ты заявляешь о себе с гордостью».

Совсем недавно, летом этого года, Ласт запустилась с документальным сериалом, состоящим из пяти частей, под названием «Беседуя с секс- работниками». Люди, работающие в секс-сфере, обсуждают самые важные для себя темы: как рассказывать о работе семье, как противостоять стигматизации профессии, как выстраивать свои отношения с законом и как участвовать в феминистских движениях.

Весной этого года неутомимая Ласт провела еще один эксперимент: она открыто показала в кинозале Лос-Анджелеса несколько серий из «XConfessions» — логичный шаг для дестигматизации порно. «Сначала на показах всегда есть напряжение, — говорит Эрика, — потому что публике непривычно смотреть порно коллективно. Люди смущаются или напряженно думают о том, как выглядят со стороны их лица, беспокоятся, что у них случится эрекция и это заметят. Многие потом расслабляются. Поэтому я люблю вставлять в фильмы комические эпизоды — смех помогает растопить лед».

Наконец, Ласт делает еще один просветительский проект — The Porn Conversation. Как мать двух дочерей, она не могла не задуматься о проблеме сексуального воспитания. «Поэтому мы вместе с мужем Пабло запустили этот дискуссионный клуб. Его цель — “вооружить” родителей и учителей инструментарием, необходимым для того, чтобы рассказывать детям о сексе. Объяснить, что их любопытство в этом вопросе — это нормально, что порнофильм отличается от реального секса, что в большинстве фильмов они видят совсем не те тела, которые видят в жизни, и что к женщинам совсем не нужно относиться так, как относятся герои фильмов, выложенных на тьюб-сайты».

Разумеется, Ласт слышит и много критики в свой адрес. «Людей больше оскорбляет то, что я феминистка, чем то, что я порнограф. Их раздражает феминистский взгляд, они не хотят, чтобы я трогала их “старое доброе порно”. Я не собираюсь объяснять им свое место в феминистическом дискурсе и не собираюсь всем угождать. Но внутри дискурса и в самом деле происходят интересные процессы, каждый понимает феминизм по-своему, дискуссия разрастается. Мне очень жаль, что сегодня в нем участвует столько строгих обличительниц, осуждающих и обвиняющих других женщин и ограничивающих их свободу».

Сегодня слова Ласт о порнографии звучат со сцены TedX Vienna. «Учеба дала мне инструментарий, позволяющий говорить о порнографии и сексизме эффектно и убедительно. Вспомните: я родом из Швеции. Отличное место для формирования феминистического сознания. Первая страна в мире, которая ввела в школах сексуальное образование. Но когда я, шведка, включала порноканал, то видела там похотливую домохозяйку, монашку в чулках или женщину, отдающуюся автомеханику в благодарность за то, что он починил ей машину. Феминистка внутри меня чувствовала себя обманутой. В порнографическом дискурсе сегодня участвуют узколобые мужчины-шовинисты. Пришло время перемен. Я совсем не хочу, чтобы женщины исчезли из порно. Я хочу, чтобы порнография принадлежала женщинам».

За пять лет до рождения Эрики порноиндустрия была подпольной. Теперь проблемы и стандарты обсуждают на главной научной сцене мира. Создают среду, делая акцент на безопасности, взаимоуважении и культуре согласия, меняют сексуальные репрезентации. И, в общем, неудивительно, что ветер перемен дует из Швеции — страны, которая преуспела в вопросах гендерного равенства.

ПОДПИСЫВАЙТЕСЬ НА КАНАЛ COLTA.RU В ЯНДЕКС.ДЗЕН, ЧТОБЫ НИЧЕГО НЕ ПРОПУСТИТЬ