Зефирно-маникюрные притоны

Налоговики проводят облавы на самозанятых. К чему это приведет?

В конце ноября Владимир Путин подписал закон об экспериментальном налоге на самозанятых, который с 1 января начинает действовать в четырех регионах России: Москве, Московской области, Калужской области и Татарстане. Примерно в это же время в интернете стали появляться тревожные сообщения о том, что Федеральная налоговая служба принялась отлавливать самозанятых с использованием различных профессиональных ухищрений: рейдов, контрольных закупок и работы с «информаторами» (значительная часть проверок самозанятых начинается с обращения недовольных клиентов).

Нельзя однозначно сказать, что речь идет о скоординированной акции устрашения парикмахеров и кондитеров, приуроченной к вступлению в силу нового режима налогообложения. По крайней мере, региональные отделения налоговой отвергают эту гипотезу. К тому же, в пилотных регионах на 2019 год запланированы налоговые каникулы, в течение которых ФНС обещает не штрафовать официально зарегистрировавшихся самозанятых, даже если они не платят налоги.

Тем не менее, многие источники одновременно сообщили о сезонном обострении фискальной активности налоговиков. Типичный сценарий проверки самозанятых построен по следующей схеме.

• Специальный сотрудник службы находит в соцсетях частное объявление, например, о стрижке на дому,

• приходит в указанную квартиру

• и получает искомый товар или услугу.

• Затем следует сеанс разоблачения, по итогам которого самозанятый получает повестку на беседу в ФНС.

Если такая ситуация произошла, то лучший способ минимизировать ущерб — говорить налоговикам, что вы просто не успели подать декларацию о доходах (по закону это можно сделать до 30 апреля года, следующего за годом получения дохода). Дальше все зависит от настроения местных инспекторов: наказание может варьироваться от штрафа в несколько тысяч рублей до уголовного дела за незаконное предпринимательство.

По слухам, в некоторых случаях проверяющие довольствуются натуральным вознаграждением. Больше всего везет домашним кондитерам,

которым удается откупаться от инспекторов с помощью крупных партий зефира или пряников ручной работы.

Несмотря на некоторую комичность спецопераций по разоблачению «зефирно-маникюрных притонов», граждане от такой активности ФНС серьезно нервничают и изобретают новые способы оставаться в тени.

Не исключено, что однажды в России начнут появляться тайные «закладки» со свежей выпечкой.

При этом понятно, что точечные рейды не могут быть средством массовой легализации миллионов самозанятых. Можно отслеживать электронные денежные потоки россиян, к чему налоговая постепенно движется, но здесь тоже возникают проблемы с администрированием: неразумно тратить огромные ресурсы на изучение микропереводов ради того, чтобы доначислить в казну дополнительные несколько тысяч рублей.

Впрочем, власти могут взять в оборот «операторов электронных площадок»: соцсети, агрегаторы для поиска съемного жилья и сервисы поиска работы формата «муж на час». Их контролировать гораздо проще, чем отдельных людей.

Напомним, что по новым правилам самозанятым категориям предлагается платить 4% дохода при продаже товаров и услуг физическим лицам и 6% — при работе с компаниями. Свой доход, который не должен превышать 200 тысяч рублей в месяц, самозанятые смогут самостоятельно задекларировать в мобильном приложении «Мой налог», выполняющем функцию онлайн-кассы. Проверить обоснованность этой суммы налоговики никак не смогут, за исключением упомянутого сотрудничества с агрегаторами.

Поступления от самозанятых пойдут в фонд обязательного медицинского страхования и в региональные бюджеты. При этом на старость самозанятым придется копить самостоятельно: при ставке в 4% можно претендовать только на социальную пенсию, то есть примерно на 5 тысяч рублей начиная с 70 лет.

В некоторых случаях новый налог может оказаться выгодным предложением: например, некоторым ИП, не имеющим наемных работников, проще перерегистрироваться в самозанятых, чтобы не платить страховые взносы и избавиться от лишней отчетности. То же самое с самозанятыми, которые хотят масштабировать свое дело и работать с юрлицами. Тем более что технологическая реализация сборов на этот раз действительно лучше, чем при всех предыдущих попытках «обеления» рынка труда.

Вместе с тем для подавляющего большинства швей, грузчиков, таксистов, администраторов пабликов в «ВКонтакте», сантехников, дизайнеров, кондитеров и парикмахеров, не имеющих конкретного работодателя,

экспериментальный налог не даст абсолютно никаких бонусов.

Власти придумывают различные риторические приманки, называя новый способ изъятия денег у граждан щедрой налоговой льготой, ведь раньше самозанятые по закону должны были платить 13%. Однако пока что на все увещевания контролирующих органов откликнулась лишь пара тысяч человек, которые по разным причинам встали на учет в рамках налоговых каникул.

Апеллировать к налоговой дисциплине и сознательности самих самозанятых тоже бессмысленно. Число россиян, которые не порицают уклонение от уплаты налогов (если речь не идет о сверхбогатых категориях плательщиков), с каждым годом только растет. По опросам ВЦИОМ, 2/3 респондентов лояльно относится к тем, кто не регистрирует свой бизнес.

РАССКАЖИТЕ ИСТОРИЮ!

Во время подготовки этого материала, редакторы «Новой» много читали самозанятых, которых государство попыталось поймать «на живца» и пришлось откупаться — тортом, стрижкой или массажем. Мы считаем, что эти истории заслуживают отдельной публикации. И предлагаем читателям рассказать о своем опыте общения с налоговыми органами. Анонимность гарантируется — укажите это в письме.

Присылайте истории нам на web@novayagazeta.ru.

Самозанятость — это форма микропредпринимательства, которая воспринимается обществом как небольшая подработка и механизм выживания, а не как полноценная занятость. Неслучайно работой на дому часто занимаются женщины в декрете или старики пенсионного возраста. Люди не видят никаких легитимных оснований для того, чтобы облагать эти доходы какими-то платежами в пользу государства.

К тому же, по данным Аналитического центра НАФИ, 89% самозанятых имеют еще и «белые» источники дохода, с которых платится налог.

Кого-то ужаснет «правовой нигилизм» населения, но для него существуют объективные причины:

социальное государство в России и раньше хромало на обе ноги, а недавняя пенсионная реформа уничтожила остатки доверия людей к существующей системе социальных гарантий.

Очень часто самозанятые — это люди, которые на личном опыте разочаровались в государстве: не смогли в трудный момент получить достойное пособие по безработице или столкнулись с неудовлетворительной медицинской помощью в бюджетных поликлиниках.

Те, кто все же задумывается о регистрации, исходят скорее из соображений экономии нервных клеток, чем из осознания своих обязанностей по отношению к государству. Впрочем, по диалогам на профильных форумах видно, что даже заинтересованные люди абсолютно не представляют себе, как именно будет действовать новый налог, и не торопятся бросаться в объятия к надзорным органам.

Во-первых, до конца не понятно, какие категории профессий смогут воспользоваться экспериментальным налоговым режимом. Если раньше под самозанятыми понимались три профессии — домработницы, няни и репетиторы, — то в новом законе акцент сделан на понятие «профессиональный доход», а не на конкретные виды деятельности.

В глазах государства проблема с домашними кондитерами, маникюрщицами и сантехниками состоит не только в том, что они уклоняются от налогов, но и в том, что они работают без сертификатов, лицензий, соблюдения пожарных норм и так далее. Значит ли это, что после решения проблем с налоговой к этим людям нагрянут контролирующие инспекции из других ведомств, которые тоже хотят получить свою порцию бесплатных домашних пряников? Точного ответа на этот вопрос в законе нет.

Второй туманный момент — способ определения налогооблагаемой базы.

Нет никаких гарантий, что контролирующие органы согласятся с оценкой профессионального дохода, которую самозанятый укажет в мобильном приложении, и не захотят дополнительно удостовериться в его добросовестности. В этом случае

бороться с доначислениями и доказывать свою правоту налоговой придется очень долго.

При этом самому самозанятому предлагается поверить властям на слово в том, что условия налогообложения не поменяются сразу после того, как несколько миллионов человек возьмут на карандаш.

Одним словом, после рациональной оценки рисков может оказаться, что вероятность попасть под контрольные закупки слишком низка, чтобы проходить ради этого процедуры легализации с непредсказуемыми последствиями.

Представители власти в один голос повторяют, что интерес к самозанятым связан вовсе не с наполнением бюджета, а с попыткой создать для этих людей «новые возможности» для развития. Но пока что факты говорят о другом. С 2012 года, по данным ФНС, объем налоговых изъятий из экономики растет более чем в 33 раза быстрее, чем сама российская экономика. Ужесточение фискальной дисциплины и повышение прозрачности денежных потоков бизнеса и населения — одна из самых заметных линий в скудной экономической программе правительства. И в этом, в отличие от перспектив улучшения предпринимательского климата, сомневаться точно не приходится.