Кант и Шнур не прошли по конкурсу

В ток-шоу «60 минут» назвали «великие имена России»

Остап Бендер в романе Ильфа и Петрова «Двенадцать стульев» разыграл Ипполита Матвеевича Воробьянинова, сказав, что общежитие студентов-химиков носит имя монаха Бертольда Шварца. «Правда, монаха?» — изумился тот. «Нет, имени Семашко», — успокоил старшего товарища Бендер. Когда-то шутка про монаха вызывала гомерический хохот — в безбожной стране, и вдруг «общежитие имени монаха…». А Бертольд-то Шварц — не выдумка остроумного Бендера, а реально существовавший в ХIV веке немецкий францисканский монах, который считается европейским изобретателем пороха. И следовательно, не было бы такой уж очевидной дичью, если бы его имя, действительно, носило общежитие студентов-химиков. Но в годы советской власти было принято давать разным учреждениям имена не «ветхозаветных» монахов, а государственных и политических деятелей. Часто совсем невпопад. Чего стоит роддом имени Н.К. Крупской — нарочно не придумаешь!

Жаль, что у современной России нет своих Ильфа и Петрова (не говоря уже о Гоголе с Салтыковым-Щедриным), — материала-то для сатириков хоть отбавляй. Конкурс «Великие имена России» был устроен по идее митрополита Псковского и Порховского Тихона (Шевкунова) и проведен Обществом российской словесности, Русским географическим обществом, Российским историческим обществом и Российским военно-историческим обществом. Все эти прекрасные общества и люди решили, что самое насущное сегодня — присвоить имена великих россиян 47 аэропортам страны, которые без этих имен — как свадьба без баяна и Марья без Ивана. Пять миллионов россиян приняли участие в «общенародном голосовании», определяя, кому из прославленных соотечественников надлежит дать свои имена российским аэропортам. В списке претендентов смешались все — российские императрицы и императоры, поэты и писатели, ученые и художники, летчики и герои войны.

Итоги конкурса подводили в прямом эфире специального выпуска программы «60 минут» на канале «Россия». Министр культуры Владимир Мединский поведал публике, что не оценивает страсти, разгоревшиеся в ходе голосования, как битву или спор. «Это называется голосованием в демократической стране. Люди обсуждают и голосуют».

«Всем запомнилась битва за Канта», — напомнил министру ведущий Евгений Попов. «Что касается Канта, — ответил Мединский, — то я отношусь к нему с огромной симпатией — и как к выдающемуся философу, и как к российскому подданному. Мы знаем прекрасно, что Кант принял российское подданство как раз во времена императрицы Елизаветы Петровны, когда город Кенигсберг вошел в состав Российской империи, приняв в Канта в российские подданные».

Иммануил Кант, которого несколькими днями ранее вице-адмирал Балтийского флота Игорь Мухаметшин назвал предателем Родины, к тому же писавшим «какие-то непонятные книги, которые никто не читал и никогда читать не будет», в финал конкурса не прошел, несмотря на «огромную симпатию» к нему нынешнего культурного министра. Патриоты города Калининграда развернули такую кампанию против «выдающегося философа», словно речь шла не о присвоении его имени городскому аэропорту, а о выборах его президентом России. Они облили памятник и могилу Канта краской, а по городу распространяли листовки, призывающие калининградцев не отдавать голоса чужеземцу. И все это до смешного напоминало диалог Воланда с пролетарским поэтом Иваном Бездомным, который в сердцах воскликнул: «Взять бы этого Канта, да за такие доказательства года на три в Соловки!» На что Воланд с сожалением заметил: «Отправить его в Соловки невозможно по той причине, что он уже с лишком сто лет пребывает в местах значительно более отдаленных, чем Соловки, и извлечь его оттуда никоим образом нельзя, уверяю вас!»

А вот поди ж ты — извлекли! В речениях как противников, так и защитников Канта усопший века назад герой представал как живой. В программе «60 минут» его кандидатуру поддержал «как философ философа» политолог Сергей Марков: «Как философ скажу, почему правильно было бы назвать аэропорт именем Канта? Кант — величайший из европейских философов из тех, кто родился в России, а мы часть Европы. Кроме того, Иммануил Кант — нормальный русский человек. Главная идея Канта — мир, и всякая нормальная русская бабушка — кантианка, потому что наша бабушка всегда говорила: лишь бы не было войны».

Тема условных Соловков тоже всплыла в этом ток-шоу. Депутат Госдумы Наталья Поклонская категорически воспротивилась присвоению аэропорту в Мурманске имени полярника Ивана Папанина, который до своих полярных подвигов возглавлял крымскую ЧК и лично расстреливал врагов народа. «И что такого? — возразил ей секретарь Общественной палаты Валерий Фадеев. — «Ах, Папанин был чекистом». Наши чекисты сегодня с удовольствием отмечают день образования ЧК.

Давайте тогда закроем ФСБ, подвергнем их репрессиям.

Не надо относиться так жестоко к собственной истории. Папанин — великий полярник, он много чего хорошего сделал. Надо в нашей истории хорошее искать». А Сергей Марков как философ философски заметил, что среди великих людей и у нас, и в других странах гладких и пушистых нет. «Неужели Кант тоже был в ЧК?» — вольнодумно сострил ведущий Попов.

В ходе программы в эфир из аэропортов страны выходили спецкоры ВГТРК. Марина Громова из Шереметьево спела оду «Шарику» — «как ласково называют московский аэропорт в народе… Многие голосовали за присвоение ему имени А.С. Пушкина. Потому что Пушкин — это наше все и звучит гордо». А Екатерина Фисенко, ведущая репортаж из Пулково, отметила, что голоса питерцев разделились — большинство отдали их за Петра Великого, часть — за Александра Невского. В списке кандидатов также значились и Екатерина II, и Александр III, и Иосиф Бродский с Сергеем Есениным. «В число великих предлагали добавить нашего современника и земляка Сергея Шнурова, но его кандидатуру общественность не поддержала».

Так Шнуров (Шнур) разделил участь Канта — им обоим народ в поддержке отказал. Зато российские цари, несмотря на свое иноземное происхождение, прошли на ура. Воистину — чудны дела твои, Господи! Впрочем, Валерий Фадеев, подытоживая результаты конкурса, заявил, что выбор народа отнюдь не означает, что завтра аэропорты будут носить то или иное великое имя. Окончательное решение будет принимать президент Путин.

Так что конкурс и голосование — как в демократической стране, а вот «кому быть живым и хвалимым, кто должен быть мертв и хулим» — будет решать один, но тоже великий человек.