Право на IMEI

Сенаторы хотят регистрировать смартфоны по примеру Казахстана

Чуть больше полугода понадобилось России, чтобы перенять у своего крупнейшего приграничного соседа и друга — Казахстана — практику регистрации мобильных устройств. Если раньше властям хватало информации об абонентском номере и его владельце, то теперь контролирующие органы хотят знать, какой именно аппарат вам принадлежит. Инициативу выдвинул Совет Федерации, в Думе уже высказались одобрительно по поводу будущего законопроекта.

В Казахстане это правило действует уже с конца марта, а активная регистрация началась с июня. Тем, кто не предоставит IMEI-код своего аппарата, привязанный к ИИН (индивидуальный идентификационный номер, приписанный каждому жителю страны), с 1 января 2019 года автоматически отключат связь. Если абонент попробует взять другой телефон — связи тоже не будет, поскольку он не зарегистрирован.

Если он взял чужой телефон и не зарегистрировал его на себя (даже если это телефон жены, например) — по факту это будет считаться воровством.

Если у абонента телефон с двумя сим-картами — его надо регистрировать дважды. Если аппарат меняется — его надо снимать с регистрации. Если аппарат потерялся — об этом обязательно стоит оповестить мобильного оператора (за спиной которого маячит Комитет национальной безопасности). Кроме того, регистрации подлежат планшеты, модемы с сим-картами и детские часы с функцией дозвона.

В России история с регистрацией пока выглядит мягче: база единых IMEI-кодов (это 16-значный код на наклейке внутри телефона) должна быть создана к 2023 году, произведенные в стране телефоны войдут туда автоматически, завезенные из-за границы нужно будет регистрировать импортерам и частным лицам. Регистрация будет платной, но инициаторы (экспертный совет при правительстве) утверждают, что сумма не превысит 100 рублей. Все концепции обсуждались еще в июле, а на прошлой неделе были представлены поправки в КоАП, предполагающие штрафы за подделку IMEI.

Логика законодателей в том, что регистрация позволит собирать налоги — по июльским подсчетам, доступным газете «Ведомости», речь идет о 14 миллиардах рублей в год. Кроме того, эта мера в идеале позволит бороться с импортом серых телефонов, поскольку незарегистрированные телефоны просто не будут работать, что обессмысливает всю контрабанду. Но в том же Казахстане основным мотивом регистрации аппаратов у конкретного абонента считают возможность предметной слежки и прослушки.

«Пока не очень понятно, что подразумевается под «регистрацией IMEI», — говорит IT-специалист, основатель сервиса TgVPN Владислав Здольников. — Если это будет делать импортер аппаратов или их продавец, и там не будет персональных данных конечного пользователя — это история только про сбор дополнительных денег. Плюс, очевидно, появятся какие-то серые схемы за взятки, как это всегда происходит в таких случаях. Что касается слежки — в данный момент, когда человек включает телефон с сим-картой, у оператора сохраняется связка «номер телефона + IMEI». По этой связке можно отследить все следующие сим-карты, даже если они будут оформлены на другого или ненастоящего человека, то есть телефон теряет анонимность навсегда».

Другое дело, добавляет специалист, если при регистрации IMEI нужно будет указывать персональные данные конкретного человека, как это реализовано в Казахстане. «Но и в этом случае не очень понятно, в чем проблема указать ненастоящие данные или данные другого человека», — недоумевает Здольников. В отличие от Казахстана, у россиян нет привязки к их собственному идентификационному номеру, так что находиться в «серой зоне» можно без особого напряжения.

Иными словами, драконовские планы спецслужб, если они есть, традиционно подвергаются риску из-за принципа необязательности исполнения и умения людей обходить даже самые суровые правила. Интересно, однако, что

во многих спорных или запретных инициативах Россия идет на шаг позади Казахстана, словно стратегический партнер используется в качестве испытательного полигона.

На самом деле это, конечно, не так, просто Астана с большим удовольствием вводит откровенно репрессивные правила.

В Казахстане умеют убеждать граждан, что все для их собственного же блага: когда в начале прошлого года чиновники заставили людей регистрироваться в другом месте, если они уезжают из дома больше чем на девять дней (даже если они переезжают в соседнюю квартиру), — люди умирали в очередях, но регистрировались. Россия берет у «богом данного соседа» (характеристика Нурсултана Назарбаева про взаимоотношения двух стран) самые работоспособные инициативы и реализует их на свой манер.

Пока очевидным лейтмотивом для заимствования опыта является фискальный интерес — но и в политическом смысле у Казахстана России есть что перенять. Для Астаны проблемы-2024 просто не существовало бы, поскольку Нурсултан Назарбаев правит Конституцию по разным поводам регулярно и уже давно убрал норму о двух президентских сроках подряд для себя. Чтобы не искать преемника, он усилил роль Совбеза, став там главным руководителем — хотя, как и некоторые, Назарбаев всегда говорил, что не будет оставаться на своем посту дольше положенного. Астана спокойно разобралась с соцсетями (их можно блокировать в любой момент, и казахстанцы уже привыкли к сбоям в фейсбуке, не протестуют), свела журналистские расследования к нулю, обязав корреспондентов спрашивать письменное согласие на публикацию личных данных чиновников.

Вслед за Казахстаном и Россией, к слову, практику слежек и закручивания гаек в интернете внедряет Беларусь. Там с 1 декабря введена обязательная предварительная идентификация пользователей онлайн-ресурсов. Кроме того, всю информацию о пользователях владельцы сайтов (в первую очередь, общественно-политических) должны будут передавать в контролирующие органы (среди которых даже налоговики) по первому требованию. Анонимности больше нет. Следи за словами, будь осторожен.

Обратная сторона такого опыта — неприкрытое сползание в прошлое, но для гибридных авторитарных режимов это вообще не является проблемой. Осталось решить, проблема ли для России то, что она таким режимом постепенно становится.

При поддержке «Медиасети»