Цирки Третьего Рима

Защищая такой цирк, государство утверждает не традиционные ценности, а варварство

Соответствующую норму мы уже внесли в федеральный закон об ответственном обращении с животными, который мы подготовили ко второму чтению», — так 12 декабря РИА «Новости» цитировало главу профильного комитета Владимира Бурматова («ЕР»). Он подчеркнул, что позиция комитета заключается в том, что передвижные цирки и зоопарки являются концлагерями для животных. 18 декабря Госдума приняла во втором чтении данный законопроект. Норма о запрете бродячих цирков и зоопарков пропала.

Что произошло за шесть дней? Полемика Запашный — Гуцериев — Кремль вокруг канадского Cirque du Soleil. Она интересна не бизнес-составляющей — это хрестоматийная борьба за рынок с привлечением власти, тут никаких новостей, а сопротивлением одной системы ценностей другой. Традиционная этика, берущая начало в варварстве, встала против этики, что до сих пор у нас числится в новых, хотя и она уже поросла мхом, восходя к европейскому гуманизму и как раз к тем религиям, которые в России называют традиционными, прежде всего к христианству. Борьба более традиционного с менее. Тут новости тоже так себе: ни идеи Просвещения, ни христианство в России все никак не приживутся.

Cirque du Soleil — цирк без животных. Таких цирков все больше, таков мировой тренд. В большинстве стран Европы приняты общенациональные запреты либо на диких зверей в цирках, либо на всех животных в цирках, включая домашних, а также запреты на цирковую дрессировку. Кое-где, как в Германии и Испании, эти запреты принимают города — один за другим.

Запашный — это цирк со зверями. В России любой цирк, даже самый захудалый, без зверья до сих пор немыслим. Выходит шпрехшталмейстер и рассказывает, что обещанный слон при переезде сдох, макаки — простудились, будут только летающие хомячки. В Московском цирке не так, лучше или хуже — это смотря для кого; но уж точно Эдгард Запашный — не Франциск Ассизский и даже не наш скрепный Серафим Саровский, друживший с медведями.

И как раз в эти же 6 дней премьер-министр Дмитрий Медведев публикует к 25-летию Конституции статью, которую можно рассматривать как методическую и инструментальную для всех подобных конфликтов России с миром:

«Признавая и защищая права человека, российская Конституция устанавливает пределы притязаний на защиту таких прав, не признавая правами те, которые явно входят в конфликт с ценностями, традиционными для российского общества».

Какие права противоречат нашим традиционным ценностям, Медведев не говорит. Право на гомосексуализм? Аборты? Или на скорое и справедливое судопроизводство? На самоопределение народов? Или на Конституцию, которую соблюдают? Непонятно. Или право не быть живодерами, право на цирки и зоопарки, где не мучают животных?

Нам все последние годы дают понять: за проблемами в отношениях России с западным миром стоят ценности. Мы — оплот, нас осаждают, но мы, само собой, будем стоять.

Запрет цирков с животными обсуждается в России давно, и ничего не происходит. Проект «Об ответственном обращении с животными» внесен в Думу в 2010 году (!), в первом чтении принят в 2011-м. В 2016-м президент обратил внимание на его важность (!) и дал соответствующее поручение правительству РФ. Планировалось, что инициативу рассмотрят во втором чтении в июне 2017 года. Но чтение сладилось лишь сейчас. Мы знаем, как включают Госдуму в режим бешеного принтера, когда следует отстаивать скрепное. Очевидно, гуманизация хотя бы в одной из сфер в традиции не вписывается.

То есть в наших «традиционных ценностях» лупить палкой упорядоченно, регулярно одно живое существо, чтобы другое, малолетнее, порадовалось.

Если допустить, что отечественные укротители нашли гуманные подходы, что видеокамеры Центра защиты прав животных «ВИТА», установленные его активисткой, устроившейся уборщицей в Большой петербургский госцирк, врут, тогда наш обычай прозвучит иначе: одно живое существо держат в неволе и выпускают на арену на потеху другим.

И все — на госдотации. Меж тем у цирков без зверья не только лучше репутация, они и куда рентабельней. Но что нам международный опыт и мнение общественности.

«Кто в армии служил, тот в цирке не смеется» — это же не про армию и цирк, а про скрепы — насилие и тупую дрессуру. И не цирк сейчас защищают, а скрепы. Отмечу, что зоозащитники изначально полагали бесперспективным запрет лишь передвижных цирков-концлагерей: они лишь следствие стационарных — в них отработавшие свой век на аренах животные. Но даже это покушение на «традиции» не допущено.

Запашный, пользуясь поразившим власть синдромом осажденной крепости, беспардонно лезет под патриотичными лозунгами в чужой бизнес: «Инвестиции, которые сейчас господин Гуцериев собирается вкладывать и уже вложил, были бы более полезными для нашего, российского, искусства» (цитирую по kremlin.ru). Бог бы с ним, но ведь первое лицо государства с ним соглашается: «Моя позиция очень близка к вашей».

Какая этика (традиционная), такая и экономика.

Что все-таки подразумевается под бессмысленным словосочетанием — «традиционные ценности» — теперь уже в каждой стычке с миром? Обычно это как-то увязывается на традиционные в России религии. Но ни одна из них не поощряет жестокость к тварям божьим. И о цирке там — ничего. Что конкретно до христианства, то в римских цирках убивали на потеху публике христиан, апостола Петра в т.ч., животные — зебры и вепри, ослы и жирафы — насиловали женщин. Описано шоу, поставленное бестиарием Карпофором: бык, символизировавший Зевса, насиловал и убил деву, изображавшую Европу. Римляне — тогда оплот цивилизации — ликовали. Конечно, по форме номер несколько вызывающ, а месседж, чего уж, Третьему Риму близок.