Оригинал материала
Композиторы тоже люди. Причем живые
Не то чтобы в прежние годы композиторов (имеется в виду — живых) было меньше, но они были не так заметны и существовали в строго отведенных для них помещениях унылого типа. Уже несколько лет как ситуация радикально меняется (по крайней мере, в Москве и Перми) — во многом благодаря новой репертуарной политике Теодора Курентзиса и Владимира Юровского. 2018 год, особенно его финальная часть, оказался таким урожайным на значимые премьеры новой музыки, что пришло время главным его героем объявить странного персонажа под названием Современный Академический Композитор. Чтобы получше его разглядеть (не претендуя, впрочем, на полноту картины), COLTA.RU попросила живущих рядом с нами сочинителей музыки ответить на четыре вопроса.
1. Выберите одну (желательно), самую главную, вашу премьеру 2018 года.
2. Чего вы ждете от идеального исполнителя вашей музыки?
3. Чего вы ждете от идеального слушателя вашей музыки?
4. Когда бы вы хотели, чтобы ваша музыка звучала чаще, — сейчас или через сто лет?
Александр Маноцков
Сергей Невский
Леонид Десятников
Дмитрий Курляндский
Борис Филановский
Илья Демуцкий
Владимир Тарнопольский
Алексей Сюмак
Алексей Ретинский
Павел Карманов
Антон Сафронов
Виктор Екимовский
Алексей Сысоев
Кузьма Бодров
Владимир Николаев
Петр Поспелов
Ольга Бочихина
Владимир Раннев
Сергей Ахунов
Александр Вустин
Фарадж Караев
Александр Маноцков
1. Выберите одну (желательно), самую главную, вашу премьеру 2018 года.
Одну не могу )). У меня вышли две оперы в собственной постановке, обе важные, и инструментальный цикл большой, тоже важный; оперы — «Красный сад» в Свияжске и «52» в БДТ. Инструментальный цикл — «Organum/Occursus/Scala» в исполнении Михаила Дубова и Елисея Дрегалина (Камерный зал филармонии). А, кстати, еще же была премьера «Тетраграмматона» для дирижирующего виолончелиста и оркестра (Александр Рудин и Musica Viva, Дом музыки).
© Анастасия Брюханова Сцена из оперы «52» Александра Маноцкова в БДТ 2. Чего вы ждете от идеального исполнителя вашей музыки?
Идеальный исполнитель чувствует и структуру, и импульс, который ей предшествует. То есть он играет «не ноты». Но и ноты попутно играет «именно эти».
3. Чего вы ждете от идеального слушателя вашей музыки?
Идеальный слушатель слушает то, что слышит, то есть «именно то, что слышит», веря происходящему, как если бы оно было первой на свете музыкой. И для идеального слушателя нет ничего важнее, чем новая музыка. Иначе говоря, мой идеальный слушатель — это любой человек, потому что в любом человеке это все есть.
4. Когда бы вы хотели, чтобы ваша музыка звучала чаще, — сейчас или через сто лет?
Я хочу написать такую музыку, для которой это совершенно неважно.
Сергей Невский
1. Выберите одну (желательно), самую главную, вашу премьеру 2018 года.
Одну выбрать очень сложно. У меня в этом году были семь премьер, четыре новые вещи и три спектакля. Все они мне очень дороги. Я бы отметил участие в очень важном для меня проекте Владимира Раннева «Родина и Родина», где Раннев и Леша Сысоев написали, как мне кажется, совершенно изумительную музыку на тексты русских участников французского Сопротивления. Сам я написал туда небольшую камерную вещь «Votre MM» на текст матери Марии (Скобцовой). Премьера прошла на Новой сцене Александринки 25 мая, исполнили эту программу французский баритон Венсан Бушо и парижский ансамбль 2e2m. Очень важной была и московская премьера моего скрипичного концерта «Cloud Ground» с Леной Ревич и Теодором Курентзисом в БЗК. Особенным опытом был новый фортепианный квартет, исполненный на фестивале Spannungen в Хаймбахе камерным ансамблем с Кристианом Тецлаффом во главе. И, наконец, был еще спектакль «Утопия» Марата Гацалова по пьесе Михаила Дурненкова на сцене Театра наций, где мы с Леонидом Именных провернули через мясорубку музыкальное наследие 90-х, — тоже очень важный для меня опыт.
2. Чего вы ждете от идеального исполнителя вашей музыки?
Мне не на что жаловаться. У меня очень хорошие исполнители. Но, оценивая ситуацию в целом, я рискну предположить, что в последнее время благодаря стремительному изменению музыкального языка исполнители и композиторы немного потеряли друг друга из виду. Причем этот процесс обоюдный. Исполнители-звезды давно перестали нуждаться в новой музыке. И, наоборот, композиторы из мечтателей, проводящих все время за столом, все чаще превращаются в активных перформеров с лэптопом или другими специальными гаджетами. Это очень заметно по тому, какой стала музыка. Недавно побывав на одном концерте премьер в Берлине, я заметил, что огромное количество музыки, которая пишется сейчас, ритмически одноголосно. Ансамбль становится лишь продолжением электроники, дополняет и тембрально раскрашивает жест, который дает ему электроника или видео, становится таким гиперлэптопом, которым управляет автор-демиург. Сейчас наметилась еще одна тенденция: ансамбли сами позиционируют себя как авторы музыки, записывают импровизационные проекты. В Германии, где я живу, это очень заметно. Поэтому если композитор и исполнитель вообще встречаются — это немного похоже на такую специально организованную вечеринку из серии «для тех, кому за…», где всем немного неловко и никто не знает, как себя вести. У меня так было с Юрием Абрамовичем Башметом. Я был очень тронут предложением написать для него короткую пьесу, но совершенно не знал, какова будет готовность музыкантов и самого солиста заниматься моей музыкой, сколько у них будет времени. И выяснилось, что готовность и интерес куда выше, чем я предполагал, и, в общем, эта работа оставила меня в некотором смущении и желании переделать пьесу, сделать ее более интересной и внятной как для исполнителя, так и для себя самого. Поэтому думаю, что композиторам и исполнителям по-прежнему есть что сказать друг другу.
Но в реальности обычно авторы музыки сталкиваются с ограниченным репетиционным периодом и технической ограниченностью ансамблей, их нежеланием решать какие-то непривычные задачи. Обычно, если молодой композитор приносит что-то даже самому лучшему ансамблю, он слышит что-то вроде «мои музыканты не будут это делать» или «у нас в этом месяце еще три концерта в Лабытнанги, мы не будем тебя учить». В результате фрустрированный молодой автор (это обобщенный образ) отправляется в галерею «Граунд» (тоже обобщенный образ) и там пять часов в компании единомышленников скребет пластиком по стеклу в рамках импровизационного проекта, чтобы как-то пережить травму соприкосновения с тем, что ему кажется «мейнстримом». Поэтому, в то время как европейская музыка становится все более технологичной, все больше строится на взаимодействии видео, электроники и жеста, а рабочий процесс становится все более регламентированным, российская все дальше куда-то уплывает на волшебной льдине, в некое идеальное пространство, где любое временное ограничение звукового потока кажется насилием, — и в этом становится все больше похожей на российское государство, которое тоже куда-то уплывает, отдаляясь от цивилизации. Но процесс отчуждения композитора от исполнителя при этом универсален, он есть как в России, так и в Европе.
3. Чего вы ждете от идеального слушателя вашей музыки?
Я совершенно доволен слушателем. У меня, скорее, к себе вопросы, я думаю, как преодолеть некоторую техническую ограниченность своего письма, освоить некоторые новые техники и новые синтаксические модели. У меня есть патологический страх ярких, узнаваемых жестов, я не могу начать пьесу с тутти и форте. И этот страх я осмысленно стараюсь преодолеть, понимая, что вещи, которые мне кажутся банальными, на самом деле, возможно, являются лучшим решением в каких-то конкретных моментах, потому что они внятные. То есть моя главная задача — не слушателя выводить из зоны комфорта, а себя самого.
4. Когда бы вы хотели, чтобы ваша музыка звучала чаще, — сейчас или через сто лет?
Мой старший коллега Вольфганг Рим как-то сказал, что есть вещь более ценная, чем бурная слава, прижизненная или посмертная, а именно — непрерывный и постоянный рост исполнений и заказов в течение всей жизни. В этом я с ним согласен. Но переживать физически свою музыку, конечно, не хочется, как и бесконечно пережевывать уже сказанное. Недавно другой мой немецкий коллега, очень знаменитый, сказал, что преподает раз в неделю в консерватории только ради пенсии. Я не хочу, сказал он, чтобы мне нужно было сочинять в 85 лет. Есть столько ужасных поздних сочинений, объяснил он. Я не думаю, что мне близка эта идея — для нее я слишком медленно развиваюсь и слишком туго соображаю. Пример моей бабушки, которая в 60 лет освоила фортран и активно занялась программированием, для меня куда более вдохновляющ. А сколько, где и когда будет звучать наша музыка — одному Богу известно.
Леонид Десятников
1. Выберите одну (желательно), самую главную, вашу премьеру 2018 года.
«Буковинские песни. 24 прелюдии для фортепиано». Алексей Гориболь. Органный зал Пермской филармонии.
© Московская филармония Алексей Гориболь. «Буковинские песни. 24 прелюдии для фортепиано» 2. Чего вы ждете от идеального исполнителя вашей музыки?
Энтузиазма; присвоения и обладания. Естественности. Той же естественности, с какой он/она исполняет любую другую музыку — в частности, произведения так называемого базового репертуара.
3. Чего вы ждете от идеального слушателя вашей музыки?
Я хотел бы, чтобы ее слушали в одиночестве, в наушниках, с партитурой в руках; чтобы эти впечатления были чем-то вроде сокровенного знания.
4. Когда бы вы хотели, чтобы ваша музыка звучала чаще, — сейчас или через сто лет?
Если это не вопрос о роялти, то частота исполнений в эпоху технической воспроизводимости не имеет значения — ни сейчас, ни через сто лет.
Дмитрий Курляндский
1. Выберите одну (желательно), самую главную, вашу премьеру 2018 года.
Я последнее время пишу очень разные вещи (и в эстетическом, и в концептуальном смысле) — электронный балет «Apples & Pies. Ностальгия» в Воронежском камерном; третий струнный квартет, премьеру которого сыграл квартет ReDo в Риге; вокальный ансамбль для N'Caged, спетый на днях на Электролестнице; «Орфические игры»; «Багатели» для Intercontemporain. В этом же году неожиданно для себя записал альбом альтернативной музыки «Город где». Но в каком-то смысле все эти направления соединились в мюзикле «Парасомнии», который мы сделали с Верой Мартынов на малой сцене Электротеатра.
2. Чего вы ждете от идеального исполнителя вашей музыки?
Искреннего желания играть мою музыку.
3. Чего вы ждете от идеального слушателя вашей музыки?
Того же, чего и от слушателя любой музыки, — готовности и интереса к обнаружению, уважению и принятию другого (в том числе в самом себе).
4. Когда бы вы хотели, чтобы ваша музыка звучала чаще, — сейчас или через сто лет?
Последнее время у меня 60—70 исполнений в год — это из тех, что я могу легко отследить, а если учесть исполнения в рамках учебных программ, о которых я часто узнаю с опозданием, думаю, 90 наберется. Я был бы рад, если бы такая цифра продержалась эти сто лет.
Борис Филановский
1. Выберите одну (желательно), самую главную, вашу премьеру 2018 года.
Моя практически единственная премьера-2018 — «Пропевень о проросли мировой» с Владимиром Юровским и ГАСО на фестивале «Другое пространство». Композитор должен всячески выражать оптимизм и делать вид, что он успешный, но мне на это плевать, и я не стесняюсь признаться, что мне почти не заказывают музыку и меня почти не играют.
© Московская филармония Б. Филановский «Пропéвень о Прóросли Мирóвой» 2. Чего вы ждете от идеального исполнителя вашей музыки?
Медленного чтения. Слуха, превосходящего мой собственный. Абсолютного чувства времени и абсолютного чувства звука.
3. Чего вы ждете от идеального слушателя вашей музыки?
Чтобы он был мною самим и чтобы он был никем — потому что я сам хочу быть всем и никем. Жду такого супернаблюдателя, как самого себя, и боюсь его, как самого себя. Хотя зачем бояться того, кто не существует.
4. Когда бы вы хотели, чтобы ваша музыка звучала чаще, — сейчас или через сто лет?
Будущее убивает. Нет никакого будущего, никакого «через сто лет». Я хочу все и сейчас.
Илья Демуцкий
1. Выберите одну (желательно), самую главную, вашу премьеру 2018 года.
Главная и единственная моя премьера в уходящем году — это опера «Для “Черного квадрата”» в Новой Третьяковке 27—30 ноября 2018 года (сборная труппа солистов, партия фортепиано — Катя Сканави и Владимир Иванов-Ракиевский, камерный хор «Интрада»).
2. Чего вы ждете от идеального исполнителя вашей музыки?
От идеального исполнителя моей музыки помимо высокого качества исполнения написанного я, прежде всего, жду искренней заинтересованности в создании новой интерпретации. Мне верится, что это обязательное качество профессионального музыканта — влюбиться в то, что ты с таким трудом взращиваешь на репетициях. И затем на концерте искренне попытаться влюбить в произведение публику: ведь теперь это не только детище композитора, но даже в большей мере — исполнителя-интерпретатора.
3. Чего вы ждете от идеального слушателя вашей музыки?
От идеального слушателя я также жду искренности. Мне ценен тот, кто, прежде всего, доверяет своим собственным ушам, своим собственным эмоциям, не впадает в зависимость от мнения расплодившихся «знатоков», норовящих всем подсказывать, как надо и как модно, что хорошо, а что плохо. Я верю, что мой слушатель сам умеет разбираться в своих чувствах. И если пустил вдруг слезу, то не потому, что кто-то подсказал, а потому, что так услышал. В конечном счете нравится или не нравится то или иное мое произведение публике — мне не так уж и важно. Главное, чтобы человек не оставался равнодушным, чтобы у него возникло желание когда-нибудь переслушать эту «красоту» (или «гадость»). Чтобы возникло желание разобраться, почему моя музыка — «гадость» (или «красота»).
4. Когда бы вы хотели, чтобы ваша музыка звучала чаще, — сейчас или через сто лет?
Ничто не вдохновляет композитора сильнее, чем исполнение его музыки. Когда видишь воплощение в реальном звучании того, что зародилось у тебя в голове, — это высочайшее счастье и тот «волшебный пендель», который заставляет творца работать и жить дальше. Думать о том, останется ли твоя музыка в вечности, и бесконечно лезть из штанов, настаивая на мнимой революционности своей музыки (что в общем-то приравнивается к желанию остаться в вечности), — пустая трата времени. А вот пытаться помочь композитору остаться в вечности, то есть заказывать ему музыку и чаще ее исполнять, пока он жив (и чтобы он жил), — это задача и ответственность современников.
Владимир Тарнопольский
1. Выберите одну (желательно), самую главную, вашу премьеру 2018 года.
Пожалуй, самым важным для меня в этом году стал концерт-портрет в Институте перспективных исследований Берлина, где я работал в течение года над одним большим проектом. В этом концерте приняли участие замечательные музыканты — Каролина Мельцер (сопрано), Йенс Петер Майнц (виолончель), исполнивший мою новую пьесу «Study of Breath», Аксель Бауни (фортепиано), а я выступал с комментариями к исполняемым сочинениям. На концерт пришли и некоторые известные немецкие коллеги-композиторы, среди них были Вальтер Циммерман и Ариберт Райман. Это было, конечно, очень приятно.
Также очень важной для меня была российская премьера моей оркестровой пьесы «Eastanbul», которую блестяще провел Игорь Дронов со «Студией новой музыки» на концерте в Большом зале консерватории, посвященном 25-летию нашего ансамбля. Эта очень виртуозная пьеса была написана для Ensemble Modern ровно десять лет назад, и она многократно исполнялась различными коллективами в разных странах Европы, а также в Турции. Правда, из-за строгого регламента нашего юбилейного концерта, который мы сами себе определили (длительность каждой пьесы — не более 10 минут), в БЗК была исполнена лишь одна часть сочинения. Но, может быть, в течение следующих десяти лет какой-нибудь российский оркестр захочет сыграть всю пьесу целиком :))).
2. Чего вы ждете от идеального исполнителя вашей музыки?
Понимания авторского замысла и творческой свободы.
3. Чего вы ждете от идеального слушателя вашей музыки?
Прежде всего, открытости и определенной подготовленности. Я хотел бы, чтобы слушатель на концертах был сфокусирован, в первую очередь, на восприятии собственно музыки — работы со звуком, структуры сочинения, а не на расшифровке неких «социальных жестов», надуманных концепций или каких-то иных внемузыкальных параметров. Ролан Барт замечательно сказал о кино: «Фильмическое в фильме есть то, что не может быть описано». Перефразируйте это высказывание, применив его к музыке, и вы поймете, о чем я говорю.
4. Когда бы вы хотели, чтобы ваша музыка звучала чаще, — сейчас или через сто лет?
Честно говоря, для меня самое важное — первое исполнение, даже еще точнее — последняя репетиция, чтобы понять, что в сочинении получилось, а что нет. И если ничего не нужно переделывать, то на этом мое профессиональное любопытство к своей пьесе в общем-то заканчивается.
Алексей Сюмак
1. Выберите одну (желательно), самую главную, вашу премьеру 2018 года.
Увертюра к спектаклю «Король Лир» для альта и камерного оркестра. Зимний фестиваль искусств в Сочи. «Солисты Москвы», солист — Юрий Башмет.
2. Чего вы ждете от идеального исполнителя вашей музыки?
Чтобы он точно и внимательно все исполнял. Был готов ко всему новому.
3. Чего вы ждете от идеального слушателя вашей музыки?
Чтобы он выключил мобильный телефон и просто внимательно слушал.
4. Когда бы вы хотели, чтобы ваша музыка звучала чаще, — сейчас или через сто лет?
Сейчас.
Алексей Ретинский
1. Выберите одну (желательно), самую главную, вашу премьеру 2018 года.
2018-й был полон очень важных и вдохновляющих на последующий рост премьер, поэтому выбрать одну крайне трудно. Среди них — спектакль «Камилла» с Анной Гарафеевой, Ксенией Перетрухиной и Иваном Матиссом на Дягилевском фестивале в Перми, саксофонный квартет «Duda» в исполнении Keuris Saxophone Quartet на фестивале Gaudeamus в Утрехте, симфоническое произведение «De Profundis», исполненное Владимиром Юровским и ГАСО имени Светланова в КЗЧ. Бывает так, что происходит чудо и оно выходит за рамки года, переходя, кажется, по значимости в масштабы целой жизни. Это ночное исполнение марианских антифонов Теодором Курентзисом и хором MusicAeterna в Пермской художественной галерее.
© Дягилевский фестиваль Алексей Ретинский. Salve Regina и Regina Coeli из цикла Марианских Антифонов 2. Чего вы ждете от идеального исполнителя вашей музыки?
Чтобы исполнитель нашел себя в моей музыке так, как если бы сам ее создал.
3. Чего вы ждете от идеального слушателя вашей музыки?
Опустошенности, готовой заполниться.
4. Когда бы вы хотели, чтобы ваша музыка звучала чаще, — сейчас или через сто лет?
Через сто лет. Есть мотивация стать долгожителем.
Павел Карманов
1. Выберите одну (желательно), самую главную, вашу премьеру 2018 года.
Тройник премьер 26 ноября в камерном зале «Зарядье»: «Голландия» на стихи Бродского, «Шуманиана» для фортепиано, написанная по заказу Алексея Любимова, и американский заказ для Фонда Михаила Барышникова — 2-й секстет «Я поставил свой дом» на стихи Тао Юаньмина с подготовленным фортепиано и фонограммами. Исполнители — Алексей Любимов со товарищи и Екатерина Кичигина.
2. Чего вы ждете от идеального исполнителя вашей музыки?
3. Чего вы ждете от идеального слушателя вашей музыки?
По возможности — любви, причем не столько к моей музыке, сколько к музыке вообще, желательно в той же мере, в какой я ее люблю.
4. Когда бы вы хотели, чтобы ваша музыка звучала чаще, — сейчас или через сто лет?
Сейчас. Через сто лет она и так звучать будет.
Антон Сафронов
1. Выберите одну (желательно), самую главную, вашу премьеру 2018 года.
«Воображаемый монотеатр Владимира Маяковского» для женского голоса и оркестра. Исполнители: Александра Любчанская, Владимир Юровский и Госоркестр. Московская филармония, Концертный зал Чайковского, фестиваль «Другое пространство», 28 ноября 2018 года.
© Московская филармония «Воображаемый монотеатр Владимира Маяковского» 2. Чего вы ждете от идеального исполнителя вашей музыки?
Идеальный исполнитель — наверное, тот, который сразу же считывает творческое намерение композитора и знает не хуже (а иногда и лучше!) автора, как осуществить его наиболее убедительным способом. Именно с такими исполнителями мне посчастливилось работать над «Воображаемым монотеатром Владимира Маяковского». Причем для меня было особенно ценным именно творческое содружество этих двух необычайно талантливых, высокоинтеллектуальных и творчески «комплиментарных» музыкантов.
3. Чего вы ждете от идеального слушателя вашей музыки?
Самый хороший слушатель — способный слушать активно. «Имеющий уши да слышит». Который идет в своем восприятии вглубь сочинения, «поверх» внешних признаков-этикеток: стиля, направления, музыкального языка и проч. Этот слой слушателя, не боящегося «напрягаться», сильно истончился за последнее время в связи с развившейся хипстерской модой на поверхностное восприятие, easy listening. Именно на нее сейчас ориентируются авторы, пишущие халтурно и примитивно (неважно, «тонально» или «атонально»), а также — «эксперты» и музыкальные критики, обслуживающие этот сегмент и обладающие, как правило, схожими с ним ограничениями в восприятии. «Хороший» слушатель, однако, слава богу, тоже пока никуда не исчез — о чем я могу судить, например, по общению со многими посетителями «Другого пространства», не связанными с «тусовкой», искренними в своих восприятиях и суждениях.
4. Когда бы вы хотели, чтобы ваша музыка звучала чаще, — сейчас или через сто лет?
Конечно, и сейчас, и через сто лет. Я — за непрерывность и преемственность.
Виктор Екимовский
1. Выберите одну (желательно), самую главную, вашу премьеру 2018 года.
Премьера 28 ноября в КЗЧ. Девятая симфония. ГАСО п/у Владимира Юровского.
2. Чего вы ждете от идеального исполнителя вашей музыки?
Мне надо, чтобы исполнители точно играли то, что написано, а не создавали свои разного рода интерпретации.
3. Чего вы ждете от идеального слушателя вашей музыки?
Все слушатели сейчас смешались, я сталкивался с искренними аплодисментами как профессионалов и любителей музыки, так и случайно попавших на концерт прохожих.
4. Когда бы вы хотели, чтобы ваша музыка звучала чаще, — сейчас или через сто лет?
В молодости, юности и зрелости меня волновал факт каждого исполнения каждого моего сочинения, к настоящему времени интерес пропал. Так что говорить о «через сто лет»?
Алексей Сысоев
1. Выберите одну (желательно), самую главную, вашу премьеру 2018 года.
Из шести прошедших в этом году моих премьер я бы выделил первое исполнение большой пьесы «Present Indefinite» в артистическом центре «Ямаха». Играли Юрий Фаворин (фортепиано) и Дмитрий Щелкин (перкуссия). Это был большой и очень важный для меня опыт. Пьеса написана в 2017-м, так что мне не пришлось долго ждать. Спасибо за это Юрию и Дмитрию!
© Антон Насыров «Present Indefinite» Алексея Сысоева 2. Чего вы ждете от идеального исполнителя вашей музыки?
В первую очередь, жду соответствия профессиональному, что ли, уровню самого сочинения. И это, конечно, не только техника, вкус, но и весь свод профессиональных навыков, включая дисциплину, взаимное уважение и прочие подобные вещи.
3. Чего вы ждете от идеального слушателя вашей музыки?
Понимания, уважения, доверия и искренней (по возможности) заинтересованности.
4. Когда бы вы хотели, чтобы ваша музыка звучала чаще, — сейчас или через сто лет?
Конечно, сейчас! Какое мне дело, что будет через 100 лет?!
Кузьма Бодров
1. Выберите одну (желательно), самую главную, вашу премьеру 2018 года.
По поводу премьер у меня дилемма: два события одинаково для меня важны, решил указать оба. «Путеводитель по оркестру» написан специально для Юношеского симфонического оркестра под руководством Юрия Башмета. Площадки: Зимний театр в Сочи, Концертный зал Чайковского в Москве, Шанхай, Пекин, Сеул и Сингапур. «Пять отражений на тему Паганини» для альта, пяти солирующих скрипок и камерного оркестра. Произведение написано по заказу фестиваля «Дорогами Просекко» в Конельяно. Исполнители: камерный оркестр «Солисты Москвы», солист и дирижер Юрий Башмет. Площадки: Витторио-Венето (Италия), Эльба, БЗК в Москве, Пермь, Новосибирск, Сочи, Ереван, Челябинск, Ростов-на-Дону, Магнитогорск, Тюмень.
2. Чего вы ждете от идеального исполнителя вашей музыки?
От идеального исполнителя моей музыки я жду полной самоотдачи и взаимопонимания. Таковым является, к примеру, мой друг, скрипач Никита Борисоглебский. Который так играет мою музыку, что иной раз она кажется лучше той, что я написал. Думаю, это получается потому, что он целиком погружается в музыкальную ткань и замысел композитора, высвечивает те неожиданные грани, о которых композитор, может, и не думал. То есть в некотором смысле исполнитель является соавтором композитора, проводником его идеи. Это и есть идеальный исполнитель, как мне кажется.
3. Чего вы ждете от идеального слушателя вашей музыки?
От идеального слушателя я жду доверия.
4. Когда бы вы хотели, чтобы ваша музыка звучала чаще, — сейчас или через сто лет?
Как любой композитор (как мне кажется), я мечтаю, чтобы моя музыка жила после моего ухода. Сейчас она довольно часто исполняется. Конечно, всегда хочется большего, но в настоящее время я доволен. Как пример: 22 декабря у меня был творческий вечер в Музее Скрябина, а 23 декабря — в Камерном зале филармонии. В эти же два вечера Башмет исполнял мои «Отражения на тему Паганини» в Перми и Клину.
Владимир Николаев
1. Выберите одну (желательно), самую главную, вашу премьеру 2018 года.
К сожалению, главная (для меня) ожидаемая премьера моего последнего сочинения «AMOKUS» для струнного квартета по разным причинам не состоялась. Поэтому реально такой премьерой стало ледовое шоу «Лебединое озеро», где я адаптировал музыку Чайковского под сильно обновленную сказку, при этом написав и несколько своих оригинальных номеров. Записали музыку Воронежский симфонический оркестр, дирижер Арсентий Ткаченко, звукорежиссер Владимир Рябенко. Режиссер шоу — Сергей Филин. Главные роли сыграли (станцевали) Евгений Плющенко и балерина Ольга Смирнова.
2. Чего вы ждете от идеального исполнителя вашей музыки?
Адекватного понимания моих музыкальных идей. А поскольку они чаще всего связаны с инструментальным театром, то жду от исполнителей артистизма. Еще иногда — способности забывать, чему их учили в консерваториях :).
3. Чего вы ждете от идеального слушателя вашей музыки?
Наверное, того же, чего и от исполнителя. Артистизм не обязателен :).
4. Когда бы вы хотели, чтобы ваша музыка звучала чаще, — сейчас или через сто лет?
Конечно, через сто лет! Это доказывало бы, что я творю не однодневки!
Петр Поспелов
1. Выберите одну (желательно), самую главную, вашу премьеру 2018 года.
«Розовые пеньки любви», программа песен. Артисты и выпускники Молодежной оперной программы Большого театра: Евгения Асанова, Вадим Волков, Давид Посулихин, Даниил Чесноков. Бэк-квартет Елизаветы Эбаноидзе. Оркестр Musica Viva. Дирижер Сергей Иньков. Дом музыки, Театральный зал, 9 декабря 2018 года. Если можно указать две премьеры, то еще: «Юровский или Курентзис?», кантата на слова Екатерины Бирюковой. Артисты Молодежной оперной программы Большого театра: Евгения Асанова, Вадим Волков, Давид Посулихин. Екатерина Вашерук, фортепиано. Музей Прокофьева, 8 апреля 2018 года.
2. Чего вы ждете от идеального исполнителя вашей музыки?
Что он услышит в моей музыке еще больше музыки, чем я сам. Такое редко, но бывает.
3. Чего вы ждете от идеального слушателя вашей музыки?
Умения получать от музыки удовольствие.
4. Когда бы вы хотели, чтобы ваша музыка звучала чаще, — сейчас или через сто лет?
Сейчас! Не пишу для вечности.
Ольга Бочихина
1. Выберите одну (желательно), самую главную, вашу премьеру 2018 года.
Немая опера «FACE» для инструментальных и электроакустических звуков и видеопроекции. Видеохудожник — Иван Сахаров. VI Международный фестиваль актуальной музыки «Другое пространство». Концертный зал имени Чайковского. Солисты Госоркестра России имени Светланова, солисты ансамбля Questa Musica, дирижер — Филипп Чижевский.
© Московская филармония «FACE» 2. Чего вы ждете от идеального исполнителя вашей музыки?
Сотрудничества и разделенности в самом широком смысле. Соприкосновения на уровне мысли, жизни, смыслов, жестов, какими бы «замыленными» все эти слова ни были. Совместного поиска, совместного обновления, совместного проживания и совместного драйва. Сопряженности, сонатянутости, сонастроенности. И в конечном счете сонеидеальности, в результате которой можно стать чуть больше себя, когда я смогу стать немножечко им (в смысле — идеальным исполнителем), а он — немножечко мной (в смысле — идеальным композитором).
3. Чего вы ждете от идеального слушателя вашей музыки?
Последнее столетие предъявило к слушателю повышенные требования, вынудив его очень серьезно перестроить и истончить внутреннюю слуховую «настройку». И это серьезным образом изменило опыт самого феномена слушания, которое теперь может быть нарративным, аналитическим, синтетическим, расширенным, экологичным, «редуцированным», активным, культурологическим, мультидименсионным — и это далеко не конец.
Задача, которая возлагается на «слушание», зачастую может превосходить задачу, которая возлагается на исполнение или авторское конструирование смысла. Слушание сочиняется. Однако я не пытаюсь сочинить своего слушателя. Я вижу его ценность где-то в другой области, скорее, в области замыкания разомкнутой связи послания. Я, как автор, размыкаю эту связь, эмансипирую себя как центр из «фона культуры», как бы отделяю (или делаю вид, что отделяю) от всего другого, что не я. А слушатель возвращает меня в «фон», воссоединяет мое послание с собственным бэкграундом, который либо поглощает мое послание и как бы растворяется в нем, либо вступает с ним в противоречие. И дальше между нами образуется социальная дистанция, в результате которой должен возникнуть вопрос: а что с этим делать и куда это вписать? И вот эта дистанция — откуда я «выписалась» и куда «вписалась» — мне интересна, она всегда уникальна, поэтому я не верю в идеального слушателя/исполнителя/композитора, мне интересно, как это там «срастется».
4. Когда бы вы хотели, чтобы ваша музыка звучала чаще, — сейчас или через сто лет?
Моя музыка не настолько «проста», чтобы звучать часто: неважно, сегодня или через сто лет. Отчасти это делает ее событием, отчасти лишает признания. Виртуально она звучит чаще, чем в залах. И вместе с тем она не настолько «сложна», чтобы откладывать ее на «послезавтра». Она — сегодняшний нерв, сегодняшнее смятение, сегодняшний импульс. Пусть звучит.
Владимир Раннев
1. Выберите одну (желательно), самую главную, вашу премьеру 2018 года.
«Enfin je suis libre» («Вот я на свободе») на текст письма Николая Оболенского жене Вере из освобожденного Бухенвальда 15 апреля 1945 года для голоса и пяти инструментов. Исполнено ансамблем 2e2m (Франция) и солистом Венсаном Бушо (Франция) на фестивале reMusik (Санкт-Петербург) на Новой сцене Александринского театра.
2. Чего вы ждете от идеального исполнителя вашей музыки?
3. Чего вы ждете от идеального слушателя вашей музыки?
Холодной головы, горячего сердца и чистых рук.
4. Когда бы вы хотели, чтобы ваша музыка звучала чаще, — сейчас или через сто лет?
Меня мало интересует, что будет с моей музыкой через сто лет.
Сергей Ахунов
1. Выберите одну (желательно), самую главную, вашу премьеру 2018 года.
Из состоявшихся премьер этого года я бы выделил свою небольшую пьесу «Пассакалия» (2 ноября, Малый зал Санкт-Петербургской филармонии, Мария Федотова — флейта, Илья Иофф — скрипка, камерный оркестр «Дивертисмент»). Были и другие премьеры — например, февральская с оркестром Musica Viva в Московском международном Доме музыки или апрельская — с Дмитрием Синьковским и La Voce Strumentale в центре Башмета. Вероятнее всего, они «главнее», поскольку «Времена года», записанные Юлией Игониной и оркестром Musica Viva, вошли в мою пластинку «Пустая страница Гюго», а пластинка с Дмитрием Синьковским и La Voce Strumentale выйдет в следующем году. И все же…
Представьте, что вы находитесь в теплых отношениях с музыкантами, которые любят вашу музыку. Однажды утром вы просыпаетесь с мыслью: а не написать ли для них что-нибудь? Это «что-нибудь» пишется настолько легко, что через месяц вы отсылаете готовую партитуру дирижеру. Дирижеру очень нравится то, что вы написали. Он назначает дату премьеры. Через четыре месяца вы приезжаете на премьеру и находите, что музыка полностью разучена, отрепетирована и готова к исполнению. Вам остается сделать лишь небольшие ремарки, без которых, в общем, и так все было хорошо. И на репетициях, и на концерте вы замечаете, насколько нравится музыкантам ваша работа, а потом вы слышите реакцию зала, которому ваша музыка нравится еще больше. Кроме того, дирижер оркестра серьезно планирует эту музыку записать… и так далее.
Практически идеальная ситуация! Лично мне это доставляет ни с чем не сравнимое удовольствие. А ради чего еще писать музыку?
2. Чего вы ждете от идеального исполнителя вашей музыки?
Идеальный исполнитель моей музыки играет только то, что я написал, но только намного лучше, чем я себе это представлял. Должен сказать, что с музыкантами мне везет: ведь в основном именно так и происходит.
3. Чего вы ждете от идеального слушателя вашей музыки?
Идеальный слушатель моей музыки приходит на концерт заранее, не опаздывает, перед концертом выключает звук мобильного телефона, не смотрит в экран мобильного телефона, сидит тихо, не разговаривает, внимательно слушает музыку, не хлопает между частями, зато громко и долго аплодирует, когда музыка закончится (иногда стоя).
4. Когда бы вы хотели, чтобы ваша музыка звучала чаще, — сейчас или через сто лет?
Конечно, сейчас. Для меня это напрямую связано и с работоспособностью, и с вдохновением — чем более ты востребован, тем больше желания работать, тем интереснее писать. Ну и приходится все время думать о деньгах, так как другого способа заработать на жизнь, кроме сочинительства, у меня нет.
Александр Вустин
1. Выберите одну (желательно), самую главную, вашу премьеру 2018 года.
Премьер не было.
2. Чего вы ждете от идеального исполнителя вашей музыки?
Жду сотворчества.
3. Чего вы ждете от идеального слушателя вашей музыки?
4. Когда бы вы хотели, чтобы ваша музыка звучала чаще, — сейчас или через сто лет?
Хотел бы не исчезнуть.
Фарадж Караев
1. Выберите одну (желательно), самую главную, вашу премьеру 2018 года.
а) 29 ноября, Москва, КЗЧ, фестиваль «Другое пространство» — Концерт для оркестра и скрипки соло, Юровский/Копачинская.
б) 9 сентября, Хельсинборг, Швеция — Шёнберг, «Pierrot lunaire», редакция для большого симфонического оркестра. После исполнения партитура была одобрена венским UE и Ларри Шёнбергом и принята в каталог издательства.
2. Чего вы ждете от идеального исполнителя вашей музыки?
Профессионализма и интеллекта. Если исполнителем будут заданы умные вопросы, постараюсь дать адекватные ответы.
3. Чего вы ждете от идеального слушателя вашей музыки?
Терпения и искреннего желания попасть в резонанс с исполняемой музыкой.
4. Когда бы вы хотели, чтобы ваша музыка звучала чаще, — сейчас или через сто лет?
Абсолютно все равно.
ПОДПИСЫВАЙТЕСЬ НА КАНАЛ COLTA.RU В ЯНДЕКС.ДЗЕН, ЧТОБЫ НИЧЕГО НЕ ПРОПУСТИТЬ