"Нам остается только молиться"

Трое детей и их родители, пострадавшие при пожаре в частном доме поселка Итатка Томской области, отправлены на лечение в Нижний Новгород. Спецборт прибыл в Томск утром, 7 января. Петицию под заголовком "Помогите детям пока еще не поздно" с сообщением о том, что их близкие неделю не могут попасть в ожоговый центр, опубликовала на сайте Change.org тетя пострадавших Оксана Валеева. По ее словам, транспортировка детей затягивалась из-за проблем с оплатой самолета.

​"Даже представить не могли, что все так страшно"

Пожар в поселке Итатка произошел 29 декабря. По официальной версии, в деревянном доме взорвался газовый баллон. Пострадала семья из пяти человек: глава семьи Александр Фролов получил ожог 54% тела, его жена Татьяна – 66%, их дети: Николай (11 лет) – 75% тела; Антон (6 лет) – 40% тела, самый младший, Степан (1 год 2 месяца) – 50%. Сразу после пожара взрослых доставили в ожоговый центр Областной клинической больницы Томска, а детей – в реанимационное отделение больницы Скорой медицинской помощи №2. Дети находились в крайне тяжелом состоянии. Николая и Степана подключили к ИВЛ и ввели в медикаментозный сон (кому).

Мы даже представить не могли, что все настолько страшно! Подробности того, что там произошло, до сих пор не знаем

– О пожаре нам сообщила мама. Сказала, что сгорел дом, но все живы, хотя и в больнице. Мы даже представить не могли, что все настолько страшно! Подробности того, что там произошло, до сих пор не знаем. Вроде бы, Таня с Сашей заправили газовый баллон на газовой заправке в Томске, привезли его домой, занесли в помещение – и тут раздался хлопок. В итоге весь дом разнесло, крыша обвалилась. Как они вообще остались живы... Саша всех сам вытаскивал, он пожарным работает в местной пожарной части. Они же этот дом только недавно построили, прожили там всего два месяца, а сейчас ничего не осталось, и сами в таком ужасном состоянии… – рассказывает сестра Татьяны Фроловой Анна Мирошниченко.

​​​Все праздники родные дежурили дома на телефоне. В больницу их пустили только на четвертые сутки. Причем общаться врачи предпочитали лишь со старшей сестрой Оксаной, так как она имеет медицинское образование и по профессии медсестра.

– Оксана постоянно говорила с врачами, – говорит Анна. – По телефону ей про состояние взрослых сообщали, а про детей – нет, поэтому мы еще и в больницу ездили. А потом я родных увидела… Слов нет… У Саши (отец) все тело черное. Хотя врачи и обнадежили, что это только поверхностный ожог, их просто огненной волной накрыло, и все заживет, хоть и будет долго лечиться, а вот Тане понадобится пластика. У нее сильно обгорела поясница, на теле глубокие ожоги. Хотя сложнее всего дела обстоят со старшим сыном Колей – у него запредельные ожоги…

Подробности общения с врачами Оксана тоже отразила в петиции:

​"30, 31, 1 января я приходила на встречи с врачом реанимации и каждый день мне говорили одно и тоже: "Дети в крайне тяжелом состоянии, делаем все возможное". 2 января я позвонила в Медицины катастроф по Томской Области, где мне ответили что все знают об этой трагедии: Департамент здравоохранения Томска, МЧС и даже губернатор. "Делаем всё возможное, лекарства все есть". Все всё знают, но никто ничего не делает. 3 января на встрече мне сказали опять то же самое, и тогда я позвонила в Москву. И только после этого начали что-то делать. 4 января была проведена видеоконференция с ведущими специалистами по ожогам Москва – Нижний Новгород – Томск. Было скорректировано лечение, и было решено отправлять всех пятерых в Н.Новгород. Теперь дело снова встало, потому что наши власти не могут решить кто будет платить за этот самолет! Сейчас важна каждая минута, а власти бездействуют. Я хочу добиться огласки и поддержки общественности в этом деле, что бы люди знали о бездействии наших местных властей, а так же что бы информация в полной мере была донесена до федеральных СМИ!"

– Оксана, почему вы решили создать петицию?

– В детской больнице нет специализированного ожогового отделения, поэтому местные врачи нашим племянникам просто поддерживали жизнь, но лечения специализированного, такого, как, например, в Нижнем Новогороде, оказать не могли. Медики на совещании сами признавали, что нужно везти детей либо в Кемерово, либо в Нижний Новогород, но в итоге сказали, что в Новогород лучше, ведь там даже есть специализированная лаборатория, в которой выращивают искусственную кожу. И эта кожа потом приживается лучше, чем настоящая.

– Но, если все шло по плану, почему вы решили, что транспортировка затягивается?

– Понимаете, при получении таких ожогов человек сначала находится в шоковом состоянии, и его нельзя никуда везти и трогать, а потом появляется "окно" – буквально в пару дней – чтобы организовать транспортировку или срочно организовать другое лечение, так как после этого начинается следующий этап – интоксикация организма. И это нужно предотвратить, и медлить тут нельзя! И когда мы начали ждать это "окно", то беспокоились, что можно упустить время, и позвонили в медицину катастроф в Москву. А уже там врачи сказали, что борт готов, но почему-то не принимают решение о вылете. А это решение должно быть принято между Москвой и Томском – кто будет оплачивать борт. И мы запаниковали!

– Петицию за сутки подписали более 1200 человек. И в это же время было принято решение о том, что ваших близких все же транспортируют в Нижний Новгород. Как думаете, это совпадение или повлиял общественный резонанс?

Мы благодарны за помощь, но хотелось бы, конечно, чтобы ожоговый центр для детей был в нашем городе и никому больше не приходилось переживать того, что мы пережили

– Мы не знаем, что в итоге дало толчок, но все откликнулись. С нами связался заместитель губернатора Томской области по социальной политике Иван Деев. Он даже был с нами на встрече в детской больнице. Мы благодарны за помощь, но хотелось бы, конечно, чтобы ожоговый центр для детей был в нашем городе и никому больше не приходилось переживать того, что пережили мы. Петиция была создана именно с такой целью – обратить внимание на эту проблему, добиться, чтобы спецпомощь была и в нашем городе, а не в каких-то других, до которых еще надо добираться.

– Какая информация есть на сегодняшний день?

– Утром 7 января наши близкие все же вылетели из Томска. Сестра Таня смогла дозвониться маме и сказать об этом. Транспортировали всех пятерых: и взрослых, и детей, но полетели с ними только врачи, никого из нас не взяли. Больше информации нет. Самый тяжелый пациент по-прежнему старший племянник. Коля еще находится на ИВЛ, поэтому нам остается только молиться и надеяться на врачей в Нижнем Новгороде…