Путь к войне

Проблема-2024 – это проблема не действующего президента, а наша, уверен Леонид Гозман. Сохранение режима грозит все более массовыми репрессиями и большой войной

Решит – останется

Гипотетическое желание Владимира Путина сохранить власть и после 2024 года – а именно такое желание приписывают ему очень многие – может иметь массу причин. От его специфических представлений о благе страны и отсутствия в его окружении человека, достойного, с его точки зрения, занять высший пост, до беспокойства за собственную безопасность или просто привычки быть там, где он находится уже почти двадцать лет.

Но что бы ни двигало нынешним главой государства, если он примет такое решение, то конституционные ограничения ему не помешают. Три-четыре способа обойти их назовет каждый. Например, переход к парламентской республике (и угадайте с трех раз фамилию несменяемого премьера). Или введение поста, аналогичного посту духовного лидера нации в Иране – человека более властного, чем президент, парламент и суд вместе взятые, который отвечает уже не перед избирателями, а непосредственно перед Аллахом. Ну или – об этом говорят все больше – аннексия Белоруссии и переучреждение государства, чтобы Наше Все пошло снова на первый срок. Или, совсем по-простому, провести референдум о пожизненном президентстве – санкции, мол, русофобия и прочее – ну как без пожизненного президента? А можно придумать еще десятка два способов, и все они будут абсолютно реализуемыми. Да и среди начальства явно уже началось соревнование – кто предложит ему более привлекательный вариант.

Его, теоретически, могло бы остановить народное возмущение – только что мы видели, как это произошло в Армении. Но это, даже на фоне падения рейтинга, представляется маловероятным. Да и наши силовики в силу многих обстоятельств кажутся более подготовленными к тому, чтобы открыть огонь по согражданам, чем армянские.

А есть ли план

Он может остаться. Но ни он, ни его приближенные не знают: что делать дальше?

Образа будущего нет не только у народа, но и у тех, кого называют элитами, если, конечно, не считать таковым план заработать/украсть еще какую-то сумму и определенным образом ее потратить.

Стремление правящей группы остаться у власти напоминает настойчивые уговоры импотента. А что он будет делать, если девушка согласится? Удовольствия точно не получит.

Надо что-то реальное людям раздавать – а раздавать больше нечего, не от себя же отрывать? Остается одно – репрессии. Если ничего не даешь, надо держать в покорности страхом и силой

Но главное, что удовольствия не получим мы. И не только потому, что не будет позитива – его точно не будет! После двадцати пяти лет хождения власти по кругу – а к 2024 году будет уже четверть века! - и разрушения всего, до чего удалось дотянуться, нет оснований надеяться на то, что они вдруг начнут проводить разумную политику. Хотя бы потому, что разумная политика противоречит их собственным интересам – они каждый день получают гигантскую выгоду и от коррупции, и от сращивания власти и бизнеса, и от внешнеполитических авантюр. А поскольку они, как в свое время и советская власть, в широком смысле слова ничего не производят, а лишь тратят то, что им досталось от предшественников, а это доставшееся очевидно заканчивается, можно ожидать дальнейшей разбалансировки всего. Ухудшения положения в образовании, в социальной сфере, сбоев и катастроф на транспорте, пожаров и обрушений, роста преступности и далее по списку.

Представляется, однако, что тотальный развал – не единственная угроза, которую таит в себе новый бессрочный срок.

Борьба с недовольными

Им надо будет делать что-то с народным недовольством. Демагогия и виртуальная, ненастоящая война, как и вполне реальные, но локальные конфликты, похоже, срабатывают все слабее. Народ перестал получать мазохистское удовольствие от того, что мы – осажденная крепость, что весь мир против нас, потому что мы самые хорошие и правильные. Значит, надо что-то реальное людям раздавать – а раздавать больше нечего, не от себя же отрывать? Остается одно – репрессии. Если ничего не даешь, надо держать в покорности страхом и силой.

Так что репрессии – возможный вариант. Не уверен, правда, что у них есть для этого ресурс – понадобятся же не точечные репрессии, а довольно массовые, разгон не одной толпы в Москве, а многих в разных городах. Когда, например, несколько лет назад из-за дурацкой попытки запретить машины с правым рулем были волнения во Владивостоке (а там все ездят на таких машинах), туда самолетами перебрасывали ОМОН из Москвы. Вообще надежность подразделений, призванных стрелять по соотечественникам, никогда нельзя оценить заранее – последний шах Ирана, гвардия которого доблестно «перешла на сторону народа», мог бы многое об этом рассказать.

Но они, конечно, попробуют.

Война как оправдание

Но у них, а значит и нас, будет еще одна проблема. Люди, даже самые могущественные и богатые, остаются людьми. Им недостаточно безопасности, им нужно самоуважение, ощущение смысла своего существования. Как только наше начальство решит «проблему 2024», перед ним встанет задача преодоления экзистенциального вакуума – зачем мы здесь?

После 2024-го, когда никаких выборов впереди уже не будет – они же, чтобы больше не нервничать, придумают что-нибудь, по факту, пожизненное – идея активной обороны станет доминирующей, если не единственной

Не будет возможности сказать самим себе, что мы, мол, обеспечиваем народу лучшую жизнь, а России – развитие. Хоть они и верят собственной пропаганде все больше и больше, но все же не настолько, чтобы уж совсем не понимать положения страны. Но есть выход – они могут сами перед собой оправдать свою власть, если на самом деле, а не для телевизора поверят, что кругом враги и мы должны ответить на их готовящуюся агрессию «ответным упреждающим ударом» (так в свое время официально называлось нападение СССР на Финляндию).

Собственно, все последние годы они движутся именно к такой картине мира. Но после 2024-го, когда никаких выборов впереди уже не будет – они же, чтобы больше не нервничать, придумают что-нибудь, по факту, пожизненное – идея активной обороны станет доминирующей, если не единственной. Причем, она будет не инструментальной, ради поддержания рейтинга, сплочения и прочего, а искренней и самодостаточной. И рано или поздно они начнут войну. Ибо только война может оправдать их в их собственных глазах.

Поэтому сохранение Владимира Путина у власти после 2024 года – не просто продолжение нынешнего гниения, а угроза гибели. И для нас, и для мира.

Можем ли мы что-то сделать для предотвращения такого сценария? Думаю, да. Но это уже тема другой дискуссии.

*Леонид Гозман – политолог, председатель движения «Союз правых сил».