Согласно первой оценке Росстата, в 2018 г. ВВП вырос на 2,3% против 1,6% годом ранее. Это максимальные с 2012 г. темпы роста. Такой прыти от российской экономики никто не ждал. Министр экономического развития Максим Орешкин после существенного пересмотра Росстатом данных о строительстве (рост на 5,7% за январь – ноябрь 2018 г. вместо 0,5%) увеличил прогноз с 1,8 до 2%. Ускорения больше чем на 2% Минэкономразвития ждало только в 2021 г. после рывка инвестиций в 2020 г. на 7,6%.

Не ждали

Не ждали такого и экономисты: опрошенные Reuters эксперты в ноябре 2018 г. прогнозировали по итогам года рост на 1,8%. После обнаружения «строительного бума» они повысили прогнозы: Институт исследований и экспертизы ВЭБа – до 2%, максимум был у аналитики «ВТБ капитала» – 2,2%. ЦБ ограничился комментарием, что рост ВВП может оказаться вблизи верхней границы интервала 1,5–2%, который считает пределом без проведения структурных реформ.

У экономики было четыре основных драйвера роста – строительство, добыча, финансы (за счет всплеска потребительского кредитования) и гостиничный бизнес с ресторанами (за счет чемпионата мира по футболу), перечисляет главный экономист BCS Global Markets Владимир Тихомиров. Добавленная стоимость в финансовой и страховой деятельности выросла на 6,3%, в строительстве – на 4,7% к 2017 г., на 3,8% увеличилась добавленная стоимость в добыче полезных ископаемых, следует из данных Росстата.

Добыча стала стремительно расти после сделки ОПЕК+. В июне члены ОПЕК договорились с Россией и другими странами нарастить добычу нефти на 1 млн баррелей в сутки, опасаясь дефицита из-за санкций против Ирана. Но в 2019 г. с учетом новых обязательств России по сделке ОПЕК+ добыча грозит из локомотива превратиться в тормоз промышленного производства, предупреждал замдиректора ЦМАКПа Владимир Сальников.

Данные Росстата демонстрируют растущую зависимость российской экономики от чистого экспорта, говорит главный экономист ING по России и СНГ Дмитрий Долгин: рост импорта сильно замедлился, экспорта – немного ускорился, судя по структуре ВВП по производству – за счет нефтегазового сектора. Несмотря на все пересмотры, замедлился рост внутреннего спроса – как потребительского, так и инвестиционного, добавляет он. Добавленная стоимость в оптовой и розничной торговле в 2018 г. увеличилась на 2,2%.

Добавленная стоимость в обрабатывающей промышленности увеличилась на 1,5%, последние два месяца 2018 г. выпуск в обрабатывающей промышленности в годовом выражении не рос.

«Терзают смутные сомнения»

Вряд ли роста этих секторов было достаточно для роста всей экономики, отмечает Тихомиров: по его оценке, ВВП вырос всего на 1–1,5%. Итоговая оценка ВВП максимально неожиданна для всех экономистов, удивлен он, это не может не вызывать сомнения в точности статистической картины – есть данные компаний, данные по спросу населения, которые говорят о том, что ситуация в экономике остается сложной и нет никакого роста на 2,3%, которые показал Росстат.

Сомнения в том, что служба отражает реальность, не только остаются, но даже усиливаются, указывает Тихомиров. «Формально до прояснения ситуации, с чем связан пересмотр инвестиций в III квартале, вести дискуссию об экономическом росте и драйверах некорректно. Мы сначала должны получить адекватную статистику и потом ее обсудить», – считает и главный экономист ВЭБа, бывший замминистра экономического развития Андрей Клепач (его слова приводит ТАСС).

Рост про запас

Если сравнить структуру использования ВВП за девять месяцев 2018 г. и за год в целом, видно, что расходы на конечное потребление продолжили расти теми же темпами – на 1,9%, инвестиции – валовое накопление основного капитала – ускорились не очень сильно, с 1,9 до 2,3% год к году, как и экспорт – с 6,1 до 6,3%, делится наблюдениями главный экономист Альфа-банка Наталия Орлова. Главное изменение – ускорился рост запасов, продолжает она.

Судя по годовой структуре роста ВВП по источникам доходов, главный фактор дополнительного роста экономики обеспечили чистые налоги на производство и на импорт (а не налоги на труд и валовая прибыль) – т. е. его обеспечило государство, отмечает Орлова. Поэтому можно предположить, что ускоренный рост запасов в IV квартале 2018 г. отражает некую государственную деятельность, это запасы, связанные с государственными нуждами, резюмирует она. Добавленная стоимость в секторе госуправления, обеспечения военной безопасности и соцобеспечения в 2018 г. увеличилась на 3,5% относительно 2017 г.

Рост запасов в IV квартале 2018 г. ускорился, соглашается замдиректора Центра развития Высшей школы экономики Валерий Миронов. Но связано это скорее с тем, что предприятия закупали комплектующие, сырье и материалы в ожидании ускорения инфляции в новом году из-за повышения базовой ставки НДС с 18 до 20%, считает он.

В подготовке статьи участвовала Анна Холявко

Росстат сообщил о рекордном за шесть лет росте экономики