Фактор ста рублей

Прокуратура ищет виновных в трагедии под Калугой: кроме водителя и хозяина автобуса под подозрением детский клуб. Но никто не винит в случившемся нищету

Одиннадцать утра, село Суетово, в 10 км от города Ярцева, Смоленская область. На повороте к дому Поторочиных по улице Озерная я насчитываю 33 машины. Из них выходят люди с пластмассовыми венками и с небольшими корзинками живых цветов. Сегодня хоронят Елену Клевцову и ее семилетнюю дочь Ксению Поторочину. 3 февраля они вместе с танцевальным коллективом «Колибри» отправились в Калугу, на региональный конкурс. Автобус, на котором ехали родители с детьми, перевернулся в Бабынинском районе Калужской области. Погибло семь человек — 3 девочки и 4 мамы.

Многие из людей, приехавших к дому Поторочиных на прощание, не были даже знакомы с погибшими. Но, как сказал местный предприниматель Александр Жойкин,

для маленького города автокатастрофа — сильное потрясение, потому что «визуально, каждый друг друга знает».

Лохматый дворовый пес на цепи сегодня не лает, он послушно дает себя погладить детям. Дом Поторочиных — небольшая одноэтажная избушка, когда-то выкрашенная в оптимистичные желтый и синий цвета, а теперь уже выцветшая. Рядом – покосившаяся сарайка, теплица. По всему видно, что семья Поторочиных – совсем небогатая семья.

К покосившемуся крыльцу ведет скользкая дорожка, посыпанная песком. Мужчина берет железную лопатку, чтобы расчистить тропинку для сегодняшних посетителей. Люди идут и идут, несут гвоздики, белые и красные розы, кто-то — игрушку в целлофановом пакете.

Входящих в дом встречает запах рыбы, три тарелки селедки под шубой на холодильнике, трёхлитровая банка с компотом. В следующую комнату дверь едва закрывается — там стоят люди в зимних куртках, в руках у них свечи. Полная женщина в черном платке, обнимающая одной рукой мальчика, просит открыть дверь — душно. Мужчина около двери крутит в руках свечку и растирает слезы с выступившими капельками пота.

Из соседней комнаты доносится голос батюшки, перебиваемый всхлипами и затяжным «почему». Отпевание длится час, и под конец дверь в комнатку уже не закрывается — люди стоят на пороге. В толпе, что ждет на улице около калитки, передают две тарелки с конфетами и дольками мандаринов. Мальчик и девочка лет шести бегают по двору друг за другом.

Когда первым выносят маленький простенький фанерный гроб, вся улица всхлипывает.

Следом выносят второй, такой же – но больше.

Самым последним из дома выходит муж Елены, Сергей. На нем черная куртка, и сам он весь черный.

У них осталось два мальчика – 17 и 11 лет. У Елены остались старенькие родители.

Около калитки уже припарковался серый фургон с карточкой на лобовом стекле «Ритуальные услуги «Астрал». На забор облокотился рыжий крест с двумя табличками: «Клевцова Елена Александровна, 05.08.1982-03.02.2019»; «Поторочина Ксения Сергеевна, 09.05.2011-03.02.2019».

— Ногами в калитку неси, — бурчит рабочий своему напарнику.

Маленький гроб ставят на скамейку в кузове, большой — рядом. Задние дверь фургона не закрываются. Машина готова была тронуться, но провожающие замешкались, вспоминая кто должен идти впереди фургона. В итоге все выстраиваются «по правилам»: крест и венки идут первые, потом фургон, а за ним тянутся остальные люди, бросая на песок со льдом цветы и еловые ветки. Машина двигается медленно, слегка буксует, когда колеса попадают в снежную кашу. Все они идут вверх по дороге, которая заканчивается сельским кладбищем.

Елена Миронова, тренер танцевального коллектива «Колибри», в день трагедии была в том же автобусе, с детьми. На похороны пойти не смогла: лежит в областной Калужской больнице. Говорит, что это была «стандартная поездка за первым местом». «Меньше второго» ее подопечные никогда не привозили.

Как обычно, поездку оплачивали и организовывали родители: они хотели, чтобы их дети выступали не только в Ярцевском районе. Хотели показать их миру.

После автокатастрофы ДК открещивается от коллектива «Колибри». Директор ДК заявила, что Мироновва повезла детей на конкурс «совершенно не санкционированно». А глава района Владимир Марков сказал мне, что коллектив вообще не имел отношения к ДК, а выступал от частного клуба «Вертим». Но Елена Миронова давно работает в ДК, и состав, который в этот раз поехал в Калугу, занимался как в залах Дома культуры, так и детском клубе «Вертим». И это была не первая такая поездка, сколько раз уже после триумфальных выступлений родной Дом культуры награждал маленьких победителей кубками, грамотами и плюшевыми медведями.

Как и в предыдущие поездки, родители наняли автобус от «ИП Гордеев С.А.», билет до Калуги стоил 660 рублей, и это был ключевой аргумент в пользу компании. По мнению Юрия Бухалова, редактора местного сайта «Ярцево.Ру», родители могли воспользоваться услугами более надежных компаний, например, «Никобус» или ООО ПАТП «Автолайн», но дорога обошлась бы дороже.

На сайте компании «Никобус» я проверила стоимость билетов. Действительно, поездка могла бы обойтись дороже рублей на сто.

Как рассказал мне предприниматель Жойкин, средняя зарплата в Ярцево — 15 тысяч рублей, основное место занятости мужчин — такси.

— В первые минуты после аварии мы вытаскивали, кого могли, — вспоминает Елена Миронова, — кого можно было вытащить, кто не был зажат. Через окошко выглядывали костюмы разноцветные. Водитель, конечно, помогал, потому что на тот момент это был единственный мужчина в автобусе.

Официальная версия причин трагедии — водитель не справился с управлением. 46-летний водитель автобуса задержан на месте ДТП и арестован до 2 апреля, такое решение вынес Калужский суд. Экспертиза показала, что он был трезвым в момент аварии, однако в прошлом году он дважды нарушал ПДД. В ходе расследования уголовного дела был задержан и хозяин автобуса — Гордеев Сергей Анатольевич. Как установила смоленская прокуратура, он работает на рынке транспортных перевозок с 2001 года. Автобусы, которые предлагает Гордеев, старые.

В частности, тот, на котором ехали дети, — старше 30 лет, а пробег у него больше 800 тысяч километров.

Однако, как мне рассказали, именно к Гордееву чаще всего обращались ярцевские родители, когда нужно было ехать на экскурсию или на конкурс.

Тем временем прокуратура подбирается и к другим виновным в трагедии. Установлено, что частный детский клуб, в котором также занимались погибшие дети, не имел лицензии.