«Посадки за репосты» трансформируются в «оправдание терроризма»

Правозащитники отмечают, что на смену частично декриминализированной статье 282 УК РФ постепенно приходит более тяжёлая статья — 205.2 об оправдании терроризма, по которой начали преследовать «неудобных» журналистов, активистов и даже депутатов.

2019 год начался не только с положительного тренда — закрытия ряда дел по «экстремистской» 282 статье УК РФ («Возбуждение ненависти и вражды»), но и ознаменовался новым вектором привлечения граждан за онлайн-публикации.

Нельзя было не заметить громких дел против активистов запрещённых на территории России или получивших статус «нежелательных» организаций («Свидетели Иеговы», «Открытая Россия», etc), порой сопровождаемых не поддающимися никакому логическому объяснению трагическими событиями; очередной ловли представителей разного рода молодёжных движений и продолжения судебных процессов над задержанными ранее («Сеть», «Новое величие», и т.п.); заведение дел по «дадинской» статье о якобы нарушении закона о митингах за никак не связанную с призывом к незаконным акциям публикацию в интернете; но мы заострим внимание на другом внушающем обеспокоенность моменте.

Многие правозащитники ранее предупреждали о «косметическом» характере инициированной Президентом России В.В.Путиным частичной декриминализации 282-й статьи, поскольку:

а) с переводом её в КоАП дел станет больше и они будут труднее поддаваться общественному контролю;

б) останется ещё целый пакет уголовных статей, гораздо более тяжёлых — например, с начала Нового года в отношении интернет-активистов, журналистов и даже депутатов было заведено несколько уголовных дел по статье 205.2 УК РФ «Публичные призывы к осуществлению террористической деятельности или публичное оправдание терроризма».

Глава международной «Агоры» Павел Чиков называет 205.2 «новой 282-й»:

«Говорил об этом много раз. Дел о призывах к экстремизму и об оправдании терроризма будет больше. ФСБ устранила конкурентов в лице ЦПЭ и СКР (расследующих дела по статье 282) и теперь монопольно рулит уголовками за слова».

«До осени 2018 года в России росло число уголовных дел по экстремистской 282 статье — так называемых «дел за репосты». Но после того, как Владимир Путин пообещал декриминализировать статью, число таких дел сократилось почти до нуля очень резко. Но вместо МВД с 282 статьёй борьбой с «неверными» высказываниями и «неправильными» объяснениями плотно занялась ФСБ. Нашлась и новая статья», — также отметил журналист Тимур Олевский в эфире очередного выпуска телепередачи «Настоящее время».

«…отмена 282-й статьи не привела к тому, что государство отказывается от практики преследования людей за слова, — уверен редактор отдела политики «Новой газеты» Кирилл Мартынов. — В Уголовном кодексе накопилось достаточно количество составов, по которым можно привлекать людей к ответственности за тексты в интернете. Одной из самых «перспективных» в этом отношении выглядит статья 205.2, принятая в 2006 году во время первой волны российской «борьбы с экстремизмом» и предусматривающая до 7 лет лишения свободы за публичное оправдание терроризма в интернете». Насколько широко силовики намерены трактовать «оправдание терроризма», видно по делу Светланы Прокопьевой, — также отмечает он.

«205.2 — это более тяжелая статья, чем 282-я, максимальным наказанием по которой (в случае повторного нарушения после привлечения к административной ответственности) сегодня остается пять лет лишения свободы. К тому же манипулировать общественным мнением, выставляя людей вроде Прокопьевой «террористами» гораздо удобнее. Террористов все боятся, а кто такой экстремист — никому не понятно, даже гражданину законодателю», — считает журналист.

Недавно стало известно о возбуждении уголовного дела по данной статье против корреспондента «Радио Свобода» и бывшего главного редактора «Псковской губернии» Светланы Прокопьевой. Также у нее был проведен обыск.

Поводом для этого и других дел, уже по КоАП против «Эха Москвы в Пскове», стало выступление журналистки на данной радиостанции осенью прошлого года. В ее словах следствие нашло оправдание взрыва в приемной управления ФСБ по Архангельской области. Текстовая версия эфира была опубликована в блоге Прокопьевой на «Псковской ленте новостей».

Данное уголовное дело вызвало широкий резонанс в правозащитных и журналистских сообществах, которые считают его проявлением цензуры, необоснованными репрессиями имеющего отличную от мнения властей точку зрения человека, и требуют прекратить преследование журналистки.

Совет по правам человека при президенте РФ обратится в прокуратуру и следственный комитет в связи с делом псковской журналистки Светланы Прокопьевой, сообщила член СПЧ Екатерина Винокурова. «СПЧ направит запросы в прокуратуру и СК», — сказала она.

В начале ноября прошлого года в Калининграде задержали 24-летнего анархиста Вячеслава Лукичева. Лукичев сказал адвокату, что силовики пытаются связать его с исполнителем теракта в Архангельске, с которым они «вроде бы общались в общем чате». Уголовное дело против него было возбуждено из-за «скриншота с предсмертным письмом» исполнителя теракта в Архангельске. В том же посте Лукичев назвал исполнителя теракта «настоящим героем».

В Псковской области состоится суд над муниципальным депутатом Аркадием Марковым, обвиняемым в оправдании терроризма. дело будут рассматривать судьи Московского окружного военного суда в здании Псковского областного суда.

Депутат собрания депутатов города Остров Аркадий Марков ранее неоднократно выступал с заявлениями о непризнании Российской Федерации и называл себя гражданином СССР. Поводом к возбуждению уголовного дела стали размещение в интернете видеоотрывка из художественного фильма «Игра. Реванш» и комментарии к нему. В фильме главный герой обвиняет другого — сотрудника ФСБ — в измене Советской Родине и убивает его.

Псковские работники ФСБ установили видеокамеру в помещении, принадлежащем Маркову и зафиксировали его высказывания, которые трактовали как одобрение убийства в художественном фильме. Было возбуждено уголовное дело по ч. 2 ст. 205.2 УК РФ (публичные призывы к осуществлению террористической деятельности, публичное оправдание терроризма или пропаганда терроризма, совершенные с использованием СМИ либо интернета).

Депутат уточнил, что видеокамера была скрытно установлена в помещении, где он живет и работает. Однако прокуратура, отвечая на жалобу подследственного, отказалась считать это жилищем.

«Ко мне, без моего ведома, вламываются в жилище сотрудники ФСБ, втихаря ставят камеру. Как это назвать, если не фашизмом, или, говоря по-простому, полным беззаконием? На самом деле за мной наблюдали уже много лет, и, в конце концов, потребовались результаты. Вот и „дернули“ первую попавшуюся им публикацию», — сказал Аркадий Марков.

Ранее в Екатеринбурге сотрудники ФСБ задержали местного жителя Андрея Злоказова, называвшего себя главой Свердловской области и председателем КГБ. Его призывы к «восстановлению конституционного порядка СССР» трактовали по статье УК РФ «Публичные призывы к осуществлению экстремистской деятельности». В рамках расследования дела по этой же статье были проведены обыски также у жителя Зеленограда Сергея Тараскина, называвшего себя президентом СССР. Движение, возглавляемое Тараскиным, состояло из людей, заявлявших, что они остаются гражданами СССР и не признают РФ.

В Московский окружной военный суд направлено дело в отношении 19-летнего нижегородца Михаила Герасимова, обвиняемого в оправдании терроризма (часть 2 статьи 205.2 УК) из-за провокационных комментариев про «Исламское государство», которые молодой человек оставлял с фейковых аккаунтов во «ВКонтакте».

Экспертиза признала, что Герасимов страдает психическим расстройством и не осознавал своих действий, следствие просит назначить ему принудительное лечение амбулаторно.

В отличие от абстрактного «экстремизма» терроризм вызывает реальный страх в обществе, а это создает возможности для злоупотреблений, — считает адвокат «Агоры» Дамир Гайнутдинов:

«Проведенная осенью 2018 года реформа главной антиэкстремистской статьи Уголовного кодекса (ст. 282 УК РФ), казалось бы, должна была привести к снижению числа дел с репутацией политических. Действительно, введение принципа административной преюдиции повлекло за собой вынужденное прекращение десятков значимых уголовных дел.

Однако спад неизбежно будет компенсирован, и поможет этому другая статья — «О призывах к осуществлению террористической деятельности» (ст. 205.2 УК РФ). Сейчас внимание к ней привлечено из-за обысков у псковской журналистки Светланы Прокопьевой, которую заподозрили в оправдании поступка архангельского подростка, совершившего самоподрыв в приемной местного УФСБ. Но у применения «двести пятой второй» уже есть своя история».

Эта статья, напоминает юрист «Агоры», появилась в российском Уголовном кодексе достаточно давно — в 2006 году. «Как ни странно, это стало следствием добросовестного исполнения Конвенции Совета Европы о противодействии терроризму: в соответствии с международным договором Россия обязалась установить уголовную ответственность за умышленное подстрекательство к террористическим преступлениям», — отмечает Гайнутдинов. В течение следующего десятилетия статья оставалась «экзотической»: с 2010 по 2015 год по ней осуждены меньше трех десятков человек.

Основными «рабочими» антиэкстремистскими статьями оставались 280-я (призывы к экстремистской деятельности) и 282-я (возбуждение вражды и унижение достоинства) УК РФ. Однако примерно с 2016 года ситуация изменилась и количество дел по статье 205.2 пошло вверх. Дела по статье 205.2 рассматриваются одним из четырех окружных военных судов (Дальневосточным, Московским, Приволжским или Северо-Кавказским), как правило, в максимально короткие сроки и в крайне неблагоприятных для защиты условиях. Добавляет проблем и удаленность от места жительства подсудимого.

Часть 2 этой статьи, предполагающая использование интернета, относится к категории тяжких преступлений. Это значит, что обвиняемых можно держать под стражей до года, а срок давности привлечения к уголовной ответственности — десять лет (а не шесть, как по ст. 282), что дает богатые возможности для выявления новых эпизодов.

«Статья удобна еще и тем, — подчёркивает Дамир Гайнутдинов, — что играет на одной из главных фобий современности — терроризме. Борьбой с пропагандой террора очень удобно оправдывать преследование несогласных. Уже есть широкий круг потенциальных обвиняемых — члены анархистских, либертарианских, право- и леворадикальных движений. Большинство из них хорошо известны органам, на них легко завести дела оперативного учета, отслеживать их социальные сети, внедрять в их среду агентов. Все это позволяет при необходимости мгновенно инициировать большое количество новых уголовных дел».

С этой точки зрения пропаганда терроризма выглядит гораздо более предпочтительной и по сравнению с другими новыми составами, такими как участие в деятельности нежелательной организации (ст. 284.1), уклонение от исполнения обязанностей «иностранного агента» (ст. 330.1), неоднократное нарушение правил участия в митингах (ст. 212.1) и даже склонение к самоубийству (ст. 110.1 и 110.2).

«В отличие от этих «нетрадиционных» составов, по оправданию терроризма уже есть и апробированные технологии расследования, и методические рекомендации по проведению экспертиз, и устоявшаяся судебная практика, и даже разъяснения Верховного суда», — подытоживает правозащитник.

Есть определенная сложность в мониторинге подобных дел ввиду отсутствия подробностей при освещении их в прессе — примерно та же ситуация была со статьёй 282, когда правоохранители рапортовали журналистам о разоблачении очередного сетевого экстремиста, однако оценить правомерность их действий было сложно, если не было определённого резонанса вроде «кейса Мотузной», повлекшего за собой раскрытие подробностей по ещё двум барнаульским «экстремистам». Впрочем, то же самое касается «демонстрации нацистской символики», которая в каких-то случаях действительно связана с онлайн-деятельностью поклонников радикальных взглядов россиян, а где-то — публикацией карикатур, «фотожаб», мемов, целью которых «реабилитация нацизма» не является.

Недавно Следственным отделением УФСБ России по Магаданской области было завершено расследование уголовного дела за совершение преступления, предусмотренного ч. 1 и ч. 2 ст. 205.2 УК РФ. «В ходе проведения оперативно-розыскных мероприятий было установлено, что на персональной странице социальной сети «ВКонтакте» жителем областного центра размещены материалы, содержащие оправдание действий членов международной террористической организации «Исламское государство», запрещенной на территории Российской Федерации», — сообщает пресс-служба УФСБ по Магаданской области. Никаких других подробностей этого дела не разглашается.

Северо-Кавказский окружной военный суд, как мы уже писали ранее, прекратил в связи с частичной декриминализацией уголовное дело Евгения Каракашева по обвинению в возбуждении ненависти к социальной группе (часть 1 статьи 282 УК РФ), однако продолжит рассматривать его дело о призывах к осуществлению террористической деятельности с использованием интернета (части 1 и 2 статьи 205.2 УК РФ).

Поводом для уголовного преследования активиста из Евпатории Евгения Каракашева послужили опубликованные во ВКонтакте видеофайл без названия (в конце 2014 года), текст (в январе 2017 года) и «последнее интервью приморских партизан», ранее признанное судом экстремистским материалом.

Как сообщает адвокат Алексей Ладин, сам Каракашев связывает возбуждение уголовного дела в отношении него и последующий арест с его деятельностью по недопущению застройки курортной зоны у Евпатории в окрестностях соленого озера. Дело было возбуждено 31 января прошлого года, а 1 февраля, в день проведения общественных слушаний по вопросу застройки, Каракашев был задержан.

Вполне возможно, в скором времени уравнивание со стороны властей высказываний журналистов и общественников, как в деле Прокопьевой, с постами сторонников запрещённого на территории РФ террористической организации ИГИЛ станет в глазах российского общества очередной делигитимизацией антитеррористической статьи, как это в прошлом году произошло с законодательством антиэкстремистским. Тем не менее, власти пока не брезгуют применять весь набор карающих статей для подавления иного мнения в интернете.

Та же 282 статья вполне себе применяется на местах, несмотря на ее очевидную относительную либерализацию. Так, в феврале 2019 года в Кирове был вынесен приговор по делу о возбуждении национальной ненависти (ч. 1 ст. 282 УК). На скамье подсудимых находился 21-летний местный житель, который, по данным правоохранительных органов, с января по март 2018 года публиковал в социальной сети высказывания и изображения, направленные против представителей определенной этнической группы. Подробности не сообщались. Молодой человек полностью признал свою вину. Суд приговорил его к 2 годам лишения свободы условно. Проводившее мониторинг Сети на предмет преследования за посты в интернете ИА «Сова» отмечает: «Почему данное дело не было закрыто на основании частичной декриминализации ст. 282 УК, нам, к сожалению, неизвестно».

Житель Владивостока был вызван в прокуратуру города по новой статье 20.3.1 КоАП, введённой вместо 282 УК РФ, за размещение в интернете комментария с признаками «возбуждения ненависти либо вражды, а равно унижения человеческого достоинства». «Прокурор вызывает, объяснение отбирает, дело передает в суд. Наказание до 15 суток ареста. Нововведения докатились и до Владивостока», — комментирует в своем Telegram-канале этот случай Павел Чиков.

Судя по всем признакам, опасения экспертов начинают сбываться — власти, пойдя на незначительную либерализацию в вопросе «антиэкстремистского» законодательства, усиливают хватку в других направлениях, не забывая, впрочем, и про «декриминализированную» 282 статью.