«Власть» — фильм про вице-президента США Дика Чейни с неузнаваемым Кристианом Бэйлом в главной роли

В российский прокат выходит «Власть» — фильм режиссера Адама Маккея об американском политике, бизнесмене и бывшем вице-президенте Дике Чейни. Главную роль исполнил Кристиан Бэйл (и получил за нее «Золотой глобус»), жену Чейни Линн сыграла Эми Адамс, президента Джорджа Буша-младшего — Сэм Рокуэлл. Кинокритик «Медузы» Антон Долин рассказывает, как Маккею в очередной раз удалось сделать захватывающий и остроумный фильм про природу бюрократии и банальность зла.

Российское прокатное название «Власть» удачное, раз уж в нем сохранено начальное «V» — латинская буква означает, как известно, победу. Но все равно многозначительность заголовка «Vice» никак не перевести: это еще и «порок», и «вице-». Ведь герой картины Адама Маккея — вице-президент США Дик Чейни. Он правил страной вместе с Джорджем Бушем-младшим, без него могло бы не быть вторжения в Ирак и многих других драматических событий. Для многих Чейни — живое воплощение зла, и сыгравший его роль Кристиан Бэйл, получая призовую статуэтку на вручении «Золотых глобусов», не постеснялся сказать спасибо за вдохновение самому Сатане. Многие возмутились, а американская церковь сатанистов (такая официально существует) в своем твиттере поблагодарила артиста за добрые слова.

Очередной — тут легко сбиться со счета — актерский подвиг Бэйла уже можно считать достаточной причиной, чтобы смотреть «Власть». Он окружен и другими замечательными артистами: в роль жены главного героя, Линн Чейни, потрясающе вжилась Эми Адамс, Буша-младшего с огоньком сыграл Сэм Рокуэлл, а Стив Карелл героически похоронил всю свою комическую харизму ради роли старого ястреба Дональда Рамсфелда — и стал в сто раз смешнее обычного. Но именно Бэйл, побрившийся наголо и набравший 20 килограммов, в совершенстве овладевший политическими премудростями, изучивший и повторивший язык тела своего героя — неповоротливого молчуна-интроверта, — впечатляет больше всех.

Можно даже сказать, что усилия Бэйла восполняют просчеты драматургии. В отличие от предыдущего фильма Маккея, получившей сценарного «Оскара» «Игры на понижение», «Власть» подверглась достаточно жестокой критике, невзирая на статусные восемь номинаций Американской Академии. Это и понятно. В «Игре на понижение» Маккей, которого знали как легкомысленного комедиографа, мастерски препарировал самый некинематографичный сюжет на свете — финансовый кризис. Во «Власти» ожидания возросли, а жанр был выбран несколько более банальный: сатирическое жизнеописание одиозного политика. И все же многое Маккею удалось — одним козырным кастингом его заслуги не ограничиваются.

Во-первых, интересен и знаменателен сам выбор персонажа. Чейни — не настолько яркая и артистичная личность, как Буш-младший (неудачный фильм Оливера Стоуна «W» показывает, сколь опасны легкие мишени), в его подавляющей серости и тяжеловесности есть своя тайна. Маккей не в состоянии ее разгадать, но обозначает ее весьма выразительно. Эмблематичный политик нашего времени не рвется на авансцену, он не Наполеон и не Гитлер: тривиальный бюрократ, никак не могущий поверить в собственную карьеру, — лучшая иллюстрация тезиса о банальности зла. Он даже войну готов развязать из чистой добросовестности. Ну и еще из рыболовецкого азарта: клюнут избиратели или нет?

Во-вторых, рваное и путаное повествование, которое то перескакивает через годы и целые десятилетия, то топчется на месте, организовано Маккеем не менее изобретательно, чем в «Игре на понижение». Не хочется выдавать все сюрпризы, но как минимум финальные титры в середине фильма (когда карьера Чейни, казалось, благополучно завершилась) выглядят остроумно. Эмоциональные регистры тоже колеблются в диапазоне от будничной политической драмы до абсурдистского гротеска; беда лишь в том, что и обычные программы новостей нередко дают аналогичный эффект.

Главная же тонкость «Власти» — фигура рассказчика, некоего Курта (Джесси Племонс, блестящий актер второго плана, работавший, среди прочих, со Стивеном Спилбергом). Откуда он знает так много о Чейни и какое к нему имеет отношение, станет ясно только в финале.

Оператор Грейг Фрейзер («Лев»), композитор Николас Брителл («Лунный свет») и монтажер Хэнк Коруин («Древо жизни») — мастера своего дела, они изо всех сил стараются разнообразить унылую биографию Чейни формалистическими уловками. Получается не всегда. Препятствием становится герметичность американской политической жизни, в которой трудно разобраться, не будучи специалистом. К чести Маккея надо заметить, что адаптировать своей материал для несведущего зрителя он не стал — просто постарался изложить его интересно.

Самое же и печальное, и восхитительное — то, что режиссер в точности предсказал реакции на собственный фильм, вставив их в титры в качестве постановочной (или, может быть, документальной?) сцены с первой фокус-группой, смотревшей «Власть». Консерватор недовольно замечает, что кино получилось «слишком демократическим», либерал с преувеличенной вежливостью возражает: «Зато тут все чистая правда». Потом они начинают драться. А девушки, не мешая драке, шепотом обсуждают недостатки последней серии «Форсажа». И зрители, и избиратели действительно устроены именно так, ничего не поделать. Уже поэтому хочется поддержать Адама Маккея, рьяно — хоть и с неравномерным успехом — ищущего новые способы снимать политическое кино.

Антон Долин