Босой пожарный из Амазара

Недавно командир муниципальной пожарной части посёлка Амазар Могочинского района Забайкалья Константин Князев объявил бессрочную голодовку, добиваясь полной выплаты зарплаты, выдачи специальной пожарной обуви и оборудования. 15 марта он приостановил голодовку, по общераспространенной версии, потому что примчалось испуганное начальство и наобещало с три короба... Кроме того, волонтеры всея Руси собрали в соцсетях деньги и закупили необходимую экипировку.

Но звезды сошлись на небе так, что в тот же день в Совете по правам человека ООН Китайская Народная Республика взяла на себя обязательство контролировать нарушения прав человека, социальный и экологический ущерб, наносимый проектами китайских компаний за рубежом. Скажете, ну какая связь межу доведенным до отчаяния дядькой в Амазаре и развесистой китайской клюквой в Женеве?

С китайским капиталом, рабсилой и напористыми разговорами о "стратегическом партнерстве" и "геополитической необходимости" разорение Сибири приобретает новые, невиданные со времен социализма масштабы

Итак, 15 марта 40-я сессия Совета ООН по правам человека скрепя сердце утвердила отчет КНР в рамках Регулярного универсального механизма обзоров политики стран в области прав человека (Universal Periodic Review). Из 346(!) рекомендаций, поступивших от членов ООН, Китай согласился с 284. Пекинские дипломаты отвергли как политически мотивированные рекомендации, касающиеся преследования инакомыслящих и массовых "лагерей перевоспитания" для мусульман. Глава делегации господин Ле посетовал, что критики придираются к мелочам, недооценивая ошеломляющий успех Китая в защите социально-экономических прав граждан, выразившийся в поднятии из-за черты бедности 740 миллионов человек всего за 40 лет, что стало возможным благодаря проектам экономического развития, инициированным в "отсталых" районах.

Среди 284 согласованных Пекином рекомендаций около 20 касаются прав человека на здоровую окружающую среду. По каждой согласованной рекомендации Китай обязан представить отчет о её выполнении через 4,5 года в ходе следующего обзора. В частности, Китай обещал добиться того, чтобы инвестиционные проекты как в стране, так и за рубежом соблюдали права человека, берегли окружающую среду и не истощали природно-ресурсную базу. Он также обещал создать правовые механизмы, гарантирующие, что деятельность китайского бизнеса не окажет негативного воздействия на права человека за рубежом. Китай, возможно, первая страна мира, давшая такого рода обязательства в рамках не очень им любимого правозащитного механизма.

На просторах Сибири сотни, а то и тысячи проектов с китайским участием осуществляются как бог на душу положит, путем умножения российского авось на цепкое стремление китайского бизнесмена выжать из ситуации всю возможную выгоду. Результатом многих уже осуществленных проектов являются конфликты с местным населением разной степени интенсивности, истощение лесов и вод, деградация среды обитания. Достигать таких результатов наши управленцы и бизнесмены умеют и без китайцев, но с китайским капиталом, рабочей силой и напористыми разговорами о "стратегическом партнерстве" и "геополитической необходимости" разорение Сибири приобретает новые, невиданные со времен советского социализма масштабы.

Если же кто приходит в китайское посольство с претензией, то до сих пор ответ был один: "Мы стойко придерживаемся "политики невмешательства", разгребать говно и приструнить нарушителей – суверенное дело ведомств принимающего государства". Но 15 марта Китай в рамках международно-правовой системы, видимо, впервые признал, что ответственность за последствия его инвестиций за рубежом лежит не только на странах-реципиентах, но и на странах – источниках капитала. Теперь от гражданского общества на местах зависит, спустят ли это китайские чиновники на тормозах или примут как руководство к действию.

Вот поселок Амазар, некогда узловая станция Транссиба, а теперь окраина Ойкумены. Именно здесь голодает босой пожарный Князев, содержащий семью с тремя детьми на 18 тысяч рублей в месяц. А на окраине поселка с 2009 года квартирует знаменитый Амазарский целлюлозно-промышленный комбинат – долгострой, куда китайские инвесторы уже вложили 32 миллиарда рублей и обещают вложить еще 300... В поселке люди пьют гнилую воду, так как маленькое водозаборное сооружение снесло паводком, зато в 10 километрах в тайге плотина водоснабжения комбината перекрыла реку Амазар, лишая местных рыбалки и уничтожая популяцию сибирского тайменя. Всё Амазарское участковое лесничество отдано в аренду комбинату, и местным жителям всё труднее добыть древесину для собственных невеликих нужд. Работают на комбинате в основном китайцы, а несколько дюжин местных работников заставляют расписываться за зарплату в нескольких местах, чтоб создать иллюзию большей местной занятости. Посёлку от комбината достаются мелкие подачки – за всю историю он вложил в социальные нужды около 35 миллионов рублей, или 0,1% от инвестиций. Но с другой стороны, брошенный властями поселок рассчитывает только на комбинат: отказало отопление в школе – комбинат привез тепловые пушки, надо отчитаться о проведении праздника Победы – комбинат выделил 5000 рублей...

В 2013 году жители посёлка на общественных слушаниях в ходе экологической экспертизы твердо заявили, что не хотят создания целлюлозного завода, но результат волеизъявления граждан был, как здесь считают, сфальсифицирован главой поселка, после чего краевые власти дали зеленый свет строительству. Власти Забайкальского края вот уже 15 лет рассказывают сказки о том, как за счёт создания комбината разовьется Могочинский район, в частности Амазар, ибо будет создано 2000 рабочих мест. За время строительства комбината из Амазара сбежала одна шестая населения из-за отсутствия каких-либо реальных перспектив.

Назначенный в Забайкалье новый врио губернатора, четвертый за историю проекта, уже заявил, что необходимо строить новый мост через Амур в Китай в дикой тайге для обеспечения Амазарского целлюлозного комплекса, ибо так велел товарищ Трутнев, полпред президента. Одновременно ранее ни шаткие ни валкие показатели завершения этого эпического долгостроя вдруг посреди суровой зимы скаканули на 20%, если неосмотрительно поверить вывешенной на сайте края отчетности.

И что бы ни происходило с комбинатом, китайские государственные органы никогда не отвечали на письма, ибо разбираться со всем этим – "суверенное право российских властей".

Но теперь Китай дал обязательство отвечать за ущемление прав человека там, где есть китайские инвестиции. Поэтому вопрос, почему ходит босым пожарный в поселке, в котором размещается крупнейший китайский инвестиционный объект, подпадает под китайские обязательства в ООН. Равно как и вопрос о том, как связан очаг нищеты и деградации в Амазаре и планы воссоздания здесь пограничного перехода для вывоза сырья. И за недосягаемый для местных лес, и за загубленную плотиной рыбу, и за очевидную фальсификацию результатов слушаний теперь может ответить не только российская, но и китайская сторона. И это правильно, ибо безобразный результат десятилетнего "развития" Амазара до состояния нищеты и разорения достигнут совместными усилиями российских чиновников и китайских инвесторов.

Конечно, поведение китайских компаний за рубежом не изменится в одночасье. Но люди на местах получили теперь дополнительный понятный и прямой рычаг давления – через международные правозащитные механизмы. Выражение "пожаловаться в ООН", означавшее в советском и русском сленге – писать от безысходности на деревню дедушке, возможно, приобретет теперь новое звучание....

Евгений Симонов – эколог

Высказанные в рубрике "Мнения" точки зрения могут не совпадать с позицией редакции