Георгий Данелия. Гений двух народов — грузинского и советского
Георгий Данелия, 1978 год. Фото: Николай Малышев / ТАСС
В наше время едва ли не всех знаменитых людей, умирающих в преклонном возрасте, называют великими, поэтому Георгий Данелия нуждается в каком-то специальном эпитете – великий по-настоящему, а не по выслуге лет или еще по какой-то неочевидной причине. Классик отечественного кино, режиссер, у которого проходных фильмов на порядок меньше, чем картин, вошедших в золотой фонд, мастер, работавший в диапазоне от советского неореализма (со сценаристом Шпаликовым!) в «Я шагаю по Москве» до сумасшедшей панковской фантастики в «Кин-дза-дза»; народная любовь, собственная узнаваемость, имя как бренд – поставить с ним рядом можно только Эльдара Рязанова – трудно сказать, кто будет первым, а кто вторым (у Данелии не было «Иронии судьбы» и «Кинопанорамы», зато Рязанов никогда бы не снял ни «Осенний марафон», ни «Афоню» – он в этом смысле был попроще), но третье имя в этот ряд уже не поставишь. Умер действительно крупнейший отечественный кинорежиссер, и утрата невосполнимая, потому что новых таких режиссеров не будет уже никогда – советское кино как феномен умерло задолго до Данелии, теперь здесь все по-другому. Представим заодно: приходит к Мединскому режиссер с вот такой идеей: кино про сантехника, который пьет, ищет любовь, мечтает вернуться в родную деревню, а там он никому не нужен; Мединский покивает – да, неплохо, но давайте лучше что-нибудь про войну, про панфиловцев.
Подпишитесь, чтобы прочитать целиком
Оформите подписку Redefine.Media, чтобы читать Republic
Подписаться [Можно оплатить российской или иностранной картой. Подписка продлевается автоматически. Вы сможете отписаться в любой момент.]