Пять лет одесской трагедии: что известно о расследовании. Материал «Громадского»

2 мая 2014 года во время столкновений в центре Одессы и пожара в Доме профсоюзов погибли 48 человек. Еще около 200 были ранены. Всего в тот день пострадали почти четыреста человек. Расследование трагедии продолжается пять лет. Реальные сроки получили двое, еще один — условный. Журналисты «Громадского» поехали в Одессу узнать, на каком этапе расследование сейчас и что об этом думают местные активисты, правоохранители и пострадавшие.

Как это было

В тот день ультрас команд «Черноморец» и «Металлист» планировали пройти проукраинским маршем по центру Одессы. Первое противостояние между ними и вооруженной группой «антимайдановцев» произошло вблизи Греческой площади. Пойдя в обход, через Дерибасовскую и переулок вице-адмирала Жукова, евромайдановцы встретили группу Виталия Будько, известного как Боцман, который открыл стрельбу из карабина.

Первым был тяжело ранен представитель самообороны Игорь Бабаян. За щит, которым он закрывался, забросили гранату, она взорвалась у шеи. Несколько операций спасли ему жизнь.

— Большая часть полиции ждала провозглашения «Одесской народной республики».

— (продолжает) Рашистские приспешники за их спинами начали наступление на мирное шествие с применением самодельных гранат, огнестрельного оружия. У меня была только деревянная палка и щит, как и у всех ребят из бывшей самообороны города, — рассказывает Игорь Бабаян корреспонденту «Громадского».

Столкновения на Греческой площади продолжались около трех часов. Первыми погибшими в тот день стали Игорь Иванов и Андрей Бирюков. Официально было ранено 230 человек. Милиция, по словам участников событий, почти не вмешивалась.

— Господин Фучеджи (бывший начальник милиции общественной безопасности Одессы. —Ред.), ответственный за это, был очень осторожным и очень нейтральным человеком. Его любимая фраза подчиненным: зачем ты вмешиваешься? Кто знает, что здесь будет, какая будет власть, какие будут цвета?» — рассказывает журналист и член «Группы 2 мая» Сергей Дибров («Группа 2 мая» — активисты, журналисты, эксперты и бывшие правоохранители, которые объединились для проведения собственного независимого расследования событий* — Ред.*).

Когда на Греческой площади стало немного спокойнее, лидер майдановцев Андрей Юсов позвал своих на Куликово поле, где располагался лагерь Антимайдана. Его участники забаррикадировались в Доме профсоюзов. Уже на месте майдановцы начали громить и жечь оставленные палатки… В какой-то момент Дом профсоюзов загорелся. Люди, которые там находились, пытались спастись на крыше, десять человек погибли, выпрыгнув из окон. Среди них — Вячеслав Маркин и Вадим Папура.

Приказ выехать пожарным отдали только через 25 минут после первого сообщения о возгорании, о чем свидетельствуют обнародованные журналистами переговоры из колл-центра МЧС. Бывший следователь по делу Руслан Сушко (он вел «дело 2 мая» до 2016 года) говорит, что следствие также выяснило — тогдашний руководитель МЧС Владимир Бодалан мог сознательно не направлять своих подчиненных тушить пожар.

«Если сопоставить видеозаписи с аудиозаписями, то видно, что, когда Бодалан дает распоряжение не выезжать нарядам на пожар, он в это время стоит перед Домом профсоюзов и наблюдает за пожаром», — говорит Сушко.

Участники «Группы 2 мая», восстановив хронологию событий, выяснили, что стрельба с проукраинской стороны была, но через полтора часа после первых жертв. Это, по их мнению, доказывает, что украинские участники митинга пришли без огнестрельного оружия, без намерения противостоять и тем более убивать. Но впоследствии вынуждены были обороняться.

«Есть видео, когда Боцман открыл стрельбу в переулке Вице-адмирала Жукова в сторону евромайдановцев. От его пуль погиб Игорь Иванов. И только через полтора часа открылась встречная стрельба в районе ТЦ «Афины» на Греческой площади. Мы патрулировали улицы и примерно в это время задержали автомобиль с большим количеством огнестрельного оружия, которое везли в тыл евромайдановцев. Там было несколько помповых ружей, около пяти пистолетов, переделанных под огнестрельные. Если бы это оружие попало в руки евромайдановцев, я думаю, жертв могло быть значительно больше», — говорит член группы Владислав Балинский.

Дом профсоюзов горел более часа. Погибли 42 человека. Уголовное дело возбудили сразу по нескольким эпизодам. Но большинству ключевых лиц со стороны Антимайдана и некоторым правоохранителям удалось бежать.

Угарный газ, хлороформ или фосген?

Руслан Сушко заявляет, что пожар в Доме профсоюзов был спланирован, и еще говорит, что причиной по крайней мере части смертей могло стать отравление не угарным газом.

«Были также найдены следы хлороформа. Сам по себе он не опасен, но хлороформ может быть производным веществом от сгорания другого. Я обратился к эксперту, представил ему все выводы. Он сказал: не исключено, что 13 человек могли погибнуть от боевых отравляющих веществ. А именно он назвал такое страшное слово, как фосген», — рассказывает Сушко.

Такой вывод следователям представил доктор медицинских наук кафедры военной медицины Одесского медицинского университета, которого привлекли к материалам дела. По словам Сушко, рассматривать версию отравления фосгеном в прокуратуре отказались.

Кого судят?

Сейчас в деле несколько эпизодов. В событиях на Греческой площади подозреваемыми проходили 19 антимайдановцев. В 2017 году суд оправдал их за недостаточностью улик. 17 человек отпустили, двоим предъявили новые обвинения.

В Николаевском суде слушается дело двух организаторов Антимайдана — Сергея Долженкова по прозвищу Капитан Какао и россиянина Евгения Мефедова.

Малиновский суд Одессы слушает дело активиста Евромайдана Сергея Ходияка. Его обвиняют в убийстве активиста Антимайдана Евгения Лосинского, ранении главного редактора интернет-издания «Думская» Олега Константинова и сотрудника милиции. Сам мужчина свою вину не признает.

Экс-руководителю МЧС Владимиру Бодалану инкриминируют служебную халатность. Сейчас он, по данным следствия, скрывается в оккупированном Крыму. Его заместителя Руслана Великого летом 2017 года задержали.

Дела относительно халатности правоохранителей расследует прокуратура. Подозреваемые, в том числе Дмитрий Фучеджи, экс-начальник милиции общественной безопасности Одессы, который получил гражданство РФ, — в розыске. Суды относительно его заместителя Петра Луцюка продолжаются.

Продолжаются суды и в отношении правоохранителей, которые четвертого мая 2014 года отпустили задержанных за правонарушения антимайдановцев.

В деле 2 мая есть четыре приговора. Один условный — пять лет с испытательным сроком в три года получил антимайдановец Олег Ткачук, известный как Бульбаш; два реальных — шесть и семь лет получили Максим Мисевский и Василий Кондратенко (попали под «закон Савченко», им зачислили один год за два, поэтому они вышли на свободу), одно дело закрыто в связи со смертью подозреваемого Игоря Астахова. Последний известен тем, что поставлял оружие для антимайдановцев. 14 человек объявлены в розыск.

ЦИФРЫ

За время досудебного расследования массовых беспорядков 2 мая 2014 года в Одессе, в результате которых погибли 48 человек, правоохранители допросили более 1300 свидетелей. Для установления всех обстоятельств преступления провели более 250 экспертиз. Об этом «Громадскому» сообщили в прокуратуре Одесской области.

По результатам предварительного расследования статус обвиняемых имели 29 человек, а 14 подозреваемых находятся в розыске.

Дела шестерых участников событий 2 мая — в суде. Относительно четырех человек уже есть обвинительные приговоры по ч. 2 ст. 294 УК Украины (организация массовых беспорядков, приведших к гибели людей или другим тяжелым последствиям).

Сейчас на рассмотрении Апелляционного суда Николаевской области находится апелляционная жалоба прокуратуры области на оправдательный приговор Ильичевского городского суда по делам 19 фигурантов событий 2 мая 2014 года.

Позиция пострадавших

Родные погибших «антимайдановцев» обвиняют проукраинских активистов. И наоборот. Говорить на камеру и боятся, и не видят смысла, мол, пять лет ждут результатов и уже не верят в перспективы расследования.

«Расследование заторможено, оно не происходит как таковое. Родные погибших это понимают. Но на что-то надеются. На что — не знаю», — говорит родственница одного из погибших антимайдановцев.

Но обе стороны уверены: для объективного расследования нет политической воли.

Экс-глава одесской полиции Дмитрий Головин уверяет, что не стоит говорить о захоронении дела и анонсирует новые обвинительные приговоры.

«Как бы кто ни ожидал, что будут все оправдательные приговоры, — это бред. Вот пройдет буквально месяц-полтора — и вы увидите, как повернутся события в этом деле. Будут решения суда с обвинительными приговорами, я на это надеюсь», — говорит Головин.

Несмотря на желание активистов, возле Дома профсоюзов так и не установили мемориал. Зато через пять лет после трагедии во дворе обустроили место для отдыха, установили мангалы, частично территория сдается в аренду.

Виктория Рощина, «Громадское»

Вы читаете незначительно адаптированную версию. Оригинал