Ведущий хам

Закон отрицательной селекции в телеэфире страны

Ясный теплый майский день. Первоклассник Лука только что вернулся из школы, пообедал и играет на полу со своими машинками. В квартире, как обычно, фоном работает телевизор. Государственный канал «Россия 1». Дневное ток-шоу «Кто против?». Участники орут как перед большой бедой, но в принципе ничто не предвещает чего-то особо паскудного, способного нанести ущерб хрупкой детской психике. Да и закон запрещает в то время, когда у телевизора собираются в основном домохозяйки, пенсионеры и младшие школьники, передавать шокирующую информацию или использовать нецензурную брань или просто грубую лексику.

Но тут семилетнее дитя поднимает голову от своих машинок и, лукаво сощурясь, спрашивает: «Слышала?» Я слышала, конечно, но лицемерно интересуюсь: «Что именно?» «Слышала, как они сказали слово, за которое ты меня ругала и еще допытывалась, откуда я его знаю? Вот отсюда. Из телевизора», — торжествующим тоном заявляет ребенок и вновь углубляется в игру.

А мальчик-то прав. Именно в телевизоре два взрослых дядьки, два ведущих общественно-политического ток-шоу, элита, с позволения сказать, общества, дали волю своим грязным языкам — под одобрительные аплодисменты сидящей в студии массовки.

Оба — многодетные отцы. Оба — православные христиане, крайне озабоченные низким уровнем морали в отдельных сегментах общества, называющие особо аморальных сограждан уродами и бесами.

Сладкая парочка. Владимир Соловьев и Сергей Михеев.

Михеев долгое время ходил к Соловьеву в качестве гостя-эксперта. Ничем особенным не прославился, кроме упертости в отстаивании своих сугубо патриотических взглядов, нетерпимости к «врагам» Отечества и способности перекрикивать оппонентов. Этот добрый молодец ни разу не подвел ведущего и даже несколько раз порывался самолично набить морду «клеветникам России». Чем и заслужил персональное ток-шоу, которое появилось в эфире канала «Россия» в начале года и называлось «авторской программой Сергея Михеева».

А для поддержки и обучения к Михееву на первых порах был приставлен «дядька»-наставник Владимир Соловьев. «Первая пора» затянулась на несколько месяцев, поскольку выяснилось, что случай тяжелый, клиент трудно поддается обучению и слабо понимает разницу между модератором дискуссии и ее участником. Большую часть программы он стоит столбом, читая характерным сиплым голосом, начисто лишенным каких-либо модуляций, подводки с монитора. На общем плане они смотрятся комично, напоминая популярных когда-то юмористов Тарапуньку и Штепселя.

Толстенький низенький Соловьев в черных клешах стоит, широко расставив ноги, подобно матросу на палубе во время качки. Длинный Михеев, напротив, неуверенно переминается с ноги на ногу, подобострастно глядя на Учителя, который прямо в эфире проводит для новичка мастер-класс.

И вот на этой неделе настал его звездный час. Речь в программе, как водится, шла об Украине. У них, собственно, ни о чем другом речи и не бывает. В интернете даже появилась шутка: «Если ведущему российского ТВ отрубить голову, то он еще три минуты будет говорить про Украину».

Украинские гости, фактически работающие в этих шоу мальчиками для битья, как правило, стоически сносят оскорбления ведущих и в адрес их родной страны, и персонально в свой адрес. Их периодически гонят в дверь, они снова и снова входят в окно других аналогичных программ — благо их в российском эфире тьма-тьмущая.

А тут упомянули Голодомор. И один из украинских экспертов осмелился бросить реплику: «Голодомора не было, что ль?» Это вывело Михеева из себя, и он наконец-то впервые за месяцы простоя, явил себя не мальчиком, но мужем. Сорвавшись с места, он завопил в лицо возмутителю спокойствия:

«Иди в ж… Ясно, нет? Свободен! Все! Понял? Я говорю: свободен! Мне это надоело. Стоит, чего-то бубнит. Украинский философ, на… Там вон иди, в сортире расскажи кому-нибудь, в унитаз покричи. Ясно, нет? Все!»

Под одобрительными взглядами наставника он вернулся на свое место и, переведя дыхание, продолжил: «Вот я считаю, что так можно! Потому что или участвующие уважают хоть немножко друг друга, или, если ты такой умный, пусть там где-нибудь читает лекции по украинской философии. Открывают в унитазе бачок — и читают».

Владимир Соловьев, довольно ухмыльнувшись, не мог не отреагировать на близкую ему тему, вспомнив скабрезный анекдот про Кая, Герду и Снежную Королеву. «Герда говорит: «Кай, скорее побежали домой!» А он ей: «Не могу. Снежная Королева дала мне четыре ледяных буквы «Ж», «О», «П» и «А» и велела сложить из них слово «Счастье». Народ в студии вновь одобрительно заржал и захлопал в ладоши.

Именно этот эпизод, к несчастью, достиг ушей моего первоклассника, поставив меня в трудное положение: как объяснить ребенку, что слово, которое лихо произносили дяденьки в телевизоре, нежелательно для публичного употребления в школе, дома или на детской площадке?

Да плевать хотели эти благонравные граждане и многодетные отцы на чувства зрителей, желающих оградить своих детей от непотребства хотя бы в эфире федерального ТВ.

Тем более что часть тела, названная Михеевым с обезоруживающей прямотой, служит постоянным источником вдохновения и остроумия для его многомудрого куратора. Так, обсуждая в той же программе инаугурацию Владимира Зеленского и упавшее на пол президентское удостоверение, Соловьев глумливо посокрушался, что тому не пришло в голову на упавшем удостоверении посидеть. Плохая, мол, примета. После чего воззвал к гостям программы: «Мои милые украинские друзья! Объясните мне, почему у вас все через пятую точку?» «Украинские друзья» добрую шутку ведущего «съели», не подавившись. Как прежде те же «украинские друзья» проглотили другой перл «кремлевского Соловья»: «Задницы украинцев намазаны салом, отчего крайне изворотливы».

Пророчество Мережковского о грядущем Хаме не только оправдалось, но и дополнилось пришествием ведущего Хама. Сработал жестокий закон отрицательной селекции. Лучших ведущих перестроечной поры, ярких и талантливых, вытеснили из эфира. Их место заняли средние или худшие: злобные, закомплексованные, беспринципные, готовые на все ради карьеры, денег и славы. Славы, впрочем, сомнительной, о чем они и догадываются, объявляя самих себя, любимых, лучшими и авторитетнейшими журналистами России.

Тех, лучших, Сорокину, Парфенова, Молчанова, Листьева, зрители помнят и любят до сих пор. А этих убери из эфира — никто вслед доброго слова не скажет. Или, что еще хуже, плюнет в лицо, как это случилось с ведущим Первого канала Шейниным в зарубежной поездке. Утерся и пошел дальше. Как говорится, чует кошка.