То, что церковь эксплуатирует коммерческие возможности и уязвимости политической и финансовой систем, говорит лишь об уме ее служителей

В православной стране, название которой начинается на букву «Р», большой церковный бум. Каждые три дня появляется новая церковь. С одной стороны, это неудивительно – в годы правления коммунистов религия была запрещена, а подавляющее число церквей разрушено. Религиозные ритуалы и праздники вернулись в жизни многих людей лишь в 90-е гг. Новые власти стали помогать восстанавливать утраченное и, воздавая за годы гонений, строить новое. Например, огромный храм в центре столицы.

С другой стороны, бурный рост строительства церквей странен по следующей причине. Население страны сокращается уже несколько лет, а доля людей, регулярно посещающих церкви, прыгнув в 90-х, затем стабилизировалась. Причину бума, согласно СМИ, надо искать не только в повороте к Богу былых материалистов, но и в том, что церковные и государственные интересы сплелись в сложный клубок. Политики раздают бюджетные средства на церковные инициативы в обмен на поддержку, которую священники оказывают им в избирательных кампаниях. Девелоперы, воздвигающие новые храмы, тесно связаны с правящей верхушкой. Конечно, иногда олигархи жертвуют церкви и искренне, и чтобы замолить грехи, совершенные в бизнесе. Но в целом это темный водоворот денег, неподвластный взору налоговиков и аудиторов.

История страны Р не уникальна. Девять лет назад известный американский журналист и писатель Майкл Льюис, автор многих бестселлеров по антропологии инвестбанкинга («Покер лжецов», «Большая игра на понижение» и др.), побывал в монастыре Ватопед на Святой горе Афон в Греции. По словам Льюиса, афонские монахи – это лучшее, что может предложить Греция в качестве кейса для Гарвардской бизнес-школы. Они создали империю коммерческой недвижимости и финансовых активов, размер которой оценивается не менее чем в $2 млрд. Всё – на основе простой услуги: продажи прощения грехов влиятельным политикам и бизнесменам. Всё – в то время, пока Греция скатывалась в суверенный долговой кризис, закончившийся дефолтом.

По Льюису, церковь – это не только древнейший институт, но корпорация, бизнес которой насчитывает миллиардные обороты. Экономист, однако, должен идти дальше: церковь – это естественная монополия. «Естественная» в том смысле, что сфера услуг, где церковь функционирует в масштабах государства, должна быть монополистичной по экономическим причинам. Это экономит затраты общества, которые при конкуренции были бы выше. А естественные монополии должны расти и эксплуатировать так называемую экономию от масштаба: средние издержки их бизнеса падают по мере того, как к нему подключаются новые потребители. Отсюда и новые церкви в стране Р.

То, что церковь эксплуатирует коммерческие возможности и уязвимости политической и финансовой систем, говорит лишь об уме ее служителей. «Умный принимает, а идиот – настаивает», – написано на табличке в келье одного афонского монаха. Регулировать монополии – это обязанность государства. Это оно должно облагать налогом доходы и ограничивать рост физических активов церкви. Кстати, страна Р – это Румыния. А вы что подумали? Нет, в России новый храм появляется каждые восемь часов: по три в сутки...

Автор — проректор РЭШ по стратегическому развитию

Церковь в стране на букву «Р»