Единую Европу хоронить рано

Даже правые популисты, нарастив представительство в новом составе Европарламента, убрали лозунги о выходе из ЕС

Амфитеатр пленарных заседаний Европарламента в Брюсселе с вечера воскресенья превратился в пресс-центр, так же, как залы «Анна Политковская», «Иегуди Менухин», «Анна Линд» и широкие коридоры, где устроили точки для «стендапов» журналисты десятков телекомпаний. На огромном экране появлялись и обновлялись предварительные данные о голосовании в 28 странах Евросоюза. Большинство их было ожидаемо и просчитано политологами (например, победа правых популистов в Италии и Франции). Но были и некоторые сюрпризы.

При появлении первых сводных данных эксит-полов на площади перед Люксембургским вокзалом, раздались возгласы: «Европа вернулась!». Там, перед Европарламентом, сторонники усиления единой Европы, подобно спортивным фанатам на крупном чемпионате, устроили лагерь со столами под брезентовыми тентами и буфетами с пивом и закусками. Размахивая синими златозвездными флагами ЕС, они приветствовали победу проевропейских демократических партий, несмотря на значительный подъем националистских и популистских.

Выборы в Европарламент не меняют президентов и правительства. Эмманюэль Макрон не уйдет в отставку, хотя его партия «Ренессанс», правда, с минимальным счетом, уступила первенство «Национальному объединению» Марин Ле Пен. Те же лидеры государств, избранные на своих национальных выборах, будут принимать решения на саммитах в Брюсселе, а выполнение оных будут так же обеспечивать бюрократические институты ЕС из представителей политического мейнстрима.

Но выборы в Европарламент 2019 года показали важные изменения европейского политического пейзажа. Европа на переломе. Не случайно граждане проявили к ним повышенный интерес. Впервые за 20 лет явка достигла 51%.

Было ощущение прорыва ультраправых, что мобилизовало электорат проевропейских сил. Какие выводы можно сделать из итогов голосованая на пространстве с полумиллиардным населением?

Прежде всего, Европа оказалась очень разной, граждане разных стран по-разному расставляют приоритеты и отдают голоса соответствующим партиям, которые их формулируют. Так, если в Германии социал-демократы выступили, мягко говоря, неважно, то их однопартийцы-социалисты одержали убедительные победы в Испании, Португалии, Нидерландах и заняли второе место после правых популистов в Италии. Даже в двух частях одной страны, Бельгии, предпочтения избирателей разные до противоположности. Фламандский север выбрал националистов — умеренных и не очень. Франкоязычный юг голосовал за социалистов.

Традиционные партии, которые в послевоенной Европе сменяли друг друга у руля, заметно ослабили былое влияние. В Германии ХДС/ХСС Ангелы Меркель с некоторыми потерями сохранил первое место. Но социал-демократы скатились на третье, а второе трумфально заняли «зеленые». Каждый четвертый немец моложе 30 лет проголосовал за них. В последние месяцы по Европе прокатилась волна молодежных демонстраций за более активные действия правительств по защите окружающей среды и в борбе с климатическим изменением.

Еще менее завидная участь у традиционных партий, правивших во Франции. Первое место у «Национального объединения» Ле Пен, почти вровень с ним идет новая партия — «Ренессанс» Макрона. А недавние хозяева страны — республиканцы и социалисты — далеко позади.

Скоро будут забыты и Саркози, и Олланд. Их электорат перебежал к Ле Пен, Макрону, частично к «зеленым» и радикально левым.

Выход на сцену новых партий – это тенденция. Старые европейцам надоели, потому что не могут решить самых насущных проблем. На новые есть хоть какая-то надежда.

Партии, которые принято считать ультраправыми, националистическими, популистскими, евроскептическими, выдвинулись вперед значительно больше, чем крайние левые, коммунистического толка.

Если партия Марин Ле Пен во Франции показала убедительный результат и на прошлых выборах в Европарламент пять лет назад, то первенство «Лиги» Маттео Сальвини в Италии (почти 29%) стало явлением. К ней перешел электорат партии Сильвио Белускони («Вперед, Италия»), которая на этот раз не дотянула и до 10%. Вернулись в политику демократы, которые на прошлых национальных выборах потерпели сокрушительное поражение. Теперь они вторые, лишь немного уступив «Лиге».

На севере Бельгии рванулась вперед ультраправая партия «Фламандский интерес». А вот «Альтернатива для Германии», которая выросла из миграционного кризиса, отступила на четвертое место, едва набрав 11%.

Популистские партии вызвысились на волне миграционного кризиса. Его решение действительно главная проблема, которая заботит европейцев. Ее нужно решать всем, и это в центре повестки дня. Пока только в Германии избиратели переключились на другие приоритеты, сочтя миграцию уже не самой насущной заботой.

Популисты предлагают простые решения любых сложных вопросов, и этим симпатичны обывателю, которому надоело терпеть. Поэтому в их рядах много «друзей Путина». Тот, мол, волевым приемом разрубает сложные узлы, без непонятных неискушенным в политике людям демократических процедур и выработанных у европейского истеблишмента на опыте десятков и сотен лет таких понятий, как права, индивидуальные свободы и толерантность.

В кризисное время появляется тоска по твердой руке. И лидеры популистов ее обещают.

Не зря Сальвини для своего предвыборного выступления выбрал тот же балкон, на котором хроника запечатлела выступавшего Муссолини.

Лидер «Лиги» не только против миграции, но и намерен вывести Италию из тяжелого экономического положения, настаивает на резком сокращении налогов в нарушение бюджетных правил ЕС. В Италии высокий уровень безработицы, особенно среди молодежи, бизнес бежит из страны. «Лига» винит ЕС.

Правящая в Греции радикально левая партия «Сириза» Алексиса Ципраса тоже пришла к власти, обещав покончить с «диктатом Брюсселя». Но ее «несистемный» лидер вскоре вынужден был принять условия ЕС и ВМФ для спасения Греции от банкротства. Не было альтернативы. На выборах в Европарламент партия Ципраса уступила традиционным правоцентристам («Новой демократии»).

И главное. Выборы показали, что Евросоюз хоронить рано.

Ни одна серьезная политическая сила не хочет его конца, даже своими действиями объективно ослабляя его.

Популисты во Франции, Италии и Нидерландах ради победы на выборах сняли лозунги о выходе своих стран из ЕС.

Сальвини не согласен с ярлыком евроскептика. «Это сейчас Европой управляют евроскептики», — сказал он, обещав, что партии, подобные «Лиге», построят по-настоящему единую Европу свободных наций.

Венгерский премьер Виктор Орбан, которого ЕС обвиняет в нарушении принципов демократии, празднует победу. Его партия ФИДЕС оставила далеко позади всех оппонентов. Но и он не ставит цели выхода из ЕС. Как и другие лидеры стран Центральной и Восточной Европе. Членство в союзе выгодно. А президент Анджей Дуда, представляющий национал-консервативную партию «Право и Справедливость» (ПиС), настроенную очень негативно к Брюсселю, предложил записать членство Польши в ЕС в конституцию страны.

Состав Европарламента станет более разнообразным, что обещает сделать его местом для еще более оживленных дискуссий.

• Как и прежде, самой крупной фракцией будет Европейская народная партия (ЕНП), объединяющая партии правого центра. Она получает 182 места (из 750), потеряв по сравнению с прошлыми выборами 32 места.

• У социалистов, второй по величине фракции, по последним данным, — 147 мест(потеряли 39 мандатов).

• Либералы и демократы благодаря вливанию «свежей крови» в лице движения «Ренессанс» президента Франции Эмманюэля Макрона получают 109 мандатов, становятся третьей политической силой.

• В условиях, когда первые две теряют привычное большинство, от либералов, настроенных на реформирование и укрепление ЕС, зависит принятие важных решений. И первые будут блокироваться не с ультра, а либералами. А также с «зелеными», совершившими прорыв в Германии и еще в ряде стран. Они ожидают 69 мандатов.

Ультраправые увеличивают свое представителство в Европарламенте. Но не надо представлять это как «триумф крайне правых».

Несмотря на тектонические изменения в некоторых странах, «средняя температура по больнице» изменилась не так уж сильно.

• Фракция «Европа наций и свобод», в которой будут депутаты от партий Ле Пен и Сальвини, получает 58 голосов. Другая евроскептическая фракция «Европа свободы и прямой демократии», в которой итальянские «Пять Звезд» и скандальный британец Найджел Фарадж со своей «временной» партией «Брексит», будет иметь 54 места. То есть, евроскептики, имеющие между собой разногласия, вместе получат около четверти мест. В уходящем составе они имели 20%. Но дальше больше. Скорее всего, Соединенное Королевство уйдет из ЕС 31 октября вместе с депутатами.

И когда Фарадж уведет из ассамблеи своих людей, от прорыва евроскептиков останутся только воспоминания.

Усиление либералов и «зеленых» может привести к тому, что руководство ЕС будет проводить более жесткую линию в регулировании «грязной» промышленности, налогообложении транснациональных корпораций или станет более требовательным к торговым партнерам, предпочитая более сговорчивых в части изменения климата. Может усилиться давление на членов ЕС, особенно на Востоке, чтобы они строго соблюдали демократические принципы и права человека. Либералы и «зеленые» жестче, чем традиционные партии, подходят к нынешней России и к европейским санкциям против нее и, вполне вероятно, смогут уравновесить «друзей Путина» из ультраправого лагеря.

Следующий после выборов этап — подбор кандидатур руководителей институтов ЕС. Ожидается, что лидеры государств-членов завершат в июне назначение преемников председателя Евросовета Дональда Туска, руководителя Еврокомиссии Жан-Клода Юнкера и главы дипломатии ЕС Федерики Могерини.

Брюссель