«Мы пришли спросить у вас такой вопрос…»

Свобода слова в опасности — корреспондента «Вестей» уронили на пол

Корреспондент программы «Вести. Дежурная часть» Иван Литомин попал под лошадь. То есть, извините, под горячую руку главы одного из районов Хакасии Сергея Зайцева. И сразу стал знаменитым.

В его защиту (а также в защиту свободы слова вообще) выступил сам Андрей Малахов в своем ток-шоу «Прямой эфир», на один день изменив привычной бульварной тематике. Свое веское слово в поддержку пострадавшего коллеги сказали также политические «тяжеловесы» и безусловные нравственные ориентиры телеканала «Россия» Владимир Соловьев и Ольга Скабеева.

И только Иван Ургант опять поглумился над несчастьем товарища с соседнего канала, спародировав вместе с соведущим «Вечернего Урганта» Дмитрием Хрусталевым сцену нападения чиновника на журналиста. Под крики Хрусталева «Пошел отсюда» Иван повалился на пол, побрыкался и с довольной физиономией возгласил: «Работаем».

Ну что с него взять, с циника и насмешника? Его, чай, на пол никогда не валили, из начальственных кабинетов не гнали. С юмористами связываться себе дороже. Вот он и смеется, тогда как коллеги чуть не плачут и бьют в набат: «Руки прочь от журналистов государственного ТВ! Руки прочь от свободы слова, без которой нам не жить!»

Иван Литомин, кстати, на кадрах «боестолкновения», которое запечатлела его камера, тоже хихикает, как Ургант. Валяется на полу, но улыбается. Может, нервное. А может, прикидывает, какой завидный материал выдаст в эфир и какой резонанс этот материал вызовет в журналистском, так сказать, сообществе.

На кадрах, продемонстрированных и в «Прямом эфире», и в ток-шоу «Вечер с Владимиром Соловьевым», и в «Вестях 24», видно, как корреспондент со съемочной группой рано утром врывается в кабинет Зайцева и с ходу тычет микрофоном в лицо зловредному чиновнику:

«Мы пришли спросить у вас такой вопрос, как вы вообще себя чувствуете? Не стыдно вам?»

Потом следует перепалка, слышны слова «Какого черта вы сюда приехали?» и финальный аккорд — пинок, корреспондент на полу и крик: «Пошел вон!»

В программе Малахова Литомин рассказал, что приехал снимать сюжет о погорельцах 2015 года, их бедственном положении, личном особняке Зайцева, построенном на бюджетные деньги, и в целом — о недобросовестном расходовании средств, отпущенных федеральным бюджетом на восстановление пострадавших от пожара домов. Правда, в сюжете показывают другие дома, построенные еще в 2011 году и оказавшиеся непригодными для проживания. Но в конце концов, какая разница? Тем более не это стало главным в «Прямом эфире» у Малахова. «Наших бьют», — кричали гости и требовали для хама-чиновника самого серьезного наказания (за этим обещал лично проследить депутат Хинштейн). Ведь нападая на представителя главного канала страны, этот Зайцев, по сути, выступил против самой верховной власти, которой верой-правдой служит и телеканал «Россия», и любая, даже самая мелкая его сошка.

Кто-то робко вякнул: «Вопрос еще в том, как ведет себя журналист». Но его не поддержали. Само слово «журналист», уверяли собравшиеся, звучит гордо! Воспрепятствование его законной деятельности возмутительно!

Бить человека вообще и журналиста в частности — конечно, возмутительно. Однако ж, по версии ТВ, битье битью рознь.

Тот же самый герой дня Литомин, например, где-то месяц назад от души поглумился над нападением неизвестных отморозков на гей-клуб в Москве.

В сюжете под названием «Были наказаны» он назвал закрытую вечеринку мужчин нетрадиционной сексуальной ориентации «шабашем», а их избиение прямо на танцполе — трэшем. Манерно кривляясь, он читал посты пострадавших из соцсетей, показушно удивляясь, что те не стали обращаться в полицию: «Видимо, стесняются».

Над стеснительными геями потешаться легко и приятно, да и заслужили они, по мнению корреспондента-острослова, это избиение: «Были наказаны».

Либералы — тоже подходящий объект для нападок «коллег» с государственного ТВ. Два года назад канал «Россия 24» в сюжете под названием «Эхо госдепа» вывел на чистую воду радиостанцию «Эхо Москвы», которая «попалась на сотрудничестве с западными НКО». В кадре наряду с другими «продавцами информационного оружия» фигурировали ведущие «Эха» Александр Плющев и Татьяна Фельгенгауэр. Вскоре после этого сюжета проникший на радиостанцию «поклонник» тяжело ранил Татьяну. Ведущий же «Вестей недели» Дмитрий Киселев, протестуя против включения Фельгенгауэр американским изданием Time в число «людей года», с пренебрежением назвал ее ранение «порезом кожи на шее».

Чужих не жалко.

Секретарь генсовета «Единой России» Андрей Турчак осудил безобразные действия члена этой же партии Зайцева против российского журналиста, о чем немедленно сообщили в новостях. И не только осудил. Зайцева из «Единой России» мгновенно изгнали. В соцсетях же памятливые пользователи, естественно, напомнили совестливому партийному руководителю про избитого арматурой до полусмерти журналиста Олега Кашина, так и не удостоившегося реального расследования реального уголовного преступления.

Зато Владимиру Соловьеву инцидент с коллегой Литоминым «дошел буквально до сердца», в чем он признался, открывая очередной свой «Вечер».

«Вот что это? — возмущенно возопил он. — Мамаев и Кокорин представляют для общества меньшую угрозу, чем такие, с позволения сказать, люди, от которых зависит судьба российских граждан на местах. Почему у нас на должностях оказываются такие люди? И не надо мне говорить, что он волновался, что у него нервный срыв. Это никак не оправдывает… Такое поведение дискредитирует власть. Самоочищение должно быть во власти и в партии. И народ должен подумать. У нас рядом есть страна-предупреждение. Опомнитесь, пока не поздно!»

Карен Шахназаров что-то промямлил про атмосферу в обществе, за которую несет ответственность и ТВ, но с облегчением переключился на «страну-предупреждение».

Ольга Скабеева, представленная Андреем Малаховым жертвой неоднократного насилия, рискующей во время честного выполнения журналистского долга не только здоровьем, но порой и жизнью, призвала к «показательной порке» хакасского чиновника, чтобы другим неповадно было. И чтобы люди, «по ошибке оказавшиеся у власти», не повторили бесславный путь Украины. Украинские политики, которые не давали ей работать в Страсбурге («пели гимны, бросались туалетной бумагой с изображением нашего президента, толкались»), — «бандиты и преступники», что доказывает: «украинской государственности нет». А чтобы такого не случилось у нас, надо пресекать выходки чиновников, которые кое-где у нас порой ведут себя, как украинцы. При этом уроки бокса или карате отважная журналистка брать не стала. Скромно потупилась: «Такая работа».