Москва обещала проводить интернет-выборы как в Эстонии. Но в итоге сделала свою систему — она хуже

В Москве официально началась кампания по выборам седьмого созыва Мосгордумы — они пройдут в единый день голосования 8 сентября. На этот раз помимо обычного голосования с помощью бумажного бюллетеня в трех (из 45) избирательных округах пройдет эксперимент по дистанционному интернет-голосованию. Обсуждением эксперимента занимается специальная рабочая группа, в которую помимо представителей мэрии и Мосгоризбиркома вошли эксперты от парламентских партий, независимых наблюдателей и оппозиции. «Медуза» изучила рассмотренные этой группой документы и рассказывает, что уже известно про эксперимент и почему он вызывает вопросы.

Как мэрия предлагает проводить голосование

• Жители трех округов смогут заранее (с 25 июля по 5 сентября) выбрать для голосования электронный участок (отказаться, чтобы проголосовать как обычно, можно в те же сроки)
• В день голосования надо будет зайти (с компьютера или мобильного устройства) в личный кабинет на сайте госуслуг Москвы и выбрать электронное голосование
• На телефон придет СМС с кодом подтверждения
• Для заполнения электронного бюллетеня дается пять минут (выбрать больше одного кандидата или испортить бюллетень нельзя)
• После выбора обезличенные данные избирателя и его голос попадают в два разделенных реестра, защищенных от внешнего воздействия
• Подсчет голосов и подведение итогов на электронном участке происходит автоматически

Эксперимент начали готовить буквально в последний момент

• Только в начале февраля 2019 года (за семь месяцев до выборов) впервые стало известно, что в Москве планируют провести эксперимент с дистанционным интернет-голосованием
• В конце февраля соответствующий законопроект был внесен в Госдуму, а уже в мае он был принят парламентом и подписан президентом
• При этом московские власти внесли и приняли региональный закон, не дожидаясь принятия и вступления в силу федерального. Это стало одним из поводов обращения в Верховный суд депутата Госдумы от КПРФ Валерия Рашкина с требованием признать интернет-голосование неконституционным

Оба законопроекта носят рамочный характер — в отличие от закона, по которому проходят обычные выборы, в этих документах процедура голосования и подсчета голосов не упоминается вообще. Также не определены полномочия наблюдателей. Наконец, никто не объяснил, зачем нужно было так спешить.

Почему это плохо. Судя по всему, процедура голосования и наблюдения будет окончательно определена в последний момент перед выборами. У независимых наблюдателей практически не останется времени, чтобы обнаружить возможные недостатки в системе и должным образом подготовить тех, кто будет следить за выборами в день голосования.

Организацией голосования займется правительство Москвы, а не Мосгоризбирком

Фактически созданием и обслуживанием системы интернет-голосования с использованием технологии блокчейн занимается департамент информационных технологий мэрии Москвы. То есть орган исполнительной власти. Тогда как обычные выборы организует формально независимая избирательная комиссия. Для голосования избиратель должен быть зарегистрирован на официальном портале мэра и правительства Москвы.

Почему это плохо. Мэрия сама будет решать, какая информация доступна для независимых наблюдателей, а какая — нет. Например, доступ к персональным данным онлайн-избирателей, судя по заявлениям ДИТ, будет только у председателя комиссии (на обычных выборах списки избирателей могут проверять все члены комиссии и независимые наблюдатели). Как наблюдатели смогут проконтролировать, что сотрудники мэрии, технически обслуживающие систему, соблюдают процедуру, а руководители не оказывают на них влияния, также пока непонятно.

Подготовка к эксперименту проходит непублично

Обсуждение того, как будет устроен эксперимент, ведется в рамках заседаний рабочей группы, в которой менее двух десятков участников. На последней встрече сотрудники департамента информационных технологий так объяснили раздачу участникам встречи документов в бумажном, а не электронном виде: «Если я дам в электронном виде, то потом в Сети начнется некое бурное обсуждение».

Пока точно не известно, какая часть исходных кодов программ для электронного голосования будет опубликована и когда это будет сделано. Департамент собирается опробовать летом работу всей системы, проведя выборы «царя зверей». К пилотному тестированию будут приглашены желающие независимые разработчики. Им дадут «поковыряться руками в коде», но не дадут ничего снимать и записывать.

Почему это плохо. Широкое общественное обсуждение с участием экспертов — это возможность учесть мнение всех заинтересованных сторон, а также выявить недостатки в системе. Например, в Эстонии исходный код системы дистанционного голосования полностью открыт, его может проверить любой сторонний разработчик.

Избиратель не сможет проверить голос или изменить его

Каждый избиратель сможет проголосовать только один раз. Из-за анонимизации данных у него не будет возможности проверить, каким образом система учла его голос. Равно как и возможности изменить свой голос — переголосовать.

Почему это плохо. Возможность в любой момент (до окончания выборов) изменить свой голос — надежная защита от принуждения при голосовании. Например, если работодатель требует от подчиненных отчитаться о голосовании за определенного кандидата, они могут сделать это. А отчитавшись, проголосовать еще раз — уже за того, кого они на самом деле хотят выбрать.

Электронное голосование планировали проводить с учетом эстонского опыта, но его проигнорировали

В феврале 2019 года инициаторы проведения эксперимента на выборах в Москве заявляли о намерении проанализировать и по возможности учесть опыт Эстонии, первой реализовавшей дистанционное интернет-голосование во всей стране. Один из авторов идеи электронного голосования — главный редактор «Эха Москвы» Алексей Венедиктов продолжает постоянно ссылаться на успешный опыт Эстонии, призывая москвичей доверять процедуре эксперимента. Но пока для выборов в Мосгордуму выбрана схема, совершенно не похожая на зарекомендовавшую себя эстонскую. И никто вразумительно не объяснил, почему от эстонского варианта решили отказаться.

Денис Дмитриев, Михаил Зеленский