Это нам подбросили. 40 тысяч раз

Как математически доказать существование массовых фальсификаций по наркотическим статьям УК

Мощнейший общественный резонанс, связанный с делом Ивана Голунова, вызван не только журналистской солидарностью, но и тем, что фабула с обнаружением при задержании и обыске наркотиков именно в том количестве, которое необходимо для возбуждения уголовного дела, — позорно распространенное в нашей стране явление. И это не фигура речи, а результат профессионального исследования, проведенного Институтом проблем правоприменения Европейского университета в Санкт-Петербурге.

В исследовании было показано, что распределение изъятого количества наркотических средств по массам имеет удивительные особенности, не объяснимые теорией вероятностей и математической статистикой.

Массы изъятых наркотиков очень любят быть круглыми. Так, почему-то изъятый героин очень любит «пакетироваться». Как следует из графика, опубликованного в аналитической записке ИПП ЕУ «Как МВД и ФСКН борются с наркотиками: сравнительный анализ результативности двух ведомств», доля героиновых преступлений в зависимости от массы изъятого героина резко возрастает на круглых значениях — 100 г и 1 кг.

На графиках распределений масс изъятых наркотиков вместо плавного
изменения будут наблюдаться аномальные пики на тех значениях масс, с
которых начинаются «значительный» и «крупный» размер. Для марихуаны это 6 граммов (начиная с такого веса наступает уголовная ответственность сроком до трех лет) и 100 граммов (за это могут дать от 3 до 10 лет).

Это говорит о том, что полиция подозрительно часто находит не то, что ищет, а то, что хочет найти.

Как замечает Алексей Кнорре, «само по себе это не является доказательством искусственных манипуляций со стороны правоохранительных органов, но ставит вопрос о том, почему, по данным ведомственной криминальной статистики, наркопотребители чаще всего имеют ровно столько марихуаны и гашиша, сколько нужно, чтобы против них было возбуждено уголовное дело».

Данный факт имеет своим единственным объяснением палочную систему возбуждения уголовных дел.

Еще более сильно выражен этот эффект на графике распределения изъятых масс героина, где пороговые значения — 0,5 грамма и 2,5 грамма соответственно.

Процитируем снова Алексея Кнорре: «Согласно имеющимся данным, наркопотребители чаще всего имеют при себе ровно столько героина, сколько нужно правоохранителям для квалификации по определенным пунктам статьи 228 УК РФ, которые определяются массой наркотика. Можно полагать, что это наглядное доказательство того, что в 2013–2014 годах по преступлениям по статье 228 УК РФ, где изымался героин, имелись массовые манипуляции массой изымаемого наркотика со стороны сотрудников МВД».

График с героином позволяет оценить количество заведомо сфабрикованных дел по площади «пичка» на «крупном» размере. Если принять за «базовый» уровень минимум графика в районе 2,2 грамма (примерно 125 изъятий), то вся часть «пичка», лежащая над этим уровнем, — это фальсификация дел (на самом деле фальсификация больше, так как базовый уровень падает с ростом массы, но мы делаем оценку количества сфальсифицированных дел снизу), получим около 2500 сфальсифицированных изъятий. При суммировании мы не учитываем длинный хвост справа, так как данные по «исключительным» событиям, как правило, описываются менее тривиальными статистическими закономерностями. Данные приведены за два года (2013–2014 гг.).

Итого за последние 10 лет должно было быть сфальсифицировано около 10 тысяч одних только героиновых дел.

Мы специально округляем максимально грубым образом, так как речь идет об оценке по порядку величины, и округляем в пользу МВД и ФСКН, давая оценку фальсификата снизу. Согласно той же записке Кнорре «Наркопреступления в России…», героиновые дела — это четверть всех дел. Поэтому количество сфальсифицированных уголовных дел по 228-й мы оцениваем как 40 тысяч за 10 лет.

Эта цифра по порядку величины должна была бы равняться количеству выявленных за этот период преступлений по ст. 303 УК РФ «Фальсификация доказательств и результатов оперативно-разыскной деятельности» в отношении полицейских, следователей и сотрудников ФСКН.

Но не равняется. В справочной системе «Росправосудие», содержащей более 100 миллионов судебных актов за последние 10 лет, мы нашли только четыре приговора по этой статье за фальсификацию дел по «наркотической» ст. 228 УК РФ

• Так, Тверской областной суд вынес обвинительный приговор в отношении сотрудника ФСКН Иванова в связи с фальсификацией доказательства — протокола осмотра конверта с наркотиком и протоколов допросов «тайного свидетеля». Приговор — 2 года условно.

• Верховный суд Республики Марий Эл вынес приговор в отношении следователя Мичукова С. Н. — тот сфальсифицировал протокол опроса свидетеля, якобы бывшего понятым при контрольной закупке. Наказание — 3 года условно.

• Следователь А. В. Цуранова тоже сфальсифицировала протокол допроса «понятых», которые на деле не участвовали в контрольной закупке, приговор Смоленского областного суда — 2 года условно.

• Следователь Забровский И. О. сфальсифицировал по 12 эпизодам и протоколы допроса свидетелей, и подписи «свидетелей» в них, и протоколы осмотра. Наказание, назначенное судом, — 2 года условно.

Итого 4 приговора за 10 лет, притом фактически оправдательных (в нынешней России условный приговор следует считать оправдательным по сути). Возможно, еще 2–3 дела не попали в базу «Росправосудия».