Расследование по делу Голунова: у подполковника ФСБ Медоева, "закрывшего" журналиста, нашли в Европе бизнес и недвижимость

Буквально несколько дней назад Фонд борьбы с коррупцией (ФБК), основанный Алексеем Навальным, начав свое расследование после обвинений журналиста портала "Медуза" Ивана Голунова, обнаружил недвижимость на сотни миллионов рублей, принадлежащую членам семьи подполковника ФСБ Марата Медоева, которого считают одним из возможных заказчиков дела журналиста Ивана Голунова. Медоева и его руководителя генерал-полковника Алексея Дорофеева источники связывали с похоронным бизнесом, о котором писал Голунов.

У родственников Медоева были найдены квартиры 206 кв.м. в элитном жилом комплексе "Итальянский Квартал" на Садовом кольце (более 200 млн рублей), две квартиры по 96 кв.м. на улице Казакова за 60 млн рублей, двухэтажная квартира площадью 180 кв. м. на улице Казакова стоимостью 80 млн рублей, 180-метровая квартира в том же доме и нежилая пристройка площадью 950 квадратных метров. Сестра Медоева продала 350-метровую квартиру в элитном жилом комплексе в Покровском-Стрешнево, где, например, пять квартир принадлежит "Ротенбергам и их родственникам". А автопарк семьи Медоевых насчитывает десяток дорогих машин и несколько мотоциклов.

Теперь "Новая газета" публикует свое расследование уже европейского бизнеса подполковника ФСБ Марата Медоева и начальника УФСБ по Москве и Московской области Алексея Дорофеева, по которым Голунов готовил материал о похоронном бизнесе. Как говорят источники в ФСБ, это люди с большими связями и ресурсом: коллеги Дорофеева называют его человеком секретаря Совета безопасности Николая Патрушева, который в прошлом возглавлял ФСБ. Они также отмечают хорошие отношения между Дорофеевым и нынешним директором ФСБ Александром Бортниковым. О Медоеве отзываются как о ближайшем к Дорофееву сотруднике, через которого "решаются все вопросы".

В расследовании деятельности "деловых чекистов" принимали участие "Новая газета" и журналисты расследовательских центров Чехии и Словакии. Они нашли зарубежную недвижимость и бизнес семьи Медоева в Словакии, где она обосновалась с 2009 года. Деловыми партнерами семьи, а также соседями по респектабельному пригороду Братиславы оказались российские бизнесмены - крупнейшие поставщики специальной обуви для российских силовиков. С 2010 года их компании получили от МВД, ФСБ и МЧС госконтрактов больше чем на 11 миллиардов рублей. А с 2015 года их компания имеет эксклюзивное право обеспечивать специальной обувью все МВД России.

- Чекист Медоев поселил своего отца-чекиста на вилле в Словакии за 300 тысяч евро
- Рядом другая вилла Медоевых - дочери Майи и ее мужа, который поставляет спецобувь для силовых ведомств РФ
- Майя Медоева и автопарк УФСБ
- Генерал на пенсии Медоев-старший: "Это наши русские дела"

Ранее издание "Проект" сообщало, что два высокопоставленных сотрудника УФСБ по Москве и Московской области - глава управления генерал-полковник Алексей Дорофеев и его помощник подполковник Марат Медоев связаны со столичным рынком похоронных услуг. Сотрудники ФСБ могли быть интересантами в похоронных бизнес-проектах, которые расследовал журналист Голунов. И именно из-за них он мог подвергаться гонениям.

Сам Иван Голунов заявил на суде, что в его статье "есть сведения о связях с этим бизнесом силовиков из УФСБ по Москве и области". И добавил, что получал угрозы в связи с расследованием.

Родственники подполковника ФСБ Марата Медоева уже заявили, что тот не имеет отношения к преследованию журналиста Ивана Голунова.

Чекист Медоев поселил своего отца-чекиста на вилле в Словакии за 300 тысяч евро

Подполковник Марат Медоев - потомственный чекист. Его отца, Героя России Игоря Медоева в эфире "Первого канала" называли личностью легендарной, одним из создателей сил специального назначения в российской армии.

Медоев-старший - выходец из Северной Осетии и пользуется большим уважением на малой родине. На его примере в республике воспитывают патриотов. В брошюре "Герои России - уроженцы Осетии" он на первом месте. Там есть и его биография: с 1992 года работал в управлении ФСБ по Северной Осетии, с 1996 года - служил в центре спецназначения ФСБ, с 2001 года - работал помощником министра обороны.

В биографии Медоева-старшего не упоминается, что в прошлом он работал в налоговой с Анатолием Сердюковым. По мнению бывших сотрудников ФСБ, Сердюков помогал некоторым чекистам в карьерном росте (например, Виктору Воронину - бывшему начальнику банковского управления ФСБ и бывшему руководителю арестованных по обвинению в коррупции полковников - Кирилла Черкалина и Дмитрия Фролова).

"90-е годы прошлого столетия останутся "черной" страницей в истории нашей Родины. Развалилась великая наша советская держава. Спустя годы, когда выявились истинные цели зарубежных "доброжелателей", для которых борьба с коммунистическим строем была лишь ширмой для расчленения страны и максимального ее ослабления, руководство новой России взяло решительный курс на восстановление патриотического воспитания", - так говорится в брошюре с упоминанием Медоева.

Но, как отмечает "Новая газета", семья Медоевых, похоже, не думает, что Россия - "крепость в кольце врагов". Иначе сложно объяснить тот факт, что с 2009 года она прочно обосновалась в центре Евросоюза.

Мать Марата Медоева - Ирина открыла в Братиславе компанию Medeva, когда ее муж еще был помощником министра обороны. Судя по документам, она занимается управлением недвижимостью. С 2011 года отец Медоева с супругой стали владельцами загородного дома в местечке Лимбах, недалеко от Братиславы, где живут состоятельные словаки. Если верить словацкой прессе, там поселился, например, бывший президент страны Иван Гаспарович.

Журналисты из центра расследовательской журналистики в Словакии ICJK поговорили с тремя экспертами в области недвижимости, по их оценкам, дом Медоевых может стоить от 250 тысяч евро, впрочем, многое зависит от внутренней отделки, цена может быть и выше - до 600 тысяч евро. При этом всю жизнь Медоев-старший работал в органах госбезопасности, его жена не владеет крупным бизнесом в России, а сын работает в УФСБ.

Рядом другая вилла Медоевых - дочери Майи и ее мужа, который поставляет спецобувь для силовых ведомств РФ

Рядом с домом Медоевых в Словакии расположена еще одна вилла с бассейном, которая принадлежит их дочери Майе и ее мужу Петру Овсянникову. Петр - директор казенного учреждения - Службы контроля и бухгалтерского учета московского департамента труда и соцзащиты.

До 2017 года он работал в семейном бизнесе - возглавлял словацкую компанию Medeva. Но не только ее. С 2013 по 2017 год зять Медоева Петр Овсянников был директором другой любопытной словацкой компании с русскими корнями - Ivera Invest. Владелица этой фирмы Светлана Андрианова и вся ее семья (Олег Андрианов и Александр Андрианов) в России связана с крупнейшим поставщиком специальной обуви для силовых ведомств - компанией "Фарадей". В пригороде Братиславы Андриановы - соседи Медоевых.

За последние несколько лет компания "Фарадей" получила госконтрактов от российских силовиков больше чем на 11 миллиардов рублей. Причем из 153 контрактов, информация о которых есть на сайте госзакупок, 106 заключено по процедуре закупки у единственного поставщика - то есть без конкуренции. Однако российские силовые ведомства почему-то покупают дорогую обувь и даже не пытаются найти продавца, который предложит лучшую цену.

Войсковая часть ФСБ закупает для своих военнослужащих ботинки с высокими берцами и сапоги комбинированные у компании "Фарадей" без конкурса, ссылаясь просто на решение руководства.

ФСБ так определила справедливую цену на продукцию: ведомство направило запрос пяти поставщикам, у которых есть опыт поставок подобных товаров, выбрало три предложения с самыми низкими ценами и заключило контракт с компанией, предложившей наименьшую цену. А все пять компаний, у которых ФСБ справлялась о цене, принадлежат одной и той же семье Андриановых, которые владеют "Фарадеем".

Андриановы давно делают обувь для силовых ведомств. А на некоторых рынках - они монополисты. В 2015 году правительство выпустило распоряжение и назначило "Фарадей" единственным поставщиком обуви для нужд всего МВД сроком на два года. В 2017 году действие монополии продлили еще на пару лет. Это очень короткие документы всего в два пункта, там нет никакого пояснения, почему всю обувь для российской полиции будет поставлять одна компания.

Компании Андриановых, с которыми связаны Медоевы, осваивают и новые рынки. Например, в прошлом году еще одна компания, которая принадлежит семье, - "ЦНИИ в области производства специальной и военной обуви" начала поставлять зимние ботинки для инспекторов московской административной дорожной инспекции (МАДИ), компания заключила с МАДИ 6 контрактов на 7 миллионов рубей.

Руководителем МАДИ до последнего времени был Юрий Овсянников - отец Петра Овсянникова, который женат на сестре Марата Медоева. Впрочем, надо отметить, что контракты с МАДИ были получены уже после того, как Овсянников-старший ушел из МАДИ на работу в Минтранс Крыма.

Майя Медоева и автопарк УФСБ

В России Майя Овсянникова (Медоева) владела половиной компании "Автотехцентр Сокол", которую ликвидировали в 2015 году. Но деловой партнер сестры Марата Медоева по этой фирме - Владимир Коновалов не остался обделенным в том, что касается госконтрактов.

Коновалов полностью владеет "Техцентром Сокол", который с 2015 по 2017 год получил от УФСБ по Москве и Московской области контрактов больше чем на 2 миллиона рублей, по данным СПАРК. Его компания занималась техобслуживанием и ремонтом автомобилей УФСБ. В разговоре с "Новой" Коновалов подтвердил, что его компания в прошлом оказывала услуги УФСБ по ремонту машин, но о Медоевой вспомнить не смог.

Ранее Фонд борьбы с коррупцией Алексея Навального писал, что автопарк семьи Медоевых насчитывает десяток дорогих машин и несколько мотоциклов.

Вообще, у "потомственных чекистов" Медоевых мы нашли имущество на миллиард примерно. Предполагаю, что это 1/10 от реального. Но знаете, что изумляет? Автопарк. Вот как семья ФСБшников может спокойно этим пользоваться? Они и на службу так красиво приезжают?https://t.co/8bumKaPjKn pic.twitter.com/N1Bvxe3skJ

— Alexey Navalny (@navalny) 11 июня 2019 г.

Генерал на пенсии Медоев-старший: "Это наши русские дела"

Журналисты расследовательского центра Словакии ICJK посетили загородный дом Медоевых под Братиславой и встретили там самих хозяев. По европейской традиции дом не окружен высоким забором, как это принято у генералов в России. На вопрос о связи его сына с делом российского журналиста Ивана Голунова Игорь Медоев ответил со спокойной улыбкой на словацком языке, хоть и с сильным русским акцентом. Он сказал, что ни он, ни его сын не имеют никакого отношения к аресту журналиста. "Мой сын даже не знает, как выглядит Иван Голунов. Он был на отдыхе в Сочи и был очень удивлен, когда прочитал в интернете, что его имя связывают с арестом".

"Когда я вернусь в Россию, я хотел бы встретиться с Голуновым и объяснить, что мы ни при чем. Я попрошу его написать, что мы не имеем отношения к его аресту", - заявил генерал.

На вопрос о том, пытался ли Медоев связаться с Голуновым, он ответил, что "если бы Голунов сейчас стоял перед ним, он бы его не узнал", и добавил, что "журналисты занимаются фейк-ньюс, когда пишут, что его семья каким-то образом причастна".

Медоев сказал, что очень хорошо знает главу МВД Владимира Колокольцева, и они проводили вместе праздники и выходные. Но на вопрос о том, пытался ли он узнать через свои старые связи о том, кто может стоять за преследованием российского журналиста, Медоев ответил, что его это не волнует: "Человек на пенсии имеет право отдохнуть".

Медоев сказал, что вышел на пенсию в 2010 году и искал красивое место, где он сможет встретить старость: "Мне нравятся люди здесь, я быстро освоил язык. Мы проводим здесь время с внуками". Он также отметил, что у него были причины покинуть Россию.

Медоев сказал, что купил дом за 250 тысяч евро, а деньги получил от продажи коттеджа в России.

Он также отметил, что у отставных военных сейчас хорошая пенсия - 3 тысячи евро.

Медоев-старший не отрицает, что знает Андриановых, но утверждает, что Андриановы ведут бизнес с ФСБ. А сделки с МВД, где Андриановы - эксклюзивные поставщики обуви, не кажутся ему непрозрачными. Но вдаваться в детали в разговоре со словацкими журналистами Медоев отказывается: "Это наши русские дела".