Последняя щека?

Екатеринбургская епархия отказалась от строительства храма в сквере у Драмтеатра. Но это еще не конец конфликта

В воскресенье, 16 июня, в храмах екатеринбургской митрополии озвучили обращение митрополита Екатеринбургского и Верхотурского Кирилла. Он заявил, что РПЦ отказывается от идеи построить собор Святой Екатерины в сквере у театра драмы.

Тон заявления оказался резким.

«Христос <...> изгоняется с Исетского пруда, а Господу, произраставшему «из земли всякое дерево» <...> не находится места среди его собственных деревьев. Несмотря на всю ложь пропаганды, сквозь которую слабому ручейку правды нельзя было и пробиться, именно за сквер у Драмтеатра поступило подавляющее большинство предложений. А голоса, внешне уверенные в том, что горожане не хотят строительства храма в ранее узаконенном месте <...> трусливо требуют убрать его из списка. Потому что боятся, что вся ложь лукавых социологических опросов может быть опровергнута честным прямым голосованием», — заявил митрополит.

По словам главы екатеринбургской епархии, даже честно выбранный участок в нынешней ситуации «лжи и обмана» — может привести к «гражданской междоусобице». «Мы бы не хотели давать диаволу такую возможность», — заявил митрополит.

«Мы услышали аргументы защитников сквера от застройки, и согласились с тем, что площадка под строительство кафедрального собора не будет располагаться в каком-либо сквере или на территории зеленых насаждений, да и вообще на общественной территории <...>

И хотя мы неоднократно убеждались, что не стоит верить ни единому их слову, сделаем так, как они хотят в очередной раз».

При этом митрополит Кирилл отметил что в епархии надеются, что эта уступка — последняя: «У нас не осталось щек, которые мы еще не подставляли под удар».

То, что терпение у сторонников строительства храма заканчивается, было понятно еще в мае, когда они приходили в сквер и отмечали, что ждут возведения собора уже девять лет. Действительно, построить храм Святой Екатерины РПЦ хотела еще в 2010 году, но тогда екатеринбуржцы заступились за фонтан на площади Труда, который пришлось бы снести ради строительства собора. В 2016 году при поддержке уральских олигархов Андрея Козицына и Игоря Алтушкина церковь предложила возвести собор в акватории городского пруда. Но и тогда начались протесты: тысячи людей выходили на акции, указывая, что строительство не должно угрожать экологии, а застройка пруда — прямая ей угроза. В случае со сквером строительство опять уперлось в экологию и — в знаковость сквера у Драмтеатра для екатеринбуржцев: сквер — излюбленное место отдыха горожан, здесь проводятся концерты и массовые мероприятия

Между тем, именно сейчас обе стороны конфликта максимально подошли к примирению.

— Позиция епархии была главным моментом, вносящим неопределенность в ситуацию со строительством храма. Представители церкви до сего момента были решительно настроены сохранить сквер в качестве места для стройки, — говорит член рабочей группы по вопросу строительства собора Дмитрий Москвин. — Соответственно, то, что произошло, это с их стороны некий акт мужества — отступить, признать, что сквер имеет право на сохранение в том виде, который есть. Хотя текст, как он написан, вызывает лично у меня большое недоумение. Он выглядит так, будто человек очень сильно обиделся, и специально подыскивал не самые мягкие формулировки.

Вопрос сейчас в том, насколько представители церкви вообще готовы к какому-то диалогу и дальнейшему поиску компромисса. Или теперь все будет проходить в духе разговоров об исчадиях ада, дьяволе и его пособниках.

Москвин отмечает, что из шести ранее одобренных мэрией площадок под строительство собора четыре, на его взгляд, наименее проблемны: пустырь на пересечении улиц Белинского и Фурманова, территория напротив стадиона «Екатеринбург Арена», участок, на котором ранее стояла взорванная телебашня и участок, на котором сегодня находится здание бывшего приборостроительного завода.

«Новая газета» ранее рассказывала об этих участках: проблемы с ними могут возникнуть только в части диалога с собственниками и арендаторами — пустырем на Белинского-Фурманова, например, распоряжается ФСБ, а землей рядом с телебашней и приборостроительным заводом — Уральская горно-металлургическая компания, один из спонсоров строительства храма Святой Екатерины. И у ФСБ, и у УГМК на эти земли — другие планы. Но угроза возникновения протестов в случае, если собор будут строить на этих участках, почти нулевая.

— Я совершенно не вижу никаких мотивов, почему я должен выбирать место для храма. Для меня главное, чтобы это был не сквер, не общественное пространство и не акватория пруда или реки, — говорит Дмитрий Москвин. — Это касается и храмов, и торговых центров и больниц, и прочего. Главное, чтоб не трогалась общественная земля и экологически значимые для города пространства. Среди тех шести вариантов, которые были отобраны ранее, есть два, которые лично меня не устраивают: акватория пруда и сквер. Четыре оставшихся места — вполне: там есть пустыри, там есть свободные пространства.

Обсуждение подходящего места для храма в Екатеринбурге продолжается: в еженедельном режиме собирается специальная рабочая группа из представителей общественности, служителей церкви, депутатов и чиновников. Прорабатывается вопрос о проведении общегородского опроса — по настоянию президента Владимира Путина.

Однако говорить о мире в Екатеринбурге пока рано. Как минимум, потому что история с противостоянием в сквере обрастает уголовными делами. В субботу, 15 июня, стало известно уже о третьем: по факту порчи забора. Ущерб, причиненный ООО «Храм Святой Екатерины», оценивается в 923 тысячи рублей. Людей начинают вызывать на допросы по 167 статье УК РФ — до двух лет лишения свободы. Шеф-редактор Znak.com Дмитрий Колезев уже поставил в своем telegram-канале вопрос: является ли эта сумма существенной для компании, в числе учредителей которой два миллиардера из списка Forbes — все те же Андрей Козицын и Игорь Алтушкин? Если нет, то и дело можно квалифицировать по статье 7.17 КоАП. Она предусматривает штраф.

Закрытие уголовных дел или, как минимум, не назначение по ним реальных сроков, могли бы стать реальным шагом к примирению конфликтующих сторон. Тем более, что среди попавших под уголовное преследование есть и сторонники строительства храма: например, 31-летний Станислав Мельниченко, которого подозревают в оскорблении полицейского.

Екатеринбургу должно хватить мудрости прийти к миру без оговорок.