Я стал настраиваться, что будет срок

Как калининградского журналиста Игоря Рудникова обвинили в вымогательстве взятки у генерала СК — а потом неожиданно отпустили

17 июня Московский районный суд Санкт-Петербурга отпустил на свободу главреда калининградской газеты «Новые колеса» Игоря Рудникова, который провел в СИЗО более полутора лет по обвинению в вымогательстве 50 тысяч долларов у генерала Следственного комитета Виктора Леденева. Рудников считает, что дело против него сфабриковали, но суд переквалифицировал обвинение с вымогательства на самоуправство и зачел продолжительный арест. По просьбе «Медузы» журналист издания «Новый Калининград» Олег Зурман рассказывает, в чем суть самого обсуждаемого калининградского дела — и почему суд все-таки решил отпустить Игоря Рудникова на свободу.

В начале августа 2017 года на яхте, принадлежащей одному из калининградских бизнесменов, встретились два генерала. Один из них — начальник регионального управления Следственного комитета Виктор Леденев, второй — в прошлом глава калининградской полиции Евгений Мартынов. Во время речной прогулки силовики обсуждали (как расскажет потом Мартынов в своих показаниях в суде) давно беспокоившую Леденева тему — статьи в газете «Новые колеса», издателем и главным редактором которой был депутат Калининградской областной думы Игорь Рудников.

Леденев часто становился героем публикаций «Новых колес». Например, в статье «Райская жизнь генерала Леденева» издание писало об особняке в престижном районе Калининграда, якобы принадлежавшем силовику. Дом на берегу озера журналисты оценивали в 80 миллионов рублей при совокупном доходе супругов Леденевых в два-три миллиона. В других материалах авторы «Колес» возмущались низким, по их мнению, качеством расследования дела о покушении на Игоря Рудникова, которое случилось в марте 2016 года.

Позже Мартынов вспоминал, что порекомендовал Леденеву обратиться к «уважаемому в Калининградской области человеку» — бизнесмену Александру Дацышину, некогда занимавшему должность замполпреда президента по СЗФО. «У нас была просто беседа. Леденев знал Дацышина. Посоветовал — чтобы решить эту проблему. Чисто разговор двух мужчин», — заявил Мартынов. Под «проблемой» и понимались статьи о генерале, печатавшиеся в «Новых колесах». По мнению бывшего полицейского начальника Мартынова, Дацышин мог найти выход из «ситуации», в которую попал Леденев. Дацышин в итоге согласился выслушать журналиста и генерала из Следственного комитета — и выступить посредником в разрешении конфликта между ними. Из расшифровок прослушки Леденева и Дацышина, позже оглашенных в суде, станет известно, что «решить проблему» с Рудниковым генералу якобы посоветовал лично глава СК Александр Бастрыкин.

Через три с половиной месяца после встречи генералов на яхте Игорь Рудников будет задержан сотрудниками ФСБ. Главному редактору «Новых колес» предъявят обвинение в вымогательстве 50 тысяч долларов США у генерала СК Виктора Леденева. Рудников скажет, что дело против него сфабриковали, а правозащитники признают журналиста политзаключенным и потребуют его освобождения.

Генеральский дом

Первая встреча между Виктором Леденевым и Александром Дацышиным состоялась днем 17 августа 2017 года в офисе бизнесмена в центре Калининграда. Как рассказывал на суде Дацышин, генерал обратился к нему с просьбой «мирным путем урегулировать конфликтную ситуацию» между ним и Игорем Рудниковым. По словам бизнесмена, согласившегося выступить в качестве арбитра в споре, активность издателя «Новых колес» создавала генералу серьезные проблемы по службе. «Леденев, по его словам, был и сам крайне лично заинтересован, чтобы Рудников оставил его в покое, поскольку из-за него он не мог спокойно проживать в своем доме на Верхнем озере», — пересказывал в суде содержание того разговора Дацышин.

В особняке, про который говорил Дацышин и писал в своих статьях Рудников, генерал действительно жил. При этом Леденев категорически отрицал, что недвижимость принадлежит ему. Официальным владельцем особняка оказался малоизвестный московский бизнесмен Сергей Зеленин. Давая свидетельские показания в суде, коммерсант заявлял, что Виктор Леденев — его «близкий друг». Несколько лет назад он попросил Леденева подыскать участок земли в Калининграде, а потом и помочь со строительством самого дома. Роль генерала в строительстве особняка оказалась чуть ли не определяющей: по словам Зеленина, Леденев заказывал эскизы будущей постройки, выбирал мебель и давал указания прорабу. При этом денежные отношения между коммерсантом и силовиком строились лишь на устных договоренностях. Зеленин говорил, что для расчета со строителями в общей сложности передал Леденеву больше 10 миллионов рублей наличными.

Условие мира

17 марта 2016 года на Игоря Рудникова напали двое неизвестных в центре Калининграда; журналиста несколько раз ударили ножом — но он выжил. Единственным обвиняемым по делу был охранник Алексей Каширин из Петербурга. Каширина обвиняли в покушении на убийство Рудникова. В первый раз суд счел, что доказательства этому нет, и переквалифицировал статью на «умышленное причинение вреда здоровью средней тяжести» (ст. 112 УК РФ). Прокуратура (как и сам Рудников) возмутилась столь мягкому приговору и обжаловала его. Суд апелляционной инстанции отменил приговор и направил на новое рассмотрение. На повторном рассмотрении другая судья согласилась с доводами обвинения и дала Каширину уже девять лет колонии строгого режима.

Но Рудникову и этого было мало: он был уверен, что Каширин действовал не самостоятельно, а выполнял заказ главы Светлогорского городского округа Александра Ковальского (в октябре 2017 года Ковальскому пришлось уйти в отставку после «покушения»: как оказалось, он сам выдумал историю о том, что его пытались убить). Рудников считал, что Ковальский мог мстить ему за публикации о строительстве отеля на курортном побережье. Главный редактор «Новых колес» был недоволен качеством следствия и требовал, чтобы дело расследовали вновь, но уже по другой статье — о покушении на жизнь государственного деятеля (ст. 277 Уголовного кодекса), поскольку он на момент покушения еще был депутатом областной думы. «Условием мира» между Рудниковым и Леденевым и должна была стать переквалификация статьи.

Кроме этого, утверждал Дацышин, Рудников хотел, чтобы ему «компенсировали» 50 тысяч долларов США, потраченных на «собственное расследование» о покушении: на сбор информации, на юристов, оплату билетов, гостиничных номеров и тому подобное. Вспоминая ту беседу с журналистом, бизнесмен отметил, что деньги для Рудникова носили второстепенный характер и были упомянуты лишь однажды.

На аудиозаписях телефонных переговоров Дацышина и Леденева, которые оглашали в суде, слышно, как генерал говорит, что опасается платить Рудникову «компенсацию», так как тот может потребовать еще. Дацышин успокаивает своего собеседника: «Он всегда держал слово. Если мы решаем <неразборчиво>, если мы договариваемся, то в этот адрес или ничего, или хорошее». Сам журналист неоднократно заявлял, что о деньгах никогда не говорил.

Кроме того, Леденев рассказывал Дацышину о своей встрече с главой СК Александром Бастрыкиным: «Он говорит: „Что ты… Не можешь разобраться с каким-то депутатом областной думы там на месте, что это?“ Я говорю: „Ну, дело в том, что с ним разобраться, как можно разобраться, если он ходит по грани. Да? Он же не переступает эту грань. Вот он пишет, прям по острию ножа“. — „А раз не поступает, что ты, говорит, переживаешь? Ну, по большому счету решай вопрос сам там…“ — „Я готов с ним встретиться, решать“. Если мне шеф сказал, что ты решай там, что ты, сам не можешь решить с каким-то депутатом? Я так понимаю, что это прямым тестом мне сказано: погаси проблему».

Трюк с календарем

Из отпуска Виктор Леденев вернулся в середине сентября 2017 года после звонка начальника регионального управления ФСБ Леонида Михайлюка. При встрече тот рассказал, что ему известно о переговорах, которые Леденев ведет с Рудниковым через Дацышина. Эта информация поступила Михайлюку от замполпреда по Северо-Западному округу Михаила Ведерникова (сейчас он губернатор Псковской области), который, в свою очередь, узнал об этой истории от самого Дацышина. По словам бизнесмена, который тоже когда-то занимал должность замполпреда по тому же федеральному округу, он хотел «проконсультироваться» с Ведерниковым по поводу сложившейся ситуации и узнать, как ему быть. «Как он выразился, „позже определимся“», — пересказывал потом в суде этот разговор Дацышин.

В своих свидетельских показаниях Дацышин предположил, что как только начальнику управления ФСБ стало известно о 50 тысячах долларов, у Леденева якобы не осталось другого выхода, как представить себя жертвой вымогательства, а на самом деле он собирался подкупить Рудникова. На следующие встречи Леденев уже ходил в роли участника оперативно-разыскных мероприятий и выполнял инструкции сотрудников ФСБ.

Одна из таких встреч состоялась 18 сентября 2017 года в кабинете Виктора Леденева, куда он пригласил Игоря Рудникова — формально на личный прием. В цветочном горшке и на галстуке генерала были закреплены скрытые сотрудниками ФСБ видеокамеры. Встреча длилась около двух часов. Как писал «Коммерсант», генерал согласился направить в прокуратуру письмо о переквалификации дела о покушении. В ответ Рудников пообещал в случае «процессуального действия» больше не жаловаться на генерала Леденева в Генпрокуратуру и главе СК Александру Бастрыкину.

На видеозаписях, которые впоследствии демонстрировали в суде, видно, как генерал написал на листке календаря «50 000». В другом ракурсе видно, как Леденев опускает в шредер некий листок бумаги, а на аудиозаписи слышно, что Леденев говорит Рудникову: мол, написанное ему «обозначил» Александр Дацышин. Игорь Рудников отвечает на это: «Да, да, да» — и снова заводит разговор о расследовании дела о покушении. Затем Леденев поднимает другой лист бумаги, под которым лежит пачка денег — 30 тысяч долларов США. Рудников деньги брать отказывается, повторяя при этом имя и отчество Дацышина. На уговоры генерала, что в его кабинете «можно быть спокойным», Игорь Рудников не поддался.

По мнению адвоката Тумаса Мисакяна, видео, на котором зафиксирован разговор с Рудниковым, отличалось чрезвычайно низким качеством. Другой защитник журналиста Анна Паничева заявила, что «трюк с календарем» недопустимо использовать в качестве доказательств, поскольку генерал, по ее мнению, устроил провокацию. Однако 1 ноября, почти через полтора месяца после личного приема у генерала, Игорь Рудников был задержан.

Виктор Леденев поддерживал связь с генералом Мартыновым, посредником между ним и Дацышиным, и после того, как сотрудники управления ФСБ стали прослушивать их телефоны (Мартынов об этом не знал). Как следует из оглашенных в суде расшифровок их бесед, Мартынов, судя по всему, предлагал взять деньги для Рудникова у Константина Суслова — бывшего вице-премьера правительства Калининградской области. Кроме того, в этих разговорах Мартынов делился своими планами устроиться на работу в Росреестр, говорил о близком знакомстве с первым заместителем председателя Мособлдумы Никитой Чаплиным и упоминал имя главы московского управления ФСБ Алексея Дорофеева (этот высокопоставленный силовик фигурирует в расследовании журналиста «Медузы» Ивана Голунова, которое готовится к публикации).

В конце октября 2018 года Мартынов сам стал фигурантом уголовного дела. Его подозревали в том, что он незаконно собирал информацию о частной жизни (это дело не имеет никакого отношения к делу Рудникова). Расследованием этого дела занимался калининградский СК, который возглавляет Виктор Леденев.

Дело против Рудникова, обыски в редакции

Задержание журналиста и депутата сопровождалось многочасовыми следственными действиями в редакции газеты. Оттуда Рудникова поздно ночью увезли на скорой помощи. Когда сотрудники управления ФСБ доставили журналиста к следователю, на Рудникове почему-то не было штанов.

За несколько часов до обыска сотрудники ФСБ задержали соучредителя «Новых колес» Светлану Березовскую, которая в тот день встречалась с Виктором Леденевым в кафе неподалеку от редакции. Генерал лично приехал на встречу с Березовской и передал ей папку с документами — однако внутри находились 50 тысяч меченых долларов. Когда Игорь Рудников узнал о случившемся, то сразу позвонил Леденеву; тот солгал, что тоже задержан. Когда журналист спросил, за что именно, генерал пояснил, что положил в документы 50 тысяч долларов. «Никаких денег я у вас не просил», — якобы сказал ему журналист по телефону.

Журналисту предъявили обвинение в вымогательстве в особо крупном размере (часть 3 статьи 163 Уголовного кодекса); максимальное наказание — 15 лет лишения свободы. По версии следствия, Рудников в «корыстных целях» требовал деньги, обещая взамен прекратить печатать о Леденеве «негативные» и «компрометирующие» статьи. В деле фигурировало и второе требование Рудникова — переквалификация уголовного дела о покушении. «Генерал Леденев пообещал вчера Игорю Петровичу передать все материалы дела, связанные с заказчиком преступления, покушения на него. И материалами на тех лиц, которые препятствуют следствию. Вместо материалов дела был подключен ОМОН, — сказал заместитель Рудникова по „Новым колесам“ Юрий Грозмани. — Насколько я слышал, конверт с деньгами находился в том пакете, где должно быть дело, которое обещал Леденев передать, которое будет раскрывать завесу тайны, которая сейчас стоит за покушением на Игоря Петровича».

Задержан был и Александр Дацышин. В деле о вымогательстве следствие отвело бывшему федеральному чиновнику роль пособника (ч. 5 ст. 33, п. «б» ч. 3 ст. 163 Уголовного кодекса). По версии следствия, Дацышин от имени Рудникова озвучил генералу условия, при которых в «Новых колесах» прекращают печатать заметки о Леденеве.

В суд Рудникова доставили с загипсованной рукой. Его коллеги утверждали, что издателя избили во время задержания. Журналист заявил, что не признает себя виновным и что генерал провоцировал его, а дело сфабриковано. Суд отправил издателя «Новых колес» под стражу; в СИЗО Рудников находился более полутора лет. Дацышину назначили домашний арест. Избежать СИЗО Дацышину помогло частичное признание вины на начальном этапе расследования. Сейчас бывший замполпреда заявляет, что полностью невиновен — и его подставили.

Арест Рудникова вызвал сочувствие у его коллег по областной думе, а калининградские журналисты называли произошедшее «ситуацией невероятно тревожной».

Не совсем положительный имидж с точки зрения репутации

Следствие по делу Игоря Рудникова длилось почти год. За это время он лишился статуса депутата из-за вида на жительство в США, а газета «Новые колеса», существовавшая с 1995-го, перестала выходить. «Мнения совершенно разные, но у внешнего наблюдателя, который не связан с Калининградской областью, [ситуация с „Новыми колесами“] естественно, вызывает стойкое ощущение зачистки свободных СМИ и политического преследования Игоря Рудникова», — говорил летом 2018 года после закрытия издания заместитель генерального директора организации «Трансперенси Интернешнл — Россия» Илья Шуманов. Связанные с регионом люди, по его словам, считают газету достаточно одиозным изданием с «не совсем положительным имиджем с точки зрения репутации». «На мой взгляд, истина где-то посередине находится. Насколько я понимаю, а я немного разбирался в деле [Рудникова], какие-то все равно предпосылки для того, чтобы возбудить уголовное дело, наверное, были. Это не на ровном месте ситуация произошла», — отмечал Шуманов.

В декабре 2017 года, спустя полтора месяца после ареста Игоря Рудникова, его сторонники, а также читатели «Новых колес» провели согласованный властями митинг. У Дома искусств тогда собралось около сотни человек. На последующих акциях протеста число участников неуклонно снижалось, однако накануне вынесения приговора в Калининграде стали проводить пикеты в защиту Рудникова. В феврале 2018-го правозащитный центр «Мемориал» признал главного редактора «Новых колес» политзаключенным.

Изначально суд над Игорем Рудниковым должен был проходить в Калининграде. Однако по решению Верховного суда России рассмотрение дела перенесли в Петербург. На этом настоял Калининградский областной суд, в котором сочли, что местные судьи могут быть небеспристрастны при рассмотрении дела. Московский районный суд Петербурга разбирался в деле о вымогательстве почти четыре месяца — с 14 февраля 2019 года. На первом же заседании судья по ходатайству Виктора Леденева сделала процесс закрытым. Генерал счел, что разглашение обстоятельств дела может «очернить» его и нанести ущерб его деловой репутации. После допроса Леденева процесс стал открытым.

В ходе заседаний Игорь Рудников вновь говорил о провокации со стороны силовиков и отрицал, что в принципе вел разговоры с Александром Дацышиным о деньгах. Как заявил в прениях адвокат журналиста Тумас Мисакян, в деле нет прослушки бесед между Рудниковым и бывшим замполпреда президента по Северо-Западному округу. Также, по мнению защитника, Виктор Леденев вел себя «слишком странно» для жертвы вымогательства: именно генерал был инициатором переговоров и «мирного урегулирования» ситуации с Рудниковым. В первых показаниях генерала вообще не было ни слова об угрозах.

Уже во время судебного следствия от своих слов Леденев отказался, заявив, что московский следователь, который вел дело, и оперативник управления ФСБ «писали в протоколе что хотели» и все зафиксированное — это их «выдумки». Как отметил во время прений Мисакян, для тех, кто инициировал уголовное дело против Рудникова и Дацышина, в какой-то момент стало очевидно, что первоначальные показания Леденева «делают версию о вымогательстве несостоятельной». Другая странность, на которую обращали внимание все адвокаты, состояла в том, что Леденев написал заявление о предполагаемом вымогательстве только через месяц — когда начальнику управления ФСБ уже стало известно о переговорах, которые генерал вел с Дацышиным.

Кроме того, приглашенные адвокатами эксперты из Федерального центра судебной экспертизы при Минюсте раскритиковали экспертизу, заказанную обвинением, посчитав, что она вводит участников процесса в заблуждение. Просьбу провести новую экспертизу судья Валерия Ковалева отклонила. Но в целом, по словам адвокатов, судья была достаточно справедлива по отношению к сторонам и обеспечила состязательный судебный процесс. «Нас слышали, нам давали возможность защищаться, что совсем необычно. Я мог задавать вопросы генералу Леденеву, а судья настаивала на том, чтобы он отвечал. Судья вела себя принципиально нейтрально. Давала возможность каждой из сторон заявлять свои требования и реализовать права», — рассказал Игорь Рудников «Медузе».

На прениях 6 июня гособвинитель попросил приговорить Игоря Рудникова к десяти годам лишения свободы, Александра Дацышина — к восьми. «Меня несколько раз пытались убить, на меня было совершено два покушения. Уголовное дело, сфабрикованное против меня в 2017 году генералом СК вместе с ФСБ, арест, тюрьма, насилие, пытки — это тоже публичная демонстративная расправа. Это тоже попытка убить журналистов. Это еще и акция устрашения, направленная против всех российских журналистов, чтобы заткнуть им рот, чтобы никто не посмел разоблачать коррумпированных генералов-силовиков», — сказал журналист в последнем слове.

Генерал Виктор Леденев, никогда прежде не пытавшийся в судебном порядке оспорить публикации в «Новых колесах», незадолго до прений потребовал от Рудникова три миллиона рублей в качестве компенсации морального вреда.

Деловые связи и «эффект Ивана Голунова»

Для вынесения приговора судье Валерии Ковалевой потребовалось 11 дней. В итоге 17 июня Московский районный суд решил, что Игорь Рудников к вымогательству не причастен. Его признали виновным в покушении на самоуправство. Журналисту назначили 550 часов обязательных работ, но судья учла время, проведенное Рудниковым в СИЗО, и немедленно освободила его из-под стражи. Дацышина тоже признали виновным в покушении на самоуправство, назначили 330 часов обязательных работ, но учли время, проведенное под домашним арестом, — и тоже освободили в зале суда.

Судья отметила, что вымогательство должно сопровождаться реальной угрозой распространения «порочащих сведений», которой не было. Все статьи, где фигурировал генерал Леденев, уже были опубликованы. «Суд признал, что Леденев неоднократно менял показания и отметил, что генерал был готов подумать над предложением Рудникова заплатить ему деньги и категорично от этого не отказался», — сказал в разговоре с «Медузой» адвокат Сергей Баранов. Иск генерала Леденева о взыскании компенсации морального вреда с Рудникова судья отклонила.

Комментируя освобождение Игоря Рудникова, калининградский политик, член региональной общественной палаты Соломон Гинзбург связал это с «эффектом Ивана Голунова». «Потому что „эффект Ивана Голунова“ заставляет хотя бы создавать видимость правосудия, которого в России нет. Ибо все суды зависимы — думаю, что от администрации президента. Я сам это чувствовал по более чем году своего судебного процесса — там чисто политическая конъюнктура», — отметил Гинзбург.

Калининградский политолог Владимир Абрамов говорит, что дело Рудникова «изначально было скользкое»: «Сторона защиты рационально указывала на пробелы в следственных материалах. Теперь, я думаю, господин Рудников просто предъявит иск за неправомерное содержание [под стражей] в течение полутора лет. Нужно как-то энтузиазм [силовиков] соизмерять с фактическими данными. Энтузиазма хватало на всякие „Новые величия“, но, думаю, в свете последних тенденций все-таки суд стал более внимательно относиться к оформлению дел. Потому что, если передадут в ЕСПЧ, будет стыдно».

Замглавы антикоррупционной организации «Трансперенси Интернешнл — Россия» Илья Шуманов, считает, что такой итог был возможен при стечении двух обстоятельств. «Во-первых, это деловые связи Дацышина с бывшим полпредом президента в СЗФО и председателем совета директоров крупнейшей государственной компании, которая занимается эксплуатацией судов — Совкомфлот, Ильей Клебановым. Игоря Рудникова же можно назвать человеком из команды экс-главы Калининграда Александра Ярошука, который до сих пор остается человеком с большими связями в прокурорской среде», — говорит Шуманов. Следовательно, по мнению Шуманова, более значительную роль мог сыграть административный ресурс, а не решение конкретного судьи.

Спустя пару часов после выхода на свободу в беседе с «Медузой» Игорь Рудников признался, что испытал «ощущение нереальности». «Когда 19 месяцев находишься за решеткой, тебе каждый день внушают мысль, что ты никто, не человек. Ты не знаешь, что произойдет в ближайшие полчаса-час, планировать что-то бесполезно. И все ожидания носят характер „все, что ни делается, все к худшему“. Поэтому когда прокурор попросил 10 лет строгого режима, я стал настраиваться на то, что будет срок», — сказал журналист. В ближайших планах у Рудникова — встретиться с близкими и «понять, где он оказался и в какую страну вернулся».

Олег Зурман,«Новый Калининград»