Игра языков в «Игре престолов»

В мае на экраны вышел последний сезон «Игры престолов». Восемь лет поклонники сериала следили за политическими и любовными интригами, ростом драконов и наступлением мертвецов — и не в последнюю очередь за языками, на которых разговаривают персонажи.

Цикл книг «Песнь льда и пламени» ­Джорджа Мартина, лежащий в основе «Игры престолов», написан по-английски; по-английски, естественно, снят и сам сериал. Английский, который во вселенной «Игры престолов» называется «общим языком», является основным языком Вестероса — континента, за власть над которым идет борьба. Но благодаря Толкину — а ведь не зря Мартина порой называют американским Толкином — в книтгах о вымышленных мирах возникла мода: придавать этим мирам реалистичность, сочиняя для них искусственные языки. Заметим, сам автор «Властелина колец» утверждал, что он-то сочинял не языки для своих миров, а миры для своих языков.

Мартина эта мода не обошла: в Эссосе (это другой континент, отделенный от Вестероса Узким морем) распространены дотракийский и валирийский языки, а также еще несколько языков, известных лишь по названиям. Впрочем, даже дотракийский и валирийский у Мартина обрисованы очень эскизно: из первого по книгам известно буквально 30 слов, а из второго — и того меньше. Поэтому в 2009 году компания HBO, снимавшая «Игру престолов», обратилась в Общество создания языков, которое объединяет множество конлангеров (людей, изобретающих языки). Для сериала понадобился убедительный язык, на котором говорили бы всадники-дотракийцы, и было решено довериться специалистам. Конкурс на создание языков выиграл лингвист Дэвид Питерсон. Перед ним стояла непростая задача: во-первых, сочинить языки, которые будут согласовываться с лингвистической информацией из книг Мартина; во-вторых, дотракийский должен был производить впечатление, соответствующее внешнему образу его носителей — воинственных, не вылезающих из седла кочевников, а валирийский, наоборот, должен был показаться зрителям благозвучным и возвышенным. Питерсон справился с этой задачей так успешно, что его услугами теперь пользуется весь Голливуд; а в 2015 году он издал книгу «Искусство создания языков» (в прошлом году вышел русский перевод).

В первом сезоне сериала звучит по большей части именно дотракийский язык, и, пожалуй, он получил более широкую известность в культуре, чем валирийский, — даже несмотря на то, что дальше диалогов на дотракийском стало гораздо меньше, чем на валирийском. Дейнерис, безземельная наследница некогда могущественной династии Таргариенов, была выдана замуж за Дрого, вождя дотракийцев, и хорошо освоила этот язык, хотя он довольно сложен: Дэвид Питерсон не стесняется разрабатывать для своих языков очень нетривиальную фонетику и грамматику. Правда, актеры и поклонники сериала не во всем ему следуют. Так, в дотракийском языке в словах, где два последних слога открытые (то есть заканчиваются на гласный), ударение должно падать на первый слог — и именно таково само слово dothraki. Однако его обычно все-таки произносят на английский манер, с ударением на a, а по-русски говорят дотраки́йский. Впрочем, это вполне обычная история для самоназваний искусственных языков: скажем, клингонский язык из «Стар Трека» вообще-то называется tlhIngan, и это название явно специально подобрано так, чтобы его было трудно заимствовать в английский. Дело в том, что английские слова не могут начинаться на tl-, так что это слово в результате передается как Klingon; для говорящих по-русски в начальном сочетании тл- нет ничего сложного (тля, тление), но мы, как видно, не общались с клингонами напрямую, раз заимствовали название языка и народа из английского, уже с кл-.

Сезон 1, серия 7, фраза на дотракийском языке:

Maan anha vazhak jin ador shiqethi finaan neva ave maisi mae.  Ему я дам тот стул железа на котором сидел отец матери его  

«Я дам ему железный трон, на котором сидел его дед».

Другой язык «Игры престолов» — валирийский — особенно интересен тем, что у него есть несколько разновидностей: книжная классическая («высокий валирийский») и народные («низкий валирийский»). Этим он напоминает латынь и современные романские языки или классический арабский язык и его диалекты, используемые в разных частях арабского мира. Для Дейнерис высокий валирийский — родной язык, а живые народные языки, на которых говорят в Эссосе, сильно изменились и ушли от него довольно далеко. По словам Питерсона, для того чтобы сочинять предложения и тексты на низких валирийских диалектах, он сперва пишет их на высоком валирийском, а затем применяет к ним правила перехода, моделируя историческое развитие.

Сезон 3, серия 4, фраза на высоком валирийском языке:

Valyrio muño ēngos ñuhys issa.  валирийский матери язык мой есть  

«Валирийский — мой родной язык».

Не таким способным к иностранным языкам, как Дейнерис, оказался ее соратник Тирион Ланнистер. Приехав в Эссос и став советником набирающей силу королевы, он вынужден общаться с окружающими по-валирийски, но допускает множество ошибок. В печально знаменитой пятой серии восьмого сезона, прежде чем Дейнерис сожжет дотла Королевскую Гавань (столицу Вестероса), Тирион пытается пробраться к своему пленному брату Джейме и говорит стражнику по-валирийски фразы, которые буквально переводятся как «Я пью съесть хранителя черепов», «Я хочу съесть хранителя черепов» и «Я хочу увидеть хранителя черепов». С третьей попытки он таки подобрал правильные глаголы, но bartanno rāelia («хранитель черепов») — это всё равно не то, что нужно: должно было быть belmurte rāelti («закованный человек»). К счастью, его собеседник спас положение, сообщив, что говорит на общем языке, — и это не первый такой случай в сериале.

Сезон 6, серия 4, фраза на астапорском диалекте валирийского языка:

Do pon pazan. Dori pon pazozlivan.  не им верю никогда им поверю  

«Я им не верю. Я никогда им не поверю».

Но если вернуться от фильмов к книгам, то намного больше, чем вымышленными языками, Джордж Мартин интересуется английским. Русский читатель, глядя на творчество Мартина, наверняка вспомнит про «падонков» и их «олбанский» язык, популярный в середине ­2000-х годов. Основной принцип олбанского языка заключался в том, чтобы выбирать для слов такое написание, которое сохраняет звучание, но при этом отличается от привычного: скажем, слова во фразе «Превед, кросафчег!» читаются точно так же, как «привет» и «красавчик», а их внешний облик при этом необычен. Именно так Мартин поступает с именами своих героев: по большей части это нормальные английские имена, которым на письме придается странный вид. Marjorie превращается в Margaery, Peter — в Petyr, Samuel — в Samwell. Для экзотики Мартин часто использует между согласными букву y, которая напоминает читателю о чем-то валлийском (в этом языке буква y, обозначающая гласный, в такой позиции весьма распространена, в то время как по-английски она чаще используется в начале и в конце слова) — например, в имени и фамилии Lysa Arryn или в именах двух выживших после свержения их отца представителей династии Таргариенов (Targaryen): Viserys и Daenerys.

Имя Daenerys, кстати, показывает еще один прием, которым с удовольствием пользуется Мартин: в именах представителей двух семейств из его эпопеи почти регулярно встречается определенное сочетание букв. В именах большинства Таргариенов содержится ae: основоположником династии был Aegon (Эйгон); Безумного короля, последнего из династии, звали Aerys (Эйрис), его старшего сына — Rhaegar (Рейгар), а дочь — Daenerys (Дейнерис). Тот факт, что Viserys (Висерис), младший сын Эйгона, выпадает из этого ряда, едва ли случаен. Это косвенное свидетельство того, что Висерис — недостойный представитель рода, о чем его сестра Дейнерис с презрением сообщает, после того как Висерису вылили на голову котел расплавленного золота: «Он не был драконом. Дракона не может убить огонь». Еще одна династия с характерным компонентом в имени — Greyjoy (Грейджой), правители Железных островов: имена мужчин в этом роду часто заканчиваются на -on: Balon (Бейлон), Euron (Эйрон), Theon (Теон).

Этот прием напоминает о древнегерманской традиции называть детей в знатной семье так, чтобы их имена начинались на один и тот же согласный или же только на гласные, — как говорят лингвисты, имена аллитерируют. Именно так были устроены имена английских королей из Уэссекской династии: Альфред Великий, Эдуард, Этельстан, Эдмунд и так далее — все начинаются на гласный. Впрочем, Мартину аллитерация скорее чужда, и таким приемом он почти не пользуется. В этом он отличается, например, от Джоан Роулинг, чей цикл о Гарри Поттере пронизан аллитерацией насквозь: достаточно вспомнить, что основателей Хогвартса зовут Salazar Slytherin, Rowena Ravenclaw, Godric Gryffindor и Helga Hufflepuff. Более того, создатели сериала даже позволили себе немного поиздеваться над аллитерацией. Король Роберт говорит юному Ланселу Ланнистеру: «Лансел! Боже, вот же дурацкое имя. Кто тебя назвал-то? Какой-то придурок-заика?»

Лансел, впрочем, впоследствии отомстит королю за такую насмешку над уважаемым германским языковым приемом: именно он подпоит Роберта на охоте, так что тот не справится с кабаном. Еще одно проявление иронии судьбы состоит в том, что революция, приведшая Роберта на трон, тоже носит аллитерирующее название: Robert’s Rebellion (Восстание Роберта). Да и в заголовках книг Мартин использует аллитерацию: вторая книга серии называется A Clash of Kings («Битва королей»), третья — A Storm of Swords («Буря мечей»), а пятая — A Dance with Dragons («Танец с драконами»). Стоит, правда, отметить, что Storm и Swords — не идеальная германская аллитерация, поскольку вообще-то сочетание st комбинируется только с st, но Мартин — не профессор древнегерманской филологии, как Толкин, так что для него, наверное, и повторения начальных s достаточно. Три аллитерирующих книги из пяти — не так уж и мало, а будет четыре из семи, потому что шестой том, который Мартин всё никак не напишет, называется The Winds of Winter («Ветра зимы»). Другой известный американский писатель Джон Апдайк, например, ухитрился все пять своих романов про персонажа по прозвищу Кролик снабдить аллитерацией: первый носит название Rabbit, Run, а дальше последовали Rabbit Redux, Rabbit is Rich, Rabbit at Rest и Rabbit Remembered. Или, скажем, Gilderoy Lockhart, персонаж Джоан Роулинг, свои вымышленные приключения почти ­всегда описывал с повтором согласных: Voyages with Vampires («Путешествия с вампирами»), Wanderings with Werewolves («Блуждания с оборотнями»), Year with the Yeti («Год с йети») и так далее.

Новый король Вестероса — Брандон, сокращенно Бран, — тоже подает повод для аллитерации: Тирион дает ему прозвище Bran the Broken (Бран Сломленный), что едва ли случайно, поскольку среди его предков были еще два Брандона с прозвищами на ту же букву: Brandon the Builder (Брандон Строитель) и Brandon the Breaker (Брандон Крушитель).

И конечно, важнейшей особенностью английского языка сериала, которая совершенно теряется в русском переводе, является то, что различные варианты английского языка используются для отсылки к происхождению героев. Скажем, жители севера говорят с отчетливым йоркширским (то есть североанглийским) акцентом: например, произносят на месте буквы u в словах типа but звук, больше похожий на русское у, чем на русское а. Особенно хорошо это слышно в главной твердыне севера — Винтерфелле, на Стене, ограничивающей «цивилизованную» часть Вестероса с севера, и в сценах с Одичалыми, которые живут еще севернее. Но, что тоже типично для реального мира, мы имеем дело не только с географической, но и с социальной дифференциацией языка по другим параметрам — в частности, гендерному. Известно, что мужчины часто используют менее стандартизованные варианты, чем женщины, и в благородной северной семье Старков это устроено именно так: Нед Старк, его сын Робб и якобы сын Джон Сноу говорят по-йоркширски (Шону Бину, исполняющему роль Неда, было несложно, потому что это его родной диалект, а остальным пришлось подстраиваться), в то время как его жена Кейтлин и дочь Санса говорят гораздо нейтральнее и ближе к идеальному литературному стандарту.

В книгах, впрочем, акценты изобразить сложнее, и там Мартин прибегает только к стандартным способам изображения неправильного английского языка у необразованных персонажей — так, они используют двойное отрицание и разговорные формы слов: They weren’t no raiders, though, m’lord («Но это не были никакие не грабители, м’лорд»), — говорит крестьянин Неду Старку. В сериале же видным блюстителем чистоты языка оказывается Станнис Баратеон, брат короля Роберта. Этот не самый приятный в общении персонаж очень тщательно следит за тем, чтобы окружающие правильно ­употребляли слова less и fewer («меньше»): дело в том, что языковая норма предписывает использовать первое с неисчисляемыми существительными (less milk = меньше молока), а второе — с исчисляемыми (fewer men = меньше людей), хотя носители английского языка часто используют less в обоих случаях. Вообще, создатели «Игры престолов» склонны повторять удачные языковые шутки: как Тирион не раз демонстрирует неспособность к валирийскому языку, так и въедливость насчет слова fewer Станнис проявляет дважды, а от него этому научился его советник Давос Сиворт, выходец из низов, так что в седьмом сезоне он поправляет Джона Сноу, который имел неосторожность употребить less со словом men — правда, Джон так даже и не понял, что Давос имеет в виду.

Пожалуй, можно сказать, что в том же глуповатом положении, что и Джон Сноу, оказывается любой зритель «Игры престолов» — едва ли кто-нибудь способен в полной мере осознать и оценить все лингвистические прелести и дотракийского, и валирийского, и общего языка. Но даже того, что поймет каждый из нас, вполне достаточно, чтобы уверенно сказать: «Игра престолов» — это настоящий лингвистический шедевр, который встает в один ряд с достижениями таких признанных изобретателей языков, как Толкин с его эльфийскими (и не только) языками и Марк Окранд с клингонским. Про «Игру престолов» пишут серьезные книги — например, по-русски недавно вышел сборник «Игра престолов. Прочтение смыслов», а на сайте Duolingo более миллиона человек записались на курс высокого валирийского языка.

Будем надеяться, что интерес к этому миру не угаснет.

Александр Пиперски,
канд. филол. наук