Кто стоит за обострением конфликта между Ираном и США

ЕСТЬ ПРОДОЛЖЕНИЕ

Трамп ввел санкции против руководства Ирана. Аятолла Хаменеи «лишен доступа к ключевым финансовым ресурсам».

Президент США Дональд Трамп в последний момент отменил военный удар по Ирану. Последний должен был стать ответом на уничтожение американского разведывательного беспилотника Global Hawk (Вашингтон утверждает, что он пролетал в международном воздушном пространстве над Ормузским проливом, Тегеран — что он пересек воздушное пространство Ирана).

«Мы были в полной готовности для удара возмездия по трем разным целям, когда я спросил, сколько человек погибнет. «150 человек», — ответил генерал. За десять минут до старта я все отменил, жертвы несоразмерны сбитому беспилотнику», — написал Трамп в Twitter. Днем позже Трамп в интервью телеканалу NBC вновь заявил, что не хочет войны с Ираном, поскольку это обернется для Тегерана «разрушениями, которых вы никогда не видели раньше».

Хотя на сей раз ситуация не завершилась военным ударом США по Ирану,

очевидно, что мир балансирует на грани серьезного военного конфликта в ключевом для глобальной нефтедобычи регионе.

При этом сбитый беспилотник (кстати, это не «игрушечный» коптер, а аппарат с размахом крыльев в 40 метров и стоимостью под $200 млн) — лишь последний эпизод в череде довольно странных событий.

13 июня близ Ормузского пролива произошла атака на танкеры (под японским и норвежским флагами), предназначенные для перевозки нефтепродуктов. Это была уже вторая диверсия подобного рода. Первая случилась 12 мая, тогда повреждения получили три танкера.

Интересно, что в обоих эпизодах никакого разлива нефтепродуктов или нефти не произошло, так что очевидна предельная аккуратность исполнителей. В противном случае могла бы произойти настоящая экологическая катастрофа (вспомним хотя бы разлив нефти после аварии танкера Exxon Valdez возле берегов Аляски в 1989-м). Важно и то, что во время второго эпизода был атакован японский танкер как раз во время визита премьер-министра Японии Синдзо Абэ в Тегеран.

Учитывая все странности последних событий и их предысторию, можно склониться к двум основным версиям текущего обострения ситуации в регионе.

Версия первая.

Эта версия означает намеренное провоцирование США и соседей по региону, прежде всего — Саудовской Аравии.

С одной стороны, это может быть ответом Ирана на усиление санкций со стороны США и фактический курс Вашингтона на удушение иранской экономики. Последнее действительно происходит: добыча нефти из-за санкций в Иране упала до 2,3 миллиона баррелей в день (мбд) в мае текущего года против 3,5 мбд в среднем за 2018-й. В стране резко поднялась инфляция, упал и без того невысокий уровень жизни населения.

С другой стороны,

Ирану, точнее, его теократической верхушке, есть что терять. Военный конфликт с США может стать концом для режима.

Иранская теократия, несмотря на популярное мнение о ней как об исключительно фанатичном режиме, прошла значительную эволюцию за 40 лет нахождения у власти. Нынешние элиты заинтересованы в самосохранении, как и любая власть. Они привыкли к роскошной жизни в фешенебельных районах Северного Тегерана, поэтому уже не столь радикальны. Фанатизм во многих элитных группах уже замещен более мирной клептократической ориентацией. «Кошелек у мулл шире живота» — как это отмечается простым народом. Исходя из этого, до последнего времени основная политика Тегерана была проста — пересидеть Трампа в надежде на избрание нового президента в 2020-м.

Но хотя провокации Ирану могут в итоге дорого обойтись, возможность такого «срыва» исключать все же нельзя. Особенно учитывая другие, менее растиражированные в СМИ эпизоды. Так, спонсируемые Ираном мятежные хуситы в Йемене участили нападения на Саудовскую Аравию. 20 июня они нанесли ракетный удар по опреснительной станции, расположенной в саудовской провинции Джизан. До этого ракетному обстрелу подвергся аэродром города Абха. Обострилась ситуация и в Ираке, где Тегеран имеет очень серьезное влияние на представителей шиитской диаспоры. 19 июня был обстрелян ракетами квартал в иракском городе Басра, центре местной нефтедобычи. Причем квартал непростой: в нем находится представительство ExxonMobil и еще несколько нефтяных компаний.

Версия вторая — провокация против Ирана

Обострение прокси-войн Ирана руками хуситов и шиитов в Ираке, а также сбитый американский беспилотник — лишь ответ Тегерана на масштабную антииранскую провокацию с танкерами. Ее первый майский эпизод с минированием танкеров в Фуджейре не убедил большинство глобальных игроков в виновности Тегерана. Пришлось повторить провокацию в июне, но уже с более ясным месседжем: четким указанием именно на иранцев.

Теоретически исполнителем могла бы быть Саудовская Аравия. Цель — спровоцировать военный удар по Ирану.

США или Израиль вряд ли пошли бы на это, так как обострение ситуации в регионе в целом им не нужно.

Не нужно оно и Саудовской Аравии. Но молодой саудовский наследный принц Мухаммед бен Сальман уже успел «отличиться» во внешней политике грубыми действиями, хотя бы убийством журналиста Хашогги. Поэтому исключать такую версию тоже нельзя.

Какая из версий верная — мы пока не знаем, а возможно, и не узнаем никогда. Но важно другое: кто бы ни начал конфликт, он неизбежно порождает ответные действия сторон, которые в итоге могут перестать контролировать ситуацию. Ни одна из сторон не сможет постоянно терять лицо, особенно в положении, когда ресурс «мягких» ответов, как то же решение Трампа об отмене военного удара, будет исчерпан. А далее непреднамеренные следствия цепочки как запланированных, так и случайных событий могут привести к ситуации, когда военные противостояния будут неизбежны. Внутренняя логика может стать доминирующей над изначальными позициями игроков — ситуация, хорошо известная в истории.