«Человек из доброй семьи»: сможет ли «успокоить» Ингушетию новый глава республики

После отставки Юнус-Бека Евкурова президент России Владимир Путин 26 июня назначил временно исполняющего обязанности главы Ингушетии. Махмуд-Али Калиматов — человек из уважаемой в республике семьи, как говорят местные жители. Он сочетает в себе качества «федерала» и «своего человека». Его перспективы на посту зависят от того, сможет ли он предложить противникам Евкурова — оппозиции и духовенству — начать отношения с властью с чистого листа.

Почему именно Калиматов

Калиматов родился в Казахстане — это тоже своеобразный символ, говорит политолог и эксперт по Северному Кавказу Алексей Малашенко. Перед назначением в Ингушетию он руководил управлением Росприроднадзора в Самарской области. Там же он же закончил университет и начал карьеру в прокуратуре. Он успел поработать в Ингушетии: с 2004-го по 2007-й год — прокурором республики. Затем он вновь вернулся в Самарскую область.

«Он родственник — свояк — бывшего президента Мурата Зязикова. Работал в республике, знает проблемы. Семья у них вся с высшим образованием, добрая, хорошая», — говорит исполняющий обязанности главы Совета тейпов ингушского народа Мурад Даскиев. Эта организация активно поддерживала протесты («МБХ медиа» рассказывали о значении этой организации, и почему ей грозит закрытие).

Также он напоминает, что брат Калиматова — Алихан, был оперативным сотрудником ФСБ. В 2007 году его застрелили во время расследования преступлений, связанных с похищением людей. Посмертно ему присвоено звание героя России.

«Для Ингушетии как раз подходит человек, который был бы своим, родным — этническим ингушем, а с другой стороны, был человеком, который накопил опыт политической работы в центре, чтобы руководствовался не только местными интересами, а был еще и федералом, — комментирует Малашенко. — Это человек присланный Путиным, которому он дал достаточно высокую оценку. Он должен разруливать ситуацию, которая очень непростая — я ему не завидую».

«Как было при СССР: руководил республикой первый секретарь обкома партии — представитель этноса, а за ним стоял еще какой-то человек из Москвы. В нем сочетаются эти два качества», — считает Малашенко.

«Уже надоели эти генералы, сапоги и военные. У них извилины только от фуражек. Новый глава должен быть экономистом и бизнесмен — знал как надо заработать», — комментирует Даскиев.

Что будет дальше

Возглавляющий Совет тейпов Мурад Даскиев рассказывает, что после смены главы республики организация продолжит настаивать на своих требованиях: «Новый главы должен отпустить арестованных после митинга 26 марта в Магасе активистов и посадить судей за незаконные решения, число которых достигло 26 человек. Если не сможет, будем требовать, бороться», — говорит он.

Отдельно Даскиев говорит о политических требованиях: проведение выборов в парламент республики по смешанной системе — партийным спискам и одномандатным округам, а также прямые выбора главы. Сейчас его выбирает парламент республики из предложенных президентом трех кандидатур. «Выборы не имеют какого-то значения. Везде кандидатуры назначаются Москвой. Пусть хотят, им все равно объяснят, за кого голосовать», — комментирует Малашенко.

«Он временный человек, он будет делать то, что ему скажут. Это ничего не значит, что Евкурова уволили», — настаивает Даскиев.

В Ингушетии также есть совет тейпов при президенте. С этой структурой Даскиев не видит возможности объединения, потому что считает его не настоящим. «Их никто не выбирал, Евкуров их сам назначил», — говорит он.

Чтобы урегулировать конфликт в республике, Калиматову нужно пойти на встречу оппозиции и духовенству республики, которое даже отлучило Евкурова от мусульманской общины («МБХ медиа» рассказывали об этом конфликте). «Дальнейшие события зависят от того, с чем он выступит — кто ему напишет вступительную речь. Если он продолжит политику Евкурова, которому в последнее время было очень сложно: боролся с оппозицией, имел проблемы с муфтиятом — это одно. Если он придет и скажет, давайте жить с чистого листа — это совсем другое», — считает Малашенко.

Почему ушел Евкуров

Ингушетия получила врио республики после того, как 24 июня в отставку ушел Юнус-Бек Евкуров, при том что, его полномочия как главы республики кончались только в 2023 году. Осенью 2018 года после соглашения между Юнус-Беком Евкуровым и главой Чечни Рамзаном Кадыровым Ингушетия потеряла около 7% своей территории. Несмотря на то, что на этой земле не было населенных пунктов, это решение вызвало серию протестных митингов в Ингушетии.

Конституционный суд Ингушетии признал передел границ незаконным, так как по этому поводу не был проведен референдум. В свою очередь Конституционный России признал незаконным решение ингушского суда, потому что он не имеет права проверять соглашения, вступившие в силу. Евкуров настаивал на том, что это соглашение не меняло границы, а устанавливало. При этом часть депутатов заявила, что голосование в парламенте было сфальсифицировано.

В марте протесты возобновились из-за инициативы Евкурова вычеркнуть из конституции республики положение о необходимости проведения референдума в случае изменения границ и переименования республики. После митинга 26 марта в Магасе протестующие остались на площади на ночь. На утро произошли столкновения с силовиками. Часть силовиков отказалась разгонять митингующих, после чего в отставку был отправлен глава внутренних дел республики. Впоследствии против 30 человек были возбуждены уголовные дела, 26 из них находятся под стражей.

Уходя в отставку, Евкуров говорил о расколе в обществе. В частности, у Евкурова был затяжной конфликт с исламской общиной. «Общество разобщил он, устроил религиозные распри. Одних он сделал своими “лизунами”, а других,которые шли своих дорогой, хотел отстранить. Он хотел подмять и муфтия. Религия была отделена от государства, а он полез туда. Он хотел быть как Кадыров — делать что хочешь. У ингушей никогда не было князей и помещиков, у нас демократическое общество с древних времен, поэтому быть как в Чечне у нас не может», — комментирует Даскиев.

«Евкуров — уникальный человек, который хотел действовать не силами, а компромиссами. Это не получилось. Тот курс, который он пытался проводить —договорной — это позитивно. Но у него были большие проблемы по линии ислама, муфтията, ислама. Наверное, он мог бы быть и пожестче, но это не его стиль. Есть два антипода — есть Кадыров, а есть Евкуров. То, что Евкурова не выкинули из обоймы, а назначили заместителем министра — это признак того, что в Кремле уважают не только силу, но и ум, мягкость, готовность к переговорам — это хорошо.

Он очень осторожно относился к исламскому диссидентству, он очень аккуратно вел переговоры по поводу границ. Видимо, на Кавказе больше уважают силу», — говорит Малашенко.