«Главное — не дойти до эмбарго»

Грузинские виноделы и экспортеры вина — о заявлениях Роспотребнадзора об ухудшении качества

Уже больше недели грузины выходят к зданию парламента в Тбилиси, требуя отставки главы МВД (остальные их требования уже частично удовлетворены). Российские власти на протесты соседей реагируют болезненно: оказалось, что в Грузию теперь не только опасно ездить, но опасно и потреблять ее продукцию. Роспотребнадзор выпустил пресс-релиз о том, что грузинское вино «в динамике показывает ухудшение качества».

«С 2014 по 2018 год количество выявленной алкогольной продукции производства Грузии, не соответствующей обязательным требованиям, увеличилось в 2,9 раза и составило в 2018 году — 203 тысячи литров», — сообщает ведомство. Ведомство называет всего восемь производителей, чью продукцию не пропустили в Россию. Но глава Российской ассоциации сомелье Артур Саркисян заявил BBC, что «Россия является помойкой, в которую можно скинуть все что угодно, в Россию продается то, что в других странах не купят».

Грузинские виноделы и экспортеры вина надеются, что до эмбарго, как после войны 2008 года, дело не дойдет. Но готовы ко всему. После семи лет запрета на ввоз грузинского вина в Россию грузинские виноделы восстановились: сейчас они вторые на российском рынке после итальянцев. С 2013 по апрель 2019 года в Россию было поставлено 213 млн бутылок грузинского вина, не прошли контроль качества 800 тысяч бутылок.

Александр Новиков

Совладелец бара DADI, Тбилиси

— Количество всегда вредит качеству, но нельзя говорить, что качество грузинского вина реально ухудшилось. Вранье, что в Россию отправляют «треш»: вот виноградник 300 гектаров, виноград-то на нем один. Есть лаборатории, которые легко выявят, если частные винодельни будут подмешивать дикие сорта — простейший анализ это покажет. В Россию поставляют дешевое вино, не потому, что это барахло, а потому, что технологии производства налажены.

Мы занимаемся развитием грузинского виноделия, помогаем органическим маленьким винодельням выйти на рынок. Наш бизнес на российских туристах не завязан, их 50% от общего числа посетителей бара. За границу вино продать проще, на российский рынок пробиться невозможно, нужно соблюдать слишком много бюрократических формальностей. Основные покупатели органического вина — Европа, Австралия, Япония, Америка, Канада.

Если вдруг дойдет дело до запрета ввоза, потоки уже произведенного вина, рассчитанного на российский рынок, трудно будет перенаправить в Европу.

Там фермеры встанут с протестами, как сейчас грузины: никто не скажет, что они расисты, просто будут отстаивать свои права. Пострадают транспортные компании в том числе.

В Европу вообще идет вино другого формата: органическое, в рестораны, частные магазины. То, что поставляют в российские супермаркеты, — это не плохое качество, это другой ценовой сегмент. Хотя сейчас грузинское вино успешно зашло на азиатский рынок (в 2017 году Грузия заключила с Китаем соглашение о свободной торговле,по договору 94% грузинской продукции и услуг будет экспортироваться на китайский рынок без таможенных пошлин, с нулевым тарифом, в том числе вино.* — Ред.*).

Наш бар находится в пяти минутах от парламента, где идут протесты, но никаких волнений не наблюдаем. Конечно, после 8 июля (когда прямое авиасообщение между странами будет приостановлено. — Ред.) людей станет меньше. Москва все равно прилетит, но пострадают Новосибирск и Екатеринбург, оттуда каждый день были рейсы в Тбилиси. А в Грузии от этого пострадает средний класс и ниже: взрослое население говорит на русском, английского они не знают, поэтому русский туризм для них — важный заработок. Русские и грузины понимали друг друга всю жизнь, вместе веселились, пили. Иностранец не купит бутылочку домашнего вина у простого крестьянина на улице или на рынке — жалко простых людей, которые пострадают. Вообще грузины каждое лето по какому-нибудь поводу бастуют, а в России только сейчас говорят, что для туристов появилась опасность.

Илья Датунашвили

Менеджер винодельни Schuchmann Wines, Тбилиси

— Мы на весь мир производим одно и то же вино, нет никакой сегрегации. Есть некоторые компании, которые производят вино для массового рынка — 7 лари за бутылку молодого вина, это неплохая цена и неплохое качество. Я не думаю, что грузинские виноделы пострадают, если вдруг запретят ввоз продукции в Россию. Уже проходили через это. В короткой перспективе — будут проблемы, да. Но популярность Грузии и нашей продукции растет в мире. Я учился в 2003 году в Великобритании: там тогда никто не слышал, что это за страна такая. Сейчас по всему миру грузинская кухня становится трендом. Но мы ждем и российских туристов, несмотря на пропаганду: покажите мне хоть один случай, когда русского гостя мы обидели. Думаю, через месяц эмоции спадут, и люди перестанут бояться летать в Грузию.

Георгий Пирадашвили

Основатель винодельни WINIVERIA, Тбилиси

— У вас в России идут разговоры, что мы посылаем вино разного качества в разные страны — это бред. Бывает продукция разных брендов, разного уровня и разной цены. Италия и Франция тоже производит бюджетное вино! Вино вообще существо очень субъективное, ценообразование и понятие вкуса иногда очень субъективны, зависят от человеческого фактора. Пиво и водка тоже бывают очень дорогими и очень дешевыми, отличаются фильтрацией, а еще маркетингом и рекламой. Мы поставляем в Россию два бренда — Winiveria, его хорошо знают в России, и второй эксклюзивный бренд Chateau Mere, в общем количестве — 70–80 тысяч бутылок в год. Потребитель сам выбирает, какое ему купить вино, с кем будет пить, на какой праздник. Но наша продукция соответствует ГОСТу. В России ценообразование сложное: наше вино в Грузии продается по 45 лари за бутылку, у вас значительно дороже, поэтому его можно найти в основном в ресторанах и винных бутиках. Больше всего мы продаем в Грузию — считаем, этот рынок самый стабильный.

Натиа Гачечиладзе

соорганизатор фестиваля молодого вина в Тбилиси

— Во-первых, я хочу отметить, что Россия пытается ослабить экономику Грузии уже много лет, и это решение является еще одним отражением российской политики. Как вы знаете, Россия ввела эмбарго на грузинское вино в 2006 году. Удивительно, но это положительно отразилось на отрасли, наши вина начали выходить на зарубежный рынок. Открылись различные винные компании, стал развиваться семейный малый бизнес. Российское эмбарго открыло новые границы для грузинских виноделов. Сегодня в Грузии около 800 производителей вина, большинство из них не продаёт свое вино в Россию.

Российский рынок считается непривлекательными для виноделов, грузинские виноделы предпочитают диверсифицировать свои продажи. Спрос на грузинское вино растёт в Европе, Японии и Китае. В 2013 году ЮНЕСКО добавила метод виноделия в квеври (большом керамическом сосуде) в свой список нематериального культурного наследия человечества, с тех пор репутация грузинского вина только растёт. Благодаря этому, в мире услышали о грузинском вине. Сегодня грузинские вина представлены в престижных мировых конкурсах, таких как Institut of Master of Wine (2019) и Annual Competition of European Sommelier Awards (2018).

Соответственно, каждый производитель вина в Грузии каждый год очень усердно работает, чтобы контролировать и поддерживать качество своей продукции. Мы понимаем размер российского рынка. Тем не менее, европейские и западные рынки более перспективны и привлекательны для грузинских производителей, благодаря своей стабильности и прибыльности.

Непонятно, почему российская стороны запрещает определенные грузинские вина. Я запрашивала конкретные причины, но не получила ответа. Поскольку решение очень расплывчато и не аргументировано, грузинский народ не сомневается в том, что причина этого — политическая.

Грузинские виноделы не боятся запрета на ввоз вина в Россию. Они видят в этом вызов для начала успешного развития. Это откроет новые двери для них и даст возможность выйти на другие рынки по всему миру.