«Нездоровый интерес к анархистам»: в Нижнем Новгороде троих человек вызвали на допрос из-за трупа, найденного в 2013 году

Троих активистов анархистских и антифашистских движений из Нижнего Новгорода допросили в Следственном комитете (СК) для опознания трупа, найденного в 2013 году. Председатель нижегородского отделения правозащитной организации «Мемориал» Аркадий Галкер связывает это с «нездоровым интересом» силовиков к анархистам, как это было в случае дела «Сети» и Азата Мифтахова. При этом адвокат активистов не видит в этом ничего подозрительного.

Нижегородскому отделению «Мемориала» известно по крайней мере от трех вызванных на допрос активистах. «Пока вызывали только трех человек, не исключено, что про кого-то мы еще не знаем. СК уже допросил двух активистов — Марию Шукалович и Дениса Загладкина. Их вызвали в СК по повестке. Владиславу Барабанову повестки из СК не присылали, но приходили повестки от участкового. Он пока ни с кем не встречался», — рассказал «МБХ медиа» Галкер.

Поводом для вызова на допрос стал труп мужчины, найденный в 2013 году, уточняет Галкер. На одежде трупа был найдено несколько шевронов, в том числе с цветами символики анархистского движения: «шеврон в виде квадрата, разделенного по диагонали на красный и черный цвета», — написано на сайте СК.

«У него были привязаны кирпичи к ногам, но иных признаков насильственной смерти нет», — уточняет адвокат активистов Алексей Ветошкин. «Неизвестно, насколько плотно он был связан с анархистами, личность его не опознана», — говорит Галкер.

«На допросе активистам показали фотографию трупа. Они его не опознали и сказали, что ничего об не знают», — рассказал Ветошкин.

Галкер говорит, что следователи задали много вопросов о структуре анархистского движения: «Мы сразу подозревали, что есть политическая составляющая. Она не явная, но действия Следственного комитета, на наш взгляд, очень подозрительные.

Только один вопрос следователя касался найденного трупа, рассказал «МБХ медиа» Владислав Барабанов: «Мы связываем это с нашей активистской деятельностью и злободневной проблемой преследования людей, чьи взгляды можно охарактеризовать как либертарные левые или анархистские. В 2013 году ни один из вызванных на допрос не вёл какой-либо деятельности, двое на тот момент еще не достигли совершеннолетия, а один только заканчивал учебное заведение. Убитого мы не знали. Вопросы задаваемые следователем не относились к опознанию трупа, помимо одного вопроса, занесенного в протокол допроса, в виде: «Известно ли Вам что-либо о личности мужчины?» Задавалось множество вопросов, которые не фиксировались в протоколе и относились к попытке получить подробную информацию, касаемо анархистского движения. Следователь пытался выяснить организационную принадлежность, перечислял разные анархистские ресурсы, интересовался, имеются ли какие-либо официальные юридические лица, можно ли связаться с какими-либо лидерами движений и есть ли какие-либо контакты в Москве. На эти вопросы ответ не следовал и не отображался в протоколе допроса».

«Мы думаем, что это связано с нездоровым интересом правоохранительных органов к анархистам в последнее время. Это безусловно связано со сложившейся тенденцией в работе силовиков, как это было деле «Сети» и Азата Мифтахова. Они продолжают развивать именно это направление. Мы стараемся как можно шире эту информацию распространить информацию о том, что активистов могут вызвать на допрос, чтобы люди были готовы, шли подготовленными и не наговорили лишнего», — говорит Галкер.

Адвокат допрошенных активистов Ветошкин говорит, что у него нет сомнений в необходимости допроса: «Я связан статусом адвоката, мысли и догадки не могу озвучивать», — комментирует он вопросы следователей.

Галкер рассказал, что делать при вызове на допрос в похожих случаях: «Если вызывают на допрос, и у вас не такого опыта, лучше не ходить на допрос без адвоката. Если у вас нет возможности платить за адвоката, лучше найти правозащитные организации, которые могут вам помочь. Если у вас нет опыта, на допросе на вас наверняка будут оказывать психологическое давление. Не исключено, что вы наговорите много лишнего. И это может быть использовано против вас. Пока вопрос следователя не записан в протокол допроса, это просто беседа. И вы не обязаны отвечать на этот вопрос. Настаивайте, чтобы вопросы были записаны в протокол. Следователи любят пугать свидетелей уголовной ответственностью за отказ от показаний. Такая статья в УК действительно существует, но не применяется, поэтому не стоит её опасаться. Можно ссылаться на то, что вы чего-то не знаете или не помните. Или обосновать отказ таким образом: «Я считаю, что ответ может быть использован против меня. Поэтому воспользуюсь правом, предоставленным 51-й статьей конституции РФ, и не буду отвечать на этот вопрос».

Ранее «МБХ медиа» рассказывали о работе нижегородского центра «Э», который известен применением пыток и фальсификациями уголовных дел.