Павел Каныгин рассказывает, почему через пять лет после катастрофы рейса МН17 Москва не боится итогов официального расследования и может отразить любой удар

Пять лет назад, 17 июля 2014 года, в небе над Донбассом ракетой «земля–воздух» был сбит малайзийский «Боинг» с 298 пассажирами на борту. Все они, включая 80 детей, погибли еще в воздухе от баротравм и очень низких температур вследствие мгновенной разгерметизации. В телах пилотов были обнаружены поражающие элементы — двутавры, — напоминающие по форме галстук-бабочку, которыми начиняется боевая часть ракеты ЗРК «Бук».

ЕСТЬ ПРОДОЛЖЕНИЕ

Из России никто не приехал. Павел Каныгин: как в Нидерландах отметили пятую годовщину гибели рейса MH17

Факты. Вместо транспортника Ан-26 сбит гражданский лайнер

Ракета была выпущена по гражданскому самолету из поселка Первомайское (окрестности города Снежное). Зенитный комплекс «Бук», как позже установили международные следователи (JIT), был доставлен в зону конфликта с территории России и передан представителям «ДНР». Внешние особенности ЗРК «Бук», стрелявшего по МН17 из Первомайского, идентичны зенитному комплексу 332 из курской 53-й бригады ПВО РФ; как выяснила «Новая», представители этого войскового соединения в июле 2014 года находились на российско-украинской границе для «несения боевого дежурства».

Каким образом оружие российской армии оказалось на территории соседнего государства, кто санкционировал его передачу, еще предстоит выяснить. Но так или иначе, именно в тот период силы сепаратистов в Донбассе испытывали острую необходимость в средствах ПВО. Украинская авиация активно перебрасывала войска в тыл сепаратистов, угрожая отрезать их от российской границы и, соответственно, перекрыть все виды помощи, которая шла в «ДНР» и «ЛНР» из Ростовской области.

Устранение воздушной угрозы стало вопросом выживания для сепаратистов, которые обычными переносными зенитными комплексами не могли дотянуться до судов, летающих на большой высоте.

Об этом в начале лета 2014 года говорил, в частности, «глава Минобороны» «ДНР» Игорь Стрелков-Гиркин, обращаясь за помощью к главе аннексированного Крыма Сергею Аксенову.

«Если в ближайшее время не будет масштабной помощи, то нас задавят, — говорит ему Стрелков-Гиркин. — Если не будет решен вопрос с российской помощью, с воздушным прикрытием хотя бы, с поддержкой артиллерии, то не удержать нам юго-восток. Нужна противотанковая артиллерия, нужны танки, нужны нормальные ПВО. ПЗР мы уже не можем обойтись, и все это нужно со специалистами, уже готовыми. Времени готовить [самим] их у нас уже не будет…»

«Понимаю, Игорь, — говорит Аксенов. — Там [в России] готовят документы…»

Ситуация меняется к середине июля, призывы «главы Минобороны» Стрелкова-Гиркина, вероятно, услышаны.

14 июля 2014 года сепаратистам удается сбить военно-транспортный Ан-26 ВВС Украины; борт летит на высоте более 6000 метров, которая доступна лишь для дальнобойных ПВО вроде «Бука».

Утром 17 июля 2014 года представители «ДНР» получают информацию о вылете очередного транспортника Ан-26. ПВО «ДНР» атакуют летящий объект из окрестностей Снежного, о чем почти сразу сообщают официальные российские СМИ. Стрелков-Гиркин пишет о «продолжающемся птичкопаде». В перехваченных телефонных разговорах между «ополченцами» речь также идет о подбитом Ан-26.

Лишь прибыв на место падения самолета, сепаратисты понимают, что сбит гражданский лайнер.

Фейки. Сбили не «ополченцы», а украинский самолет

С первого же дня после трагедии российские власти заявляют о непричастности сил «ДНР» и «ЛНР» к атаке на пассажирский «Боинг», не говоря уже о собственной роли. В этой связи отказ от ответственности стал одной из причин для ввода секторальных санкций ЕС в отношении России. И пожалуй, именно отказ от ответственности — единственный неизменный момент в развесистой, на первый взгляд запутанной и постоянно меняющейся линии Москвы по делу о гибели МН17.

Свою линию Москва выстраивала с помощью не только официальных спикеров, но и подконтрольных СМИ, через которые шли вбросы альтернативных версий крушения. Провластные медиа в первый год после трагедии МН17 были основным источником версификаторства и дезинформации.

Пропаганда муссировала сразу несколько фейков, самым известным из которых стала легенда про украинский военный самолет, атаковавший «Боинг».

Для поддержки этой версии провластные СМИ всякий раз использовали данные, которые оказывались целиком сфальсифицированными либо неполными.

Источником главного фейка в первые месяцы после крушения оказалось Минобороны России. На пресс-конференции 21 июля 2014 года военные заявили, что в момент катастрофы рядом с MH17 находился украинский самолет, что якобы подтверждали данные с российских радаров (через два года военные опровергнут свой вывод, представив другие данные). Таким образом появляется история Су-25 под управлением капитана Волошина. О капитане Волошине написала «Комсомольская правда» со ссылкой на анонимного механика из Днепропетровска. Вернувшись с пустым боекомплектом, расстроенный капитан Волошин якобы сказал своему механику: «Самолет не тот». Позже СК РФ заявил о том, что проверил информацию и доверяет показаниям анонимного свидетеля. Однако конструктор Су-25 Владимир Бабак объяснил, что штурмовик не имеет вооружения, с помощью которого можно было бы сбить крупный лайнер, а предельная высота его полета 7 км, в то время как МН17 шел на высоте 10 км.

Продлил жизнь фейку о Су-25 твит «испанского диспетчера», который якобы работал в киевском аэропорту Борисполь: пользователь под ником spainbuca написал, что за несколько минут до трагедии видел на радаре рядом с МН17 два украинских военных самолета. Позже выяснилось, что под видом «испанского диспетчера» посты в твиттере размещает разыскиваемый по подозрению в подлоге Хосе Карлос Барриос Санчес, не имеющий никакого отношения к авиации; лжедиспетчер сообщил, что посты в соцсетях писал за деньги, которые ему платил телеканал Russia Today.

Наконец, свой вклад в распространение дезинформации внес автор «Первого канала» и нынешний пресс-секретарь «Роснефти» Михаил Леонтьев. В конце 2014 года Леонтьев предъявил в эфире черно-белый якобы спутниковый снимок, на котором запечатлено движение ракеты, выпущенной по «Боингу» украинским военным самолетом.

На этот раз, благодаря низкому качеству подделки, фальсификацию смогли раскрыть даже пользователи твиттера и «Живого журнала».

Пока пропаганда сочиняла новые путающие версии (например, о том, что вместо «Боинга» целью украинских ВВС был борт № 1 с Путиным), официальное расследование в Нидерландах собирало улики и свидетельские показания. В октябре 2015 года Совет по безопасности Нидерландов объявил, что ракета ЗРК «Бук», выпущенная по самолету из окрестностей Снежного, была единственной причиной крушения МН17. Тогда же стало известно, что Совет обращался за помощью к российской стороне, и в частности, производителю «Бука» — госкорпорации «Алмаз-Антей».

При координации Нидерландов началось и международное криминальное расследование, которое должно было ответить на вопросы о том, как Бук оказался у сепаратистов, кто был в экипаже и, наконец, кто отдавал приказы о перемещении установки и открытии огня.

Фейки. Сбил «Бук», но украинский

Над собственной «официальной версией» в России стали работать, поняв, куда идет расследование голландцев.

Стало очевидно: фейки, транслируемые даже по федеральным каналам, больше не могут соревноваться с предъявленным фактическим материалом и расчетами.

«Российскую версию» к лету 2015-го целиком и полностью выстроил госконцерн «Алмаз-Антей». Она заключалась в том, что малайзийский «Боинг-777» действительно был атакован «Буком», но не российским, а украинским — из села Зарощенское, якобы контролируемого ВСУ.

Но выводы «Алмаз-Антея» шли в противоречие с реальным положением вещей в Зарощенском. В своем расследовании от 8 июня 2015 года «Новая газета» предъявила записи свидетельств жителей Зарощенского, которые заявили, что 17 июля и ранее в селе и его окрестностях не было украинских военных, а на полях вокруг него отсутствовали следы передвижения техники — от колес или гусениц ЗРК. Более того, в Зарощенском находился блокпост «ДНР». Заключения «Алмаз-Антея» были позже опровергнуты и независимыми экспертами Bellingcat.

Тем не менее в подтверждение своих слов инженеры госконцерна провели «натурный эксперимент», в ходе которого дважды взорвали на полигоне в Нижнем Новгороде ракету комплекса «Бук»: в первом случае — моделируя выстрел по «Боингу» со стороны Зарощенского с использованием бутафории, во втором — со стороны Снежного, в этом случае ракета атаковала на земле корпус списанного самолета Ил-86.

Также инженеры представили расчеты суперкомпьютера, который подтвердил версию российского госконцерна о точке запуска ракеты из Зарощенского, высчитав ее «из всех возможных 14 миллионов вариантов». Один из главных доводов «Алмаз-Антея», настаивающего на запуске «Бука» из Зарощенского, является картина разлета поражающих элементов ракеты на корпусе самолетов. Госконцерн заявляет, что при взрыве ракеты осколки разлетаются строго перпендикулярно направлению ее полета, «разрезая» объект атаки словно скальпелем. Это означает, что в случае запуска ракеты из Снежного (она двигалась навстречу МН17) осколки должны были «прошить» кабину пилотов поперек, однако они, по мнению «Алмаз-Антея», «прошили» кабину «Боинга-777» исключительно «вдоль».

В то же время при запуске ракеты из Зарощенского, согласно выводам инженеров и натурного эксперимента, разлет поражающих элементов выглядит именно так, как на корпусе малайзийского «Боинга-777».

Однако в достоверности натурного эксперимента «Алмаз-Антея» усомнились как голландцы, так и российские эксперты, указав на грубейшие ошибки и чрезмерные допущения в ходе его проведения. Например, одна из главных ошибок, как рассказал «Новой» авиаэксперт Вадим Лукашевеч, состоит в том, что

госконцерн при моделировании условий выстрела из Зарощенского использовал по неизвестным причинам технические характеристики «Боинга-767» (диаметр его фюзеляжа — 5 м вместо 6,2, как у «Боинга-777»).

Одновременно были неверно рассчитаны направление ветра (по данным А.А., ветер дул с северо-востока, хотя на самом деле — с юго-запада), азимут подлета ракеты, перепутан с истинным магнитный курс. В целом не приняты во внимание условия полета на высоте 10 000 метров двух объектов, движущихся навстречу друг другу с высокой скоростью. Но что самое примечательное — в расчетах и экспериментах госконцерна направление движения МН17 оказалось отклонено вправо на 8,26 градуса в горизонтальной плоскости, что автоматически сместило искомый район пуска ракеты на запад — в сторону Зарощенского.

Также, по словам Лукашевича, ошибочным в целях установления истины оказалось решение использовать для второго взрыва корпус Ил-86: от «Боинга-777» его отличает обвод носа, что имеет критическое значение. Наконец, Лукашевич замечает, что поражающие элементы ракеты «прошили» кабину пилотов действительно «поперек» (то есть перпендикулярно движению ракеты), об этом свидетельствуют продемонстрированные голландцами элементы — верхняя панель обшивки кабины пилотов, кресло второго пилота, концевая часть правого крыла. «Алмаз-Антей» эти детали в своем исследовании проигнорировал. (Подробнее об этом Лукашевич написал в своем материале для голландского издания NRC Handelsblad и журнала Forbes.) Таким образом, получается, что госконцерн опять-таки то ли сознательно, то ли по ошибке выдвинул в качестве обоснования неправоты голландцев тезис, который не соответствует действительности.

Надо отметить, что труды работников «Алмаз-Антея» в последние годы почти не упоминаются ни пропагандой, ни чиновниками. Что неудивительно: столь сложная работа с вычислениями и дорогостоящими экспериментами закончилась полным развенчанием.

Однако версия об «украинском «Буке» продолжает жить, но подкрепляют ее новые вбросы, менее дорогие в производстве, но при этом сложно верифицируемые.

Например, вот еще один момент, который используется для обоснования версии с украинским «Буком», — «новые данные» с радара «Утес-Т» в Ростове. Об их существовании в Минобороны РФ сообщили на специальной презентации лишь осенью 2016 года;

исходя из «новых данных», рядом с МН17 не было боевых самолетов, хотя ранее военные утверждали обратное.

Вместе с тем радар не зафиксировал и вылет ракеты из окрестностей Снежного. Но могли ли «новые данные с радаров» видеть вылет ракеты из Зарощенского? «Нет», — заявил генерал-майор ВКС Андрей Кобан:

«Технические возможности российских средств объективного контроля не позволяют сделать вывод о том, был ли произведен пуск ракеты с территорий, находящихся южнее или западнее точки катастрофы».

Вышла удивительная ситуация — взявшиеся вдруг из ниоткуда данные с радара могли фиксировать лишь выгодное российской стороне положение вещей — то, которое не дает полной картины события, а лишь опровергает доказанный международным следствием факт.

Несмотря на то что военные не моргнув опровергли свои же выводы от июля 2014 года и полностью лишили компетентную публику иллюзий о доверии к себе, главная цель была все же достигнута. «Новые данные» позволили Москве снова ставить под сомнение в публичном пространстве выводы международного следствия JIT. Повторяющиеся вопросы о радарах, словно списанные с одного темника, сотрудники провластных СМИ с той поры действительно задают на каждом публичном мероприятии, посвященном МН17. А когда на них не отвечают, уже официальные спикеры в Москве говорят о нежелании сотрудничать, двойных стандартах, попытке Запада свалить всю вину на Россию и, наконец, русофобии.

В этом контексте стоит взглянуть еще на одну — пока последнюю — порцию «новых сведений» от официальной российской стороны, она поступила в сентябре 2018 года. На очередной презентации в Минобороны РФ показали документы, указывающие на украинское происхождение ракеты от установки «Бук» — согласно бумагам Минобороны, еще в конце 80-х годов ракета с серийным номером двигателя 9032 была поставлена в воинскую часть в украинский Тернополь.

Напомним, что в мае 2018 года голландцы продемонстрировали оболочку ракетного двигателя с серийным номером 9032, заявив, что она, возможно, является важной уликой.

(Надо отметить, что ракета ЗРК «Бук» не сталкивается с объектом атаки, а взрывается в непосредственной близости от него, выбрасывая поражающие элементы перпендикулярно своей оси. При этом корпус ракеты, ее крылья, двигатель и так далее становятся вторичными поражающими элементами.)

По информации «Новой», двигатель оказался в распоряжении JIT благодаря посредничеству неизвестных лиц из «ДНР», попросивших за находку гонорар.

Источник «Новой» называл сумму в несколько десятков тысяч долларов.

ОБНОВЛЕНО

При этом редакции неизвестно, была ли выполнена эта просьба.

Так или иначе, подлинность этого вещдока и истинные мотивы «посредников» являются на сегодня единственным непроясненным вопросом в деле МН17. По словам главы JIT Фреда Вестербеке, международные эксперты до сих пор изучают данные о ракете.

Молчание офицеров

Вбросы путающих сведений и дискредитация международного следствия — все это стало фирменным стилем российских властей во всем, что касается трагедии МН17. На каждое новое свидетельство JIT Москва предъявляет свое — подтвержденное бумагами, заявлениями официальных лиц и «объективными данными».

В ответ на последовательно выстраиваемую по всем канонам криминалистики доказательную базу власти России отвечают последовательным троллингом в медиапространстве.

Пример с «новыми данными» с радара показал, что Москву не тревожат вопросы достоверности и репутации. Главное — выиграть время, сделать тактический удар на опережение, сбивающий с толку. А дальше — война план покажет.

При этом огромный массив действительно достоверной информации находится именно в России, здесь же — и сотни живых свидетелей. Все они пока, будто подчиняясь неизвестному приказу, отказываются говорить на тему малайзийского «Боинга». Среди них есть непубличные генералы ГРУ, есть просто рядовые, кто-то на службе, кто-то в запасе, много гражданских. Но даже медийные фигуры вроде Гиркина, Бородая, Дубинского и Погодина, комментируя любые новости на свете, избегают вопросов на тему МН17. Или даже пытаются удалить из интернета то, что уже сказано. Очевидно, что их молчание власть конвертирует в иммунитет от любых посягательств извне.

Но что будут делать эти люди, когда изменения неизбежно придут во власть?