Кто боится Чечилии Бартоли

Конфликт в Ла Скала. Железная леди оперной сцены решила проверить на прочность один из ведущих театров мира

Певица отказалась от участия в постановке оперы «Юлий Цезарь в Египте», запланированной на октябрь, в знак солидарности с нынешним директором миланского театра Александром Перейрой. С ним в Милане не продлили контракт. Кто выиграет, а кто проиграет из-за этого скандала?

Первыми жертвами конфликта звезды мировой оперной сцены Чечилии Бартоли и прославленного театра Ла Скала стали рекламщики. Итальянка, объявив в соцсетях о своем выходе из спектакля «Юлий Цезарь в Египте», тут же распорядилась убрать ее имя из всех информационных материалов, связанных с этим проектом на музыку Генделя. А пиар-кампания стоила немалых денег.

Но это мелочи по сравнению с теми финансовыми и репутационными рисками, которые может понести сама Ла Скала. Ведь новая работа Роберта Карсена с самого начала задумывалась в расчете на Бартоли, хотя не стоит умалять достоинств двух ее звездных партнеров по спектаклю — котратеноров Филиппа Жарусски и Кристофа Дюмо. Кроме того, под эту троицу планировалось поставить в Милане три генделевские оперы — по одной на каждый будущий сезон.

Пока не понятно, сохранит ли отношения с этим масштабным барочным проектом Бартоли и сменит ли в будущем гнев на милость. Впрочем, директора Ла Скалы Александра Перейры с февраля следующего года уже не будет. Он покидает свой пост.

Покидает неохотно: Перейра ни раз заявлял, что хотел бы работать и дальше, но Административный совет театра отказал ему.

Бартоли же заявила, что готова работать с австрийцем и в другом месте. Но в каком? Вопрос о дальнейшем трудоустройстве одного из самых влиятельных оперных менеджеров Европы остается открытым. Может быть, Бартоли, срывая премьеру в Ла Скала, набивает цену не себе, — она и так самая высокооплачиваемая певица в современном оперном бизнесе, — а Перейре?

Дьявольское обаяние и гипнотизирующая манера пения в мужских ролях и котратеноровых партиях, — как она это делает, не понимает никто, — не лишают Бартоли ее второго, не менее важного таланта, — она умная певица. Все, что она делает на протяжении всей своей блистательной карьеры, просчитано четко.

Она роется в библиотеках, отыскивает неизвестные оперы Генделя и являет их миру в своей несравненной интерпретации.

Именно эти редкие для оперных примадонн качества в 2012 году подметил бывший интендант Зальцбургского фестиваля Александр Перейра, назначив Бартоли на роль худрука Троицына фестиваля. Кстати, тогда первым спектаклем в этом проекте для артистки стала роль как раз в опере «Юлий Цезарь в Египте». Под имя Бартоли для фестиваля, который до этого даже собирались закрыть из-за отсутствия денег, сразу же нашелся спонсор в лице фирмы Rolex.

В начале нынешнего лета стало известно, что контракт Бартоли с Троицыным фестивалем продлевают: она будет осуществлять художественное руководство и определять программу смотра до 2026 года. Так в общей дирекции Зальцбургских музыкальных смотров оценили менеджерские таланты итальянки, ее склонность к программированию и умение объединять музыкантов.

Поэтому в нынешнем демарше носительницы уникального колоратурного меццо-сопрано Бартоли не просматриваются импульсивность и истеричность, свойственные многим ее коллегам по цеху, а виден трезвый расчет, направленный на поддержку будущей карьеры Перейры.

Кто может назвать будущее место его работы? Может быть, это будет театр в России, куда так любит, по ее собственному призванию, приезжать с концертами Бартоли. Ведь все крупные и богатые европейские театры уже при креативных директорах — в Ла Скала вместо Перейры приходит Домик Мейер, Венская опера выбрала Богдана Рошчича, а в шорт-листе Парижской оперы, мучительно ищущей замену Стефану Лисснеру, Перейры нет. А почему бы не рискнуть сделать фантастический прогноз и отправить австрийца в Пермь вместо недавно ушедшего из местной оперы Теодора Курентзиса? Или же создать новый оперный проект под Перейру в нашей стране? Отечественная публика только выиграет от этого.