«Эшники давно его вычислили»

Активиста Константина Котова арестовали по «дадинской статье»

В среду Пресненский районный суд Москвы отправил в СИЗО 34-летнего Константина Котова — программиста, который стал обвиняемым по уголовному делу о неоднократных нарушениях порядка организации или проведения митинга. Обвинение по этой редкой статье (212.1 УК РФ) задержанному после митинга 10 августа Котову предъявили накануне. Статья получила название «дадинской» — по фамилии пока единственного осужденного по ней гражданского активиста Ильдара Дадина. В 2015 году его приговорили к трем годам лишения свободы. В феврале 2017 года, после решения Конституционного суда, приговор Дадину был отменен Верховным судом за отсутствием состава преступления, и Ильдар вышел на свободу.

…В коридоре Пресненского суда — столпотворение и духота. Ощущение, что воздух не двигался. Кто-то махал Конституцией вместо веера…

Поручительства за Котова подписали более 50 человек, лично поддержать его пришли писатели Людмила Улицкая и Виктор Шендерович, поэт Игорь Иртеньев, режиссер Олег Дорман, лидер партии «Яблоко» Григорий Явлинский и многочисленные «коллеги» по митингам и акциям.

«Давай в стихах», — советовала Иртеньеву фотожурналист и подруга Котова Виктория Ивлева.

Иртеньев прямо в коридоре писал свое поручительство.

Среди других поручителей — несколько муниципальных депутатов Москвы, мама фигурантки дела «Нового величия» Анны Павликовой и совершенно обычные люди.

Заседание по мере пресечения должно было начаться в 10.00, но автозак с обвиняемым подъехал к зданию суда только в начале второго.

«Он очень эффективный менеджер», — в ожидании делился с «Новой» правозащитник Лев Пономарев, с которым задержанный программист организовывал акции и пикеты. — Чего не хватает протестному движению — это менеджмента. А у Кости самые лучшие качества менеджера: собранный, эффективно работает в интернете, коммуникабелен и одновременно, что очень важно, он не претендует на роль лидера. Он как бы себе сказал: я буду все организовывать, но не буду стремиться в лидеры. Он просто обучал людей, как вести себя на акциях и в одиночных пикетах. Фээсбэшники и эшники давно его вычислили, поэтому у него накопилось огромное количество административных задержаний. Я ему говорил: «Сиди за компьютером, выводи людей на место, но не ходи на акции сам — там тебя могут забрать. Но я его не удержал».

В 13.30 судебные приставы попросили всех зайти за скамейки, символизирующие ограждение, чтобы провести подсудимого из конвойного помещения — словно под конвоем особо опасный преступник.

«Эх, заказать бы Сорокину другой сценарий современной России, а то все, что он пишет, сбывается», — звучало в толпе.

Колонна из судебных приставов прислушивалась и недовольно поглядывала на группу поддержки.

В третьем часу всех запустили в зал. Доводы следователя были типичными: представитель СК настаивал на том, что подсудимый, «находясь на свободе, может продолжить заниматься преступной деятельностью», поэтому его надо заключить под стражу. Прокурор следователя поддержал.

— Он никогда не занимался никакой преступной деятельностью, и «продолжения» поэтому никакого быть не может, — заявила адвокат Котова Мария Эйсмонт. Она перечислила имена всех поручителей и вручила толстую стопку документов судье Елене Абрамовой. Та равнодушно взяла папку в руки.

Эйсмонт просила отпустить Котова под залог: «Такое количество поручительств свидетельствует, что он заслуживает того, чтобы ему дали свободу, при этом он не будет препятствовать расследованию дела».

Константин Котов стоял в стеклянном «аквариуме» со скрещенными руками и, когда ему дали слово, спокойно заявил:

— Я считаю, что это совершенный нонсенс. Меня преследуют за то, что я реализовывал свое конституционное право — выходить на митинги. Я мирно выходил на акции в своем родном городе, чтобы просто выразить свою позицию и отношение к происходящему… Считаю, что дело против меня политически мотивировано.

Судья Абрамова решила, что программист Котов все же опасен для общества и отправила его за решетку до 15 октября. При этом судью не смутило, что показания трех свидетелей обвинения — полицейских — повторяли друг друга слова в слово.

Котову, которого выводили из зала в наручниках, люди аплодировали.

ОБНОВЛЕНО

Следствие по делу Константина Котова завершили за два дня!

«Только что следователь сообщила, что мы с Константином Котовым уведомляемся об окончании следственных действий и приступаем к ознакомлению с делом. Нет, я не выпила, и следователи тоже трезвые», – написала адвокат. Подробнее