«Это нельзя называть выборами»

Профсоюз «Учитель» призвал педагогов не участвовать в работе избирательных комиссий

Совет профсоюза «Учитель» обратился к педагогам с призывом не участвовать в работе избирательных комиссий на сентябрьских выборах в Мосгордуму. Профсоюз потребовал прекращения уголовных дел о «массовых беспорядках 27 июля» и возмутился «бойней» при разгоне митингов и недопуском оппозиционных кандидатов на выборы.

«Выборы в Московскую городскую думу в этих условиях становятся заведомо неправовыми, и шансов увидеть в городском законодательном органе тех депутатов, которым мы могли бы доверять, практически нет, — говорится в заявлении. — Мы учителя, на нас смотрят наши ученики. Мы учим их быть гражданами. Нам стыдно поддерживать своим участием торжествующее беззаконие. В сложившейся ситуации члены профсоюза «Учитель» не считают для себя возможным участие в предстоящих выборах в Мосгордуму. Мы призываем всех педагогов — членов избирательных комиссий — подумать о том, как они будут объяснять детям свое участие в имитации выборов».

Сопредседатель профсоюза Всеволод Луховицкий рассказал о мотивах учителей, работающих в избиркомах, и важности голосования в России.

Всеволод Луховицкий

сопредседатель профсоюза «Учитель»

— Сколько учителей готовы поддержать вашу позицию?

— Заявление это – от тринадцати человек, а сколько его поддержат – я знать не могу. В таких ситуациях учителя, которые отказываются работать на участках, обычно не заявляют о своей позиции. Мы и не надеемся, что наше заявление изменит прямо всю ситуацию.

— Правда, что если не заставят учителей, то найдут других бюджетников?

— Может, и найдут. Я слышал, что работников соцобеспечения специально собирали и проводили какие—то совещания от Единой России. Что—то про «плохую оппозицию». Мы говорим только от лица учителей. И конечно, мы – маленькая капля.

— Вы требуете прекратить уголовные дела о «массовых беспорядках 27 июля». Члены вашего профсоюза в тот день выходили на улицы?

— Мне известно, что некоторые члены нашего профсоюза участвовали в митингах. Мы не считаем это протестами или, тем более, массовыми беспорядками. Из наших учителей задержанных нет, иначе они давно бы заявили о себе.

— Голосование в России имеет смысл?

— Так ставить вопрос нельзя. Голосование голосованию рознь. Например, за муниципальных депутатов в Москве, мне кажется, голосование получилось разумным, там прошли хорошие кандидаты. Само по себе явление не может считаться плохим или хорошим – все зависит от расстановки сил. Нельзя сказать, что по всей Москве вообще теперь голосовать нельзя. Мы оцениваем только эти выборы.

— Сколько платят за работу на участке?

— Речь идет о 4—5 тысячах рублей. Для учителя, даже московского, как ни странно, это сумма. Я слышал, как учителя говорят: «А что такого, я лишние деньги заработаю».

— В вашем заявлении сказано, что вам стыдно заниматься фальсификациями. А почему вы не используете слово «преступление»?

— Понятие «преступление» определяет суд. Не было решения суда – нет преступления, это с одной стороны. С другой стороны, больше фальсификации и не потребуются. Зачем, если независимые кандидаты и так не допущены? Это нельзя называть выборами. И активно поддерживать их, работая в избирательных комиссиях, — не преступление, а несоответствие моему представлению о гражданине. А учитель ведь должен быть гражданином.