СПЧ рассказал об иркутских лесах: горящая пять лет свалка, коммерческие вырубки под видом санитарных и недофинансирование

В Иркутской области не обеспечивается приемлемый уровень охраны лесов ни от пожаров, ни от других проблем, утверждают в Совете по правам человека при президенте России. В качестве основной причины такого положения дел эксперты называют ошибки, допущенные при реформировании лесного законодательства. В обнародованном по итогам поездки в регион отчете рассказывается о катастрофических пожарах, которые скрывались, недофинансировании работ по тушению почти на 85%, неприемлемо низких зарплатах в отрасли, коммерческих вырубках под видом санитарных.

Совет по правам человека при президенте России подвел итоги выездного заседания, которое прошло в Иркутской области еще в феврале. В рамках выездного заседания члены совета провели прием граждан в Братске и Иркутске, встретились с представителями правозащитных и экологических общественных организаций, Общественной палаты Иркутской области, посетили детские, медицинские и социальные учреждения в Ангарске, Братске и Иркутске, исправительные колонии, следственные изоляторы и изолятор временного содержания. По итогам были приняты рекомендации Госдуме, правительству, Генпрокуратуре, правительству Иркутской области. Публикуем часть отчета организации, которая касается охраны лесов.

Проблемы охраны лесов от пожаров и лесонарушений

Ситуацию с охраной лесов от пожаров и лесонарушений в Иркутской области нельзя назвать благополучной. По данным Минприроды России и Рослесхоза, более 2/3 всех объемов и случаев незаконных рубок в России приходится на этот регион. По данным информационной системы дистанционного мониторинга лесных пожаров ИСДМ-Рослесхоз (формы 4-ИСДМ), за период 2016—2018 гг. на Иркутскую область пришлось 9,4% от общей площади, пройденной лесными пожарами в Российской Федерации. По данным международной организации Global Forest Watch, основанным на данных дистанционного мониторинга Земли, за 12 лет после вступления в силу Лесного кодекса РФ и передачи лесных полномочий субъектам РФ потеря древостоя в Иркутской области произошла на площади около 6 млн. га — в среднем, вчетверо больше лесов, чем в результате сплошных рубок.

Эти данные однозначно свидетельствуют о том, что в Иркутской области не обеспечивается приемлемый уровень охраны лесов ни от нарушений лесного законодательства, ни от пожаров и других бедствий. Основной причиной этого являются ошибки, допущенные при реформировании федерального лесного законодательства в 2004—2006 гг., и при последующей организации передачи регионам федеральных лесных полномочий. Лесные полномочия были переданы Иркутской области с 1 января 2007 г., полномочия по тушению лесных пожаров — с 1 января 2005 г., без достаточного финансирования и без реальной правовой возможности формирования эффективной системы государственного управления лесами за счет доходов от их использования.

на выполнение полномочий по тушению лесных пожаров, переданных на уровень региона, из федерального бюджета при необходимой сумме в 1 млрд. 529 млн руб. выделено всего 15,5% средств

В частности, по данным Министерства лесного комплекса Иркутской области, «на выполнение полномочий по тушению лесных пожаров, переданных на уровень региона, из федерального бюджета при необходимой сумме в 1 млрд. 529 млн руб. выделено всего 15,5% средств». Таким образом, для одного только полноценного тушения лесных пожаров, по данным регионального министерства, не хватает примерно 1,3 млрд руб. бюджетного финансирования. По оценкам экспертов для обеспечения минимально приемлемого уровня финансирования переданных Иркутской области лесных полномочий, годовой размер лесных субвенций этому субъекту РФ должен быть увеличен примерно на 1,5 млрд руб., до 2,65 млрд руб. При сохранении существующего уровня финансирования переданных Иркутской области лесных полномочий, в частности — по борьбе с лесными пожарами, неизбежно дальнейшее ухудшение ситуации, отток оставшихся профессиональных кадров из лесного хозяйства, рост потерь лесов от пожаров, вредителей, болезней и воровства, и новые пожарные катастрофы.

Следует отметить, что в этом отношении Иркутская область не уникальна — примерно такой же уровень недофинансирования переданных субъектам РФ лесных полномочий наблюдается и в остальных регионах таежной зоны, в особенности в Сибирском и Дальневосточном федеральных округах.

Недофинансирование переданных Иркутской области лесных полномочий является одним из важнейших мотивов к совершению должностными лицами различных правонарушений с целью получить дополнительные средства для сохранения кадров или для элементарного выживания. По словам специалистов лесного хозяйства, с которыми встречались члены Совета и эксперты Постоянной комиссии по экологическим правам, обычная заработная плата впервые принятого на работу инспектора лесной охраны в Иркутской области составляет около 18 тыс. руб. в месяц — такого уровня оплаты труда очевидно не хватит для обеспечения минимально достойного уровня жизни без необходимости поиска дополнительных средств к существованию. По данным Иркутскстата, средняя заработная плата в январе 2019 г. по области составила 41 803,4 руб. в месяц.

Недофинансирование является одним из важнейших мотивов к совершению должностными лицами правонарушений с целью получить средства для сохранения кадров или для элементарного выживания

Проблемы, связанные с недофинансированием, усугубляются неадекватными решениями и действиями областного уровня. В частности, в Иркутской области сложилась практика массового искажения и сокрытия сведений о лесных пожарах, ведущая к несвоевременному и недостаточному принятию мер по их тушению на ранних стадиях, и в конечном итоге — к развитию крупномасштабных лесопожарных катастроф. Эта практика наиболее характерна для северных районов области (в том числе т.н. «зон контроля лесных пожаров», где по действующему законодательству допускается отказ от их тушения), но распространена и в других частях региона.

Так, 1 сентября 2016 г. в официальной сводке ФБУ «Авиалесоохрана», основывающейся на данных региональных диспетчерских служб, было отмечено, что в Иркутской области имеется 1 пожар на землях лесного фонда на площади 5 га (при этом согласно форме 4-ИСДМ за эту же дату в Иркутской области имелось 7 лесных пожаров площадью 44 021 га). 9 сентября 2016 г. в сводке Авиалесоохраны по-прежнему числился один пожар, в 4-ИСДМ —

38 пожаров. 20 сентября 2016 г. количество лесных пожаров по Иркутской области в сводке Авиалесоохраны достигло максимума: 24 на землях лесного фонда и 4 на землях ООПТ, общей площадью 1 020 га (согласно 4-ИСДМ, в этот день в Иркутской области имелось 183 лесных пожара общей площадью 472 341 га). Наконец, 4 октября 2016 г. действовавшие в Иркутской области лесные пожары из официальных сводок Авиалесоохраны исчезли: по официальным данным, пожары в этом регионе прекратились, а согласно форме 4-ИСДМ, напротив, достигли своего максимума: в регионе имелся 231 лесной пожар общей площадью 646 210 га.

Таким образом, одна из крупнейших лесопожарных катастроф последних лет в Байкальском регионе органами управления лесами Иркутской области была практически не была отражена в официальном учете. Соответственно, не принимались и должные меры по тушению этих пожаров, поскольку невозможно направлять сколько-нибудь существенные силы и средства на борьбу с официально не существующими крупными лесными пожарами. При этом из-за чрезвычайно сильного задымления были отменены занятия в школах Братска, Усть-Илимска и некоторых районов области, на время прекращалась поставка нефти в трубопровод ВСТО, дым приводил к серьезным проблемам в работе автомобильного и водного транспорта, создавал значительные угрозы жизни и здоровью людей.

одна из крупнейших лесопожарных катастроф последних лет в Байкальском регионе органами управления лесами Иркутской области была практически не была отражена в официальном учете

Примерно по такому же сценарию в Иркутской области развивались весенне-летняя лесопожарная катастрофа 2016 года, и летняя лесопожарная катастрофа 2017 года.

Особо необходимо отметить крупный пожар, действующий на одной из крупнейших в мире свалок древесных отходов, расположенной в квартале 214 Осетровской дачи Осетровского участкового лесничества вблизи города Усть-Кут. Пожар возник в 2014 году и продолжается до настоящего времени. Из-за огромного объема отходов (опилок и кусковых отходов древесины от лесопильных производств города) потушить пожар имеющимися в регионе силами не представляется возможным, пока были лишь приняты меры, предотвращающие распространение этого пожара на прилегающие леса и город. При северо-восточном ветре этот пожар может создавать опасное для жизни и здоровья людей задымление (расстояние от горящей свалки до города составляет около 7 км).

Обширные территории на севере и востоке Иркутской области (в Катангском, Бодайбинском, Мамско-Чуйском, Киренском и Казачинско-Ленском районах), а также на юго-западе (в Нижнеудинском и Заларинском районах) отнесены к т.н. «зонам контроля лесных пожаров», где допускается отказ от тушения лесных пожаров. Согласно п. 5.1 Правил тушения лесных пожаров, зоны контроля лесных пожаров устанавливаются органами исполнительной власти «в зоне осуществления лесоавиационных работ в лесах, расположенных на труднодоступных и удаленных территориях». В Иркутской области в зоны контроля включены значительные площади эксплуатационных лесов, в том числе лесов, предоставленных в аренду для заготовки древесины, а также населенные пункты (например, пгт Мама, пос. Ербогачен и др.) и крупнейшие объекты инфраструктуры (БАМ, нефтепровод ВСТО и др.).

Таким образом, фактически часть выделенных в Иркутской области «зон контроля» представляет собой доступные и интенсивно используемые леса, которые к таким зонам относиться не должны. Это создает дополнительные риски для объектов инфраструктуры и вовлеченных в хозяйственную деятельность лесов, и самое главное, для населенных пунктов, поскольку отказ от тушения на ранних стадиях развития пожара многократно увеличивает связанные с ним угрозы и риски в дальнейшем.

фактически часть «зон контроля» в Иркутской области представляет собой доступные и интенсивно используемые леса, которые к таким зонам относиться не должны

Выводы членов Совета и экспертов Постоянной комиссии по экологическим правам, сделанные в рамках выездного заседания в феврале 2019 г., полностью подтвердились в июле того же года, когда катастрофические лесные пожары в смежных районах Иркутской области, Красноярского края и Республики Саха (Якутия) привели к задымлению обширной территории, включающей в себя практически всю Сибирь и часть Урала. Задымление создало угрозу здоровью и жизни миллионов людей, в первую очередь граждан с хроническими заболеваниями органов дыхания, сердечно-сосудистой системы, детей, лиц пожилого возраста. Пожары и задымление в этих трех субъектах РФ стали одной из важнейших экологических проблем 2019 г., вызвавших возмущение и протесты со стороны российского общества.

Абсолютное большинство пожаров, вызвавших это задымление (90−98% по площади на разных этапах развития лесопожарной катастрофы) пришлось на «зоны контроля лесных пожаров», в которых по действующим Правилам тушения лесных пожаров их разрешается не тушить. Главной причиной того, что пожары разрослись до масштабов, при которых их практически невозможно потушить, стало именно то, что на ранних этапах их развития были приняты решения об отказе от тушения. Главными причинами принятия этих ошибочных решений, по всей видимости, стали существенное недофинансирование переданных Иркутской области лесных полномочий и плохое администрирование.

После выездного заседания в Совет поступило письмо Министерства лесного комплекса Иркутской области, в котором рассматриваются некоторые дополнительные проблемы, связанные с охраной лесов, и даются некоторые предложения по улучшению ситуации. В частности, предлагается внести изменения в Лесной кодекс РФ в части возложения на лесопользователей полного спектра обязанностей по охране (в том числе осуществлению мер пожарной безопасности и тушению лесных пожаров), защите, воспроизводству лесов на используемых ими лесных участках, а также по осуществлению ими лесного контроля, в том числе выявлению и пресечению незаконных рубок лесных насаждений. Кроме того, Министерство предлагает дополнить Лесной кодекс РФ нормой, предусматривающей возможность деятельности лесопользователей по предупреждению, выявлению, пресечению нарушений лесного законодательства, в том числе незаконных рубок, в форме т.н. «производственного лесного контроля» на лесных участках, предоставленных в аренду, постоянное (бессрочное) пользование, безвозмездное пользование.

Совет полагает, что часть предложений Министерства может быть реализована только путем коренного пересмотра не только лесного, но и смежного законодательства, а для этого необходим тщательный и всеобъемлющий анализ правоприменительной практики. Такой анализ мог бы быть проведен в рамках работы по подготовке концепции нового Лесного кодекса РФ в соответствии с поручением Председателя Правительства Р Ф от

22 февраля 2019 г., адресованным Минприроды России, Минюсту России, Минэкономразвития России и Минфину России. При этом предложения, касающиеся производственного лесного контроля, могут быть реализованы на уровне одного лесного законодательства, и представляются заслуживающими поддержки. Совет отмечает, что этот вопрос уже прорабатывался Минприроды России и Рослесхозом 5 лет назад, но впоследствии эта работа была остановлена.

Проблемы воспроизводства лесов

Существующая в Иркутской области и других регионах таежной зоны Российской Федерации система обращения с лесами не обеспечивает эффективного воспроизводства хозяйственно ценных лесов, в первую очередь хвойных, наиболее востребованных переработчиками и лесоэкспортерами. Результаты воспроизводства лесов зависят в первую очередь от своевременности и качества ухода за молодняками (до достижения ими 15/20-летнего возраста). При отсутствии правильного ухода лесовосстановление в абсолютном большинстве случаев не приводит к формированию хозяйственно ценных лесных насаждений. Лесовосстановление в Иркутской области в 2018 г. было выполнено на площади в 123,6 тыс. га, и в прошлые годы выполнялось на сопоставимых площадях. В среднем на каждом восстановленном участке леса требуется двукратное проведение ухода за молодняком — т. е. для эффективного лесовосстановления ежегодная площадь рубок ухода в молодняках должна составлять около 250 тыс. га. В 2018 г. в Иркутской области она составила

42,8 тыс. га, то есть 1/6 часть от требуемого объема. При таком соотношении площадей лесовосстановления и ухода неизбежно дальнейшее ухудшение качественных показателей лесов, смена наиболее ценных хвойных лесов вторичными лиственными, а в долгосрочной перспективе — потеря рентабельности лесных предприятий и снижение уровня жизни в зависящих от них населенных пунктах.

Следует отметить, что общей для всей таежной зоны Российской Федерации практикой является крайне низкое качество выполняемых мероприятий по уходу за молодняками, или даже замена полноценных «площадных» уходов (при которых нежелательная растительность убирается на всей площади) т.н. «коридорными» (при которых нежелательная растительность убирается только в узких полосах вдоль высаженных сеянцев деревьев) — эффект от такого ухода обычно полностью исчезает в первые годы после его проведения.

При таком соотношении площадей лесовосстановления и ухода неизбежно дальнейшее ухудшение качественных показателей лесов, смена наиболее ценных хвойных лесов вторичными лиственными, потеря рентабельности лесных предприятий

Поскольку выездное заседание Совета проводилось в зимний период, в полной мере ознакомиться с практикой ухода за молодняками в Иркутской области и оценить его качество не представилось возможным. Вместе с тем, судя по данным дистанционного мониторинга, в подавляющем большинстве случаев хвойные леса после рубок сменяются лиственными и смешанными, а полноценное воспроизводство хозяйственно ценных лесных насаждений не обеспечивается. Кроме того, значительная часть участков, на которых происходит гибель древостоев и последующее естественное возобновление леса, в Иркутской области остается неучтенной (главным образом это относится к лесам, погибшим в результате неучтенных или неправильно учтенных лесных пожаров). Как правило, лес после таких пожаров естественным образом возобновляется сам, но для того, чтобы из таких молодняков естественного происхождения в кратчайшие сроки сформировались хозяйственно ценные лесные насаждения, за ними тоже нужен уход. В подавляющем большинстве случаев в таких молодняках можно обойтись одним приемом рубки ухода (прочисткой). Таким образом, дополнительные площади, на которых нужно проводить уход в таких неучтенных естественным образом возобновившихся после пожаров молодняках, примерно соответствует ежегодному приросту площади таких молодняков вне резервных лесов и вне особо охраняемых природных территорий, режиму которых может противоречить такой уход. Эта дополнительная потребность в рубках ухода может составлять еще несколько десятков тысяч гектаров ежегодно.

Отсутствие правильно организованной системы ухода за молодняками не только не позволяет обеспечить воспроизводство хозяйственно ценных лесных насаждений на большей части вырубленных или сгоревших площадей, но и существенно снижает социальную значимость лесного сектора и его вклад в социально-экономическое развитие региона. При правильно организованном лесном хозяйстве именно уход за молодняками является основным источником рабочих мест — при прочих равных в условиях средней тайги правильно организованное лесное хозяйство дает с той же площади примерно втрое больше рабочих мест, чем простое пользование лесом для заготовки древесины.

Следует отметить, что нехватка ухода за молодняками, в том числе в лесах, переданных в аренду или постоянное (бессрочное) пользование, не является спецификой Иркутской области и связано с дефектами федерального нормативного регулирования. Ни Лесной кодекс РФ, ни подзаконные нормативные правовые акты не содержат требования об обязательном уходе за участками, на которых было проведено лесовосстановление. Созданная три года назад Рослесхозом система государственного мониторинга воспроизводства лесов контролирует ситуацию только до возраста отнесения молодняков к землям, занятым лесными насаждениями — этот возраст соответствует лишь середине периода ухода за молодняками. Из-за этой ошибки государственный мониторинг воспроизводства лесов фактически оценивает лишь ранние этапы воспроизводства, но не достигаемые результаты.

Кроме того, лесное законодательство не предусматривает никакой связи между эффективностью воспроизводства лесов и допустимыми объемами их использования: худшие хозяйственники, вообще не обеспечивающие результативного воспроизводства лесов после рубок, имеют право на заготовку таких же объемов древесины, что и лучшие, обеспечивающие наиболее эффективное воспроизводство лесов.

Проблемы санитарных рубок

Иркутская область является безусловным лидером среди регионов России по масштабам уголовных дел, связанных с нарушениями, допущенными при санитарных рубках. Самыми крупными являются дела, связанные с рубками в региональном заказнике Туколонь (2018 г., размер ущерба — 748 млн руб.) и в нерестоохранной полосе лесов в Падунском лесничестве (2019 г., размер ущерба предстоит установить). В обоих случаях рубки проводились с ведома и одобрения руководства органов управления лесами Иркутской области. В обоих случаях санитарные рубки были фактически превращены в коммерческие рубки, направленные на заготовку хозяйственно ценной древесины в обход установленных действующим законодательством ограничений (в названных случаях — режима государственного природного заказника и нерестоохранной полосы лесов).

Кроме того, по информации, поступившей в Совет, большинство актов лесопатологического обследования (далее — акты ЛПО) также были подготовлены с нарушениями. На момент проведения выездного заседания Совета в Иркутской области было размещено 218 актов ЛПО, на общей площади 3 817,65 га, в том числе 38 актов были размещены повторно на площади 643 га. В результате анализа актов ЛПО представителями экологической общественности Департаментом лесного хозяйства по Сибирскому федеральному округу были отменены 130 актов ЛПО на общую площадь 2 194,85 га.

санитарные рубки были фактически превращены в коммерческие, направленные на заготовку хозяйственно ценной древесины в обход установленных законодательством ограничений

При осуществлении контроля за достоверностью сведений и обоснованностью назначения мероприятий, указанных в актах ЛПО Иркутской области, выявляются следующие нарушения:

— в рубку назначаются деревья 1−3 категории, не имеющие повреждений, являющихся основанием для назначения;

— в рубку назначаются деревья 2−4 категории на основании нарушений, не установленных п. 31 Правил осуществления мероприятий по предупреждению распространения вредных организмов, например, по причине ожога корневой шейки;

— данные о повреждении деревьев указываются некорректно, что не позволяет установить реальное состояние древостоя (например, «заражение 10−30%»);

— обследование в смешанных лесах проводится после начала сезонной дехромации;

— в ведомостях перечета деревьев информация о среднем диаметре насаждения, указанная в приложении 1.1., не соответствует среднему диаметру обследуемого насаждения и имеет отклонения, превышающие предельно допустимые значения;

— при расчете запаса на выделе по ведомости перечета выявляются значительные отличия от запаса, указанного в приложении 1.1.;

— расчет запаса проводится по Таблицам для определения разрядов высот древостоев только по 3 разряду, таким образом, таксационные характеристики не соответствует таксационным описаниям;

— неверно описаны координаты абриса участков, выявляются участки с наложением абрисов, в т. ч. на ранее вырубленные участки;

— в ранее отмененные акты ЛПО без проведения повторного обследования вносятся изменения, противоречащие предыдущей версии акта в части наличия вредителей и болезней леса, а также изменения, касающиеся распределения деревьев по категориям.

Таким образом, есть основания утверждать, что необоснованное назначение санитарных рубок является системной проблемой. В то же время ФБУ «Рослесозащита», которая является подведомственной Рослесхозу специализированной организацией по оценке санитарного состояния лесных насаждений, продолжает настаивать на обоснованности проведения санитарно-оздоровительных мероприятий, в том числе в заказнике «Туколонь». Предшествующее рубкам ЛПО также проводилось специалистами филиала указанного учреждения, что по мнению Совета, приводит к конфликту интересов. В Рекомендациях Совета, принятых по итогам 65-го специального заседания на тему «Актуальные вопросы соблюдения прав граждан при управлении лесами», была отмечена необходимость разделения функций проведения ЛПО, назначения санитарно-оздоровительных мероприятий, и контроля за их проведением.

Информация о том, что в настоящее время основную угрозу лесам представляют не самовольные незаконные рубки, а необоснованные санитарные рубки, приводится и в официальной позиции Совета Федерации Федерального Собрания РФ. В ней, в частности, отмечается, что наибольшее распространение незаконные рубки лесных насаждений получили при освоении лесов, в том числе при проведении санитарно-оздоровительных мероприятий — 7−8 млн. м³., а при отпуске древесины, необходимой для удовлетворения собственных нужд граждан, — 5−6 млн. м³. Объемы незаконных рубок лесных насаждений, производимых гражданами с целью получения незаконного дохода, оцениваются экспертами в 4−5 млн. м³.

Таким образом, можно говорить об общей для нашей страны практике проведения коммерческих рубок под видом санитарных. Иркутская область в этом вопросе отличается от других регионов лишь беспрецедентным масштабом выявленных случаев незаконных рубок.

В июне-июле 2019 г. последствия незаконных рубок в Иркутской области самым негативным образом сказались на масштабах катастрофических наводнений в долинах рек Ия, Уда, Чуна, Бирюса. Наводнение на указанных реках привело к гибели, по последним данным, 25 человек, уничтожению по меньшей мере 1200 жилых домов и затоплению еще нескольких тысяч, и прямому ущербу, по предварительным данным, не менее 29 млрд руб. Главной причиной наводнения стали рекордные осадки, выпавшие в горах Восточного Саяна (на отдельных участках — почти четырехмесячная норма за несколько дней). Однако, на силу наводнения могло существенно повлиять неблагоприятное состояние лесов в верховьях перечисленных рек и их притоков. Эти рубки однозначно снижают водорегулирующую и водоудерживающую способность лесов за счет разреживания древесного полога, уничтожения почвенного микрорельефа и подстилки при работе лесозаготовительной техники, формирования новых линий стока по сети волоков и лесовозных дорог. Сохранение практики этих рубок в течение десятилетия может существенно нарушить водорегулирующие функции защитных лесов Восточного Саяна, что неизбежно приведет к более частым и более разрушительным наводнениям.

В связи с изложенным в п. 1 Совет рекомендует:

Государственной Думе Федерального Собрания Российской Федерации:

— внести в законодательство изменения, предусматривающие полное финансирование переданных регионам лесных полномочий в части охраны и защиты лесов в соответствии с порядком и методикой расчета размера соответствующих субвенций, утверждаемыми Правительством Р Ф;

— внести в законодательство изменения, предусматривающие осуществление лицами, которым леса предоставлены в аренду, постоянное (бессрочное) пользование или безвозмездное пользование, мероприятий по профилактике и пресечению нарушений лесного законодательства в порядке производственного лесного контроля;

— внести в законодательство изменения, предусматривающие связь между установленными объемами заготовки древесины и качеством лесного хозяйства (в частности, предусматривающие снижение разрешенных объемов заготовки по хвойному и твердолиственному хозяйствам в случае, если воспроизводство соответствующих лесов после рубок в границах лесничества или лесного участка не обеспечивается);

— дополнить ст. 60.6 Лесного кодекса РФ пунктом, запрещающим проведение лесопатологических обследований организациями, осуществляющими государственный лесопатологический мониторинг;

— внести в подп. 2 п. 4 ст. 60.7 Лесного кодекса РФ изменения, изложив его в следующей редакции: «2) в случае, если уполномоченным федеральным органом исполнительной власти проводятся мероприятия по контролю за достоверностью сведений и обоснованностью санитарно-оздоровительных мероприятий, или направлено предписание об отмене соответствующего акта лесопатологического обследования или о внесении в него изменений».

Правительству Российской Федерации:

— исключить в п. 9 Постановления Правительства Р Ф от 12 ноября 2016 г. № 1158 слова «не позднее 20 дней со дня их получения».

Генеральной прокуратуре Российской Федерации:

— взять под особый надзор расследование уголовного дела, связанного со сплошными рубками в заказнике «Туколонь», обеспечить соблюдение процессуальных сроков, своевременную подготовку всех процессуальных документов и передачу их в суд;

— организовать проверку соблюдения действующего законодательства при назначении и проведении санитарных рубок в защитных лесах Восточного Саяна в Тулунском, Нижнеудинском и Тайшетском лесничествах, и в случае выявления нарушений принять меры прокурорского реагирования;

— во взаимодействии с Минприроды России и Рослесхозом, используя опыт работы Прокуратуры Иркутской области и Байкальской межрегиональной природоохранной прокуратуры, провести выборочные проверки законности назначения и проведения санитарных рубок, вызвавших большой общественный резонанс.

Минприроды России:

— внести изменения в Правила тушения лесных пожаров, запрещающие включение в «зоны контроля лесных пожаров» эксплуатационных лесов, а также лесов, находящихся на расстоянии ближе 10 км. от населенных пунктов и важнейших объектов инфраструктуры (железных и автомобильных дорог, трубопроводов, магистральных ЛЭП и т. д.) и установить четкие критерии установления зон контроля лесных пожаров;

— установить четкие критерии принятия решений о прекращении или приостановлении работ по тушению лесного пожара в зоне контроля лесных пожаров;

— внести изменения в подзаконные нормативные правовые акты, регулирующие лесовосстановление, предусматривающие переход от регулирования процессов и ранних этапов воспроизводства лесов к регулированию результатов (к окончанию периода ухода за молодняками);

— внести изменения в Порядок исчисления расчетной лесосеки, формулы и методику исчисления размера расчетной лесосеки, предусматривающие связь установленных объемов заготовки древесины с качеством лесного хозяйства, предусмотрев, в частности, снижение разрешенных объемов заготовки по хвойному и твердолиственному хозяйствам в случае, если воспроизводство соответствующих лесов после рубок в границах лесничества или лесного участка не обеспечивается.

Правительству Иркутской области:

— исключить из «зон контроля лесных пожаров» на территории Иркутской области эксплуатационные леса, а также леса, прилегающие к населенным пунктам и важнейшим объектам инфраструктуры (железным и автомобильным дорогам, трубопроводам, магистральным ЛЭП и другим);

— привести в соответствие площади лесовосстановления (в т.ч. искусственного) и площади ухода за молодняками, таким образом, чтобы каждый участок леса, на котором в течение последних двух десятилетий было проведено лесовосстановление, был обеспечен своевременным и качественным уходом, обеспечивающим формирование лесных молодняков целевого состава и оптимальной густоты;

— по всем лесничествам и лесным участкам, затронутым крупными лесными пожарами последних лет (в т.ч., не отраженными в официальной статистике), провести инвентаризацию погибших лесов и перерасчет расчетных лесосек и установленных объемов заготовки древесины по хвойному хозяйству с учетом произошедших изменений;

— приостановить проведение санитарных рубок в защитных лесах Восточного Саяна до окончания проверки соблюдения действующего законодательства при их назначении и проведении.