Следствие начинает отпускать

Дело по 212-й статье о «массовых беспорядках» в Москве рушится на глазах

Во вторник, 3 сентября, в деле о «массовых беспорядках», заведенном по итогам акции протеста 27 июля в Москве, произошел невероятный по нынешним временам разворот. Следствие разом прекратило уголовное дело в отношении четверых предполагаемых участников существующих только в голове силовиков «беспорядков». Следственный комитет «по результатам объективной правовой оценки всех исследованных материалов, в том числе видеозаписей камер видеонаблюдения», не нашел состава преступления в действиях Сергея Абаничева, Даниила Конона, Валерия Костенка, Владислава Барабанова.

Абаничева арестовали 5 августа на срок до 27 сентября за то, что он, по версии следствия, бросил в полицейских на акции 27 июля «банку синего цвета», хотя сам 25-летний менеджер утверждал, что у него в руках был лишь стаканчик из-под колы. В итоге 3 сентября было решено его освободить, адвокат Абаничева Светлана Сидоркина подтвердила «Новой», что никакой переквалификации — например, на 318-ю статью, — не будет.

В тот же день был арестован 22-летний студент Бауманки и сборщик подписей в поддержку кандидатуры Ивана Жданова на выборах в Мосгордуму Даниил Конон. В чем заключалась его вина, никто в итоге так и не понял: следователь перед вынесением решения о мере пресечения просил маму Конона «не обижаться»: «Месяцок посидит — и все». Адвокат Конона Григорий Червонный считает, что дело в отношении его клиента могло быть прекращено, поскольку «кто-то из генералов вернулся из отпуска и увидел, что натворили». «Вообще в совокупности сыграло много факторов: состава преступления нет, дело политическое, шум, обширная поддержка», — перечисляет защитник.

Задержанный 11 августа 20-летний волонтер партии «Яблоко» Валерий Костенок стал 14-м обвиняемым по «московскому делу», суть его участия в деле также не была прояснена. Сразу после задержания была распространена информация о том, что Костенок признал вину, однако в партии «Яблоко» это официально опровергли: «Невозможно принимать участие в том, чего не было».

22-летний Владислав Барабанов из Нижнего Новгорода был арестован до 27 сентября за то, что, по версии следствия, «показывал направление движения митингующим», а еще «скрылся с места преступления». «Когда я только вошел в это дело и увидел те материалы, которые касались Владислава Барабанова, то понял, что в них нет фактуры. Здесь даже вопрос не в том, почему дело прекратили, а почему его вообще возбудили, — говорит адвокат Барабанова Илья Уткин. — Нет никаких объективных данных, что люди совершали хоть какое-то преступление. К тому же, по Барабанову и некоторым другим фигурантам уже дана была судебная оценка, они уже отбыли административное наказание. Суд уже дал оценку их деяниям — это административное правонарушение».

ОТ РЕДАКЦИИ

Силовики хотят запугать власть даже больше, чем общество. Почему разваливается дело о «массовых беспорядках» в Москве

Кроме того, СК отдельно напомнил, что еще в середине августа отказался от уголовного преследования режиссера Дмитрия Васильева, который после задержания в рамках дела о «массовых беспорядках» попал в реанимацию.

У некоторых из тех, с кого сняли уголовные обвинения, остались административные правонарушения, однако в ближайшее время все они должны быть отпущены домой (юрист «Агоры» Павел Чиков отдельно отмечает, что у них всех есть право на реабилитацию).

Во вторник же следствие заявило о том, что будет ходатайствовать о переводе под домашний арест еще двух фигурантов дела — Егора Жукова и Сергея Фомина.

Волонтер штаба Любови Соболь Сергей Фомин был объявлен в розыск сначала как «организатор» массовых беспорядков, однако затем эта строка из документов следствия исчезла, и Фомин остался лишь «участником». Вина, как считали силовики, заключалась в том, что Фомин, «являясь одним из активных участников массовых беспорядков в Москве, направлял действия других лиц», кроме того — «покидая митинг, взял на руки чужого маленького ребенка для беспрепятственного прохода мимо оцепления» (это был племянник Фомина). При этом он рассказал, что узнал о своем розыске через два дня после начала, пытался сдаться в СК, но не смог этого сделать с первого раза, поскольку следователи отказывались его задерживать, и в итоге пришлось звонить по «02» и сдаваться полиции.

«По поводу домашнего ареста: могу сказать, что я только «за», — говорит «Новой» адвокат Сергея Фомина Алексей Веселов. — Решение это было принято, потому что не такой уж он и злодей. Я считаю, что самого события преступления не было, не было никаких массовых беспорядков. Почему не было полной отмены уголовного преследования, как у других фигурантов дела по 212-й статье, я не могу сказать. [Можно предположить], что следствие считает, что [в делах других фигурантов] вообще ничего нет, а здесь видимо есть что-то».

Студент Высшей школы экономики Егор Жуков — определенно главная медиаперсона всего дела по 212-й статье. 21-летний политический блогер-либертарианец был арестован 2 августа на срок до 27 сентября за то, что, по версии следствия, показывал митингующим направлением движения руки, куда нужно идти. При этом даже если принять за основу безумный тезис о том, что это может быть нарушением, видео и фотодоказательства (их можно найти на сайте «Новой газеты») свидетельствуют, что это был вовсе не Егор Жуков, а другой человек.

Очевидно, что следствию нужен был «заговор», который в итоге был придуман. Однако в случае с Егором Жуковым система напоролась еще и на большое противодействие со стороны поддерживающих блогера студентов, преподавателей, звезд (вроде Oxxxymiron) и журналистов («Эхо Москвы» и «Новая газета» согласились взять Жукова к себе на работу).

В итоге следствие пошло во все тяжкие: изучает курсовые работы Жукова на экстремизм, проводит обыск в квартире родителей в их отсутствие (изымая при этом, в частности, как вещдок керамическую фигурку лягушки).

В своем письме в «Новой газете» Жуков остроумно отмечает, что «российская власть — самый эффективный оппозиционер». «Желая запугать общество, власть лишь сильнее его злит», — пишет Жуков.

Судя по всему, следователи СКР решили испытывать терпение общества на прочность и дальше, поскольку утром они заявили о том, что хотят перевести Жукова под домашний арест, а сразу после обеда предъявили студенту новое обвинение — в публичных призывах к экстремизму в интернете.

Следствие считает, что Жуков «решил привлечь неограниченный круг лиц к своей экстремистской деятельности», и сделал он это через четыре ролика в интернете: «Митинг 7 октября, или как сливают протест», «Мирная революция возможна (Доказательства)», «Митинги что дальше», «Бойкот выборов — это лишь начало» (пунктуация сохранена). Адвокат студента Леонид Соловьев уже заявил, что защита не согласна с выводами экспертизы, поскольку ее делал единственный эксперт Александр Коршиков, который к тому же является кандидатом физико-математических наук.

На момент сдачи материала в печать было неизвестно, что с Алексеем Миняйло, волонтером штаба Любови Соболь, которого следствие считает еще одним участником «массовых беспорядков». Но очевидно, что сильного оптимизма по поводу «оттепели» испытывать не стоит, говорит политолог Глеб Павловский.

Глеб Павловский

политолог

— Нужно давить дальше и настаивать на закрытии дела и на заведении уголовного дела в отношении тех, кто, например, задерживал [специального корреспондента «Новой газеты» Илью] Азара или бил людей на митингах.

Нельзя, конечно, запретить радоваться тем, кто хочет радоваться, но я лично в массе своей вижу увеличение суммы зверства. Отсчитайте назад два месяца: кто-нибудь в середине июля мог представить все, что произошло за эти шесть недель? Вопрос о том, есть ли послабления или нет, уйдет сам собой.

Оказалось, что возможны злоба, наглость, насилие и зверства такого уровня, который мы представить не могли. И люди, которые все это делали, никуда не делись, они будут делать это дальше.