Суд приговорил программиста Константина Котова к 4 годам колонии за неоднократное нарушение правил проведения митинга

Тверской районный суд Москвы вынес обвинительный приговор активисту, члену участковой избирательной комиссии, программисту Константину Котову по делу о неоднократном нарушении правил проведения митинга. Судья Станислав Минин назначил ему наказание в виде четырех лет лишения свободы в колонии общего режима, сообщает "Медиазона".

"Судом установлено, что своими действиями Котов неоднократно нарушил правила проведения публичного мероприятия", - объявил судья. Признано, что Котов "скандировал лозунги, призывал к активным противоправным действиям, не реагировал на неоднократные требования сотрудников полиции", передает ТАСС.

В среду, 4 сентября, гособвинение попросило признать его виновным в преступлении, предусмотренным ст. 212.1 УК РФ, и назначить наказание в виде 4,5 года колонии общего режима. Защита просила прекратить уголовное дело.

Процесс, как и расследование дела, прошел молниеносно: суд за два дня допросил свидетелей и исследовал материалы. После оглашения приговора слушатели начали кричать: "Позор!", "Выкинь свой диплом теперь", "Станислав Минин - преступник" и "Свободу Котову!"

Один из приставов схватил за шею девушку с камерой. Ею оказалась корреспондентка "Новой газеты" Виктория Одиссонова. Ее вытолкали из зала суда вместе с теми, кто возмущался приговором.

Константин Котов стал первым обвиняемым, которого отправили в СИЗО по статье 212.1 УК (ее также называют "дадинской", так как впервые по ней осудили в 2015 году активиста Ильдара Дадина), и третьим активистом за 2019 год, в отношении которого возбудили дело по этой одиозной статье.

Больше полусотни человек написали поручительство, в котором попросили суд не отправлять Котова под стражу. В числе поручившихся значатся лидер партии "Яблоко" Григорий Явлинский, писательница Людмила Улицкая, писатель и журналист Виктор Шендерович, однако это не помогло.

В уточненном обвинении содержится пять эпизодов: участие в сходе в поддержку арестованного анархиста Азата Мифтахова (2 марта), участие в сходе "В защиту нового поколения" у здания ФСБ (13 мая), участие в акции в поддержку Ивана Голунова и против фальсификации уголовных дел (12 июня), призыв выйти на Трубную площадь 19 июля из-за недопуска оппозиционных кандидатов на выборы в Мосгордуму (15 июля), участие в прогулке после согласованного властями митинга за честные выборы (10 августа).

На четырех вышеуказанных мероприятиях активиста задерживали, а позже на него составляли протоколы о нарушении правил участия в акции. По этим обвинениям его сажали под административный арест или выписывали штрафы. Исключением стала акция на Трубной: хотя там Котова не задерживали, но позже, 24 июля, его арестовали из-за обвинений в призыве к участию в ней.

В Следственном комитете подчеркивают, что Котов, участвуя в акциях протеста, "игнорировал законные требования сотрудников полиции о прекращении совершения противоправных действий". В ведомстве также добавили, что действия Котова "носят умышленный характер". А сам он "был задержан при попытке скрыться".

На своей страничке в Facebook адвокат Котова Мария Эйсмонт разместила сканы предъявленного обвинения. Там, в частности, есть такая фраза: 13 мая "Котов <...> достоверно зная, что является участником публичного мероприятия в форме митинга, не согласованного в установленном порядке органами исполнительной власти Москвы, <...> умышленно, в составе группы граждан в количестве около 30 человек, нарушая предусмотренное ч. 1 ст. 27 Конституции РФ право других лиц на свободное передвижение, <...> совместно с иными неустановленными лицами нарушая общественный порядок, скандировал лозунги <...> политического характера, привлекая внимание окружающих граждан и представителей СМИ, призывал их к активным противоправным действиям, чем создавал реальную угрозу причинения вреда здоровью граждан, имуществу физических и юридических лиц, общественному порядку, общественной безопасности и иным конституционно охраняемым ценностям".

В тех же выражениях следователи описали участие Котова в акции протеста 10 августа. В этом случае в документе перечислены конкретные лозунги, озвученные участниками: "Путин - вор!", "Мы здесь власть", "Долой Путина!", "Россия будет свободной" и другие.

В документе также указано, что Котов "в составе группы граждан в количестве более 1500 человек <...> мешал движению пешеходов и транспортных средств <...> ограничивая свободный доступ граждан к государственным учреждениям и объектам инфраструктуры, социального обеспечения и жилым домам, нарушая права граждан, не принимающих участие в этом незаконно проводящемся публичном мероприятии".

После того, как СК заявил об окончании расследования, следователи попросили Марию Эйсмонт в этот же вечер ознакомиться с четырьмя томами материалов дела. Поскольку Эйсмонт торопилась в суд по другому делу, Следственный комитет даже выделил ей машину класса комфорт с мигалкой, лишь бы она побыстрее вернулась для продолжения ускоренных процессуальных действий.

По словам женщины-адвоката, она и все адвокатское сообщество впервые столкнулись с таким "демонстративным пренебрежением ко всякой логике здравого смысла". "Задача просто побыстрее человека закатать. Обычно все-таки принято соблюдать какие-то формальности. Ну понятно, что уголовное дело надо расследовать - может быть, месяц, может быть, два", - сказала она.

В таком же беспрецедентно ускоренном порядке ведутся следственные действия и по другим делам, возбужденным в отношении участников протеста. По всей видимости, власти стремятся осудить задержанных перед выборами в Мосгордуму, которые могут обернуться новой волной протестов.

Напомним, 3 и 4 сентября московские суды рассмотрели сразу несколько уголовных дел, возбужденных в отношении других участников протестных акций. Им назначили реальные сроки лишения свободы: Данила Беглец, дернувший за руку полицейского на акции 27 июля, получил два года колонии; Иван Подкопаев, якобы распыливший перцовый газ в сторону полицейских, отправлен в колонию на три года; Евгений Коваленко получил 3,5 года колонии за брошенную в сторону омоновца урну; Кирилл Жуков, махнувший рукой перед шлемом росгвардейца на акции 27 июля, получил 3 года колонии. Но если их отдали под суд за действия и жесты, в которых силовики смогли разглядеть хотя бы угрозу и попытку насилия, то Константина Котова отправляют за решетку просто за сами факты выхода на протестные акции. И делается это вопреки решению Конституционного суда.

212.1

Статья 212.1 введена в УК РФ в июле 2014 года и предусматривает уголовную ответственность за неоднократные нарушения установленного порядка организации либо проведения собрания, митинга, демонстрации, шествия или пикетирования. Максимальное наказание по этой статье предусматривает до пяти лет лишения свободы. Первым осужденным по этой статье стал Ильдар Дадин. Басманный суд Москвы в декабре 2015 года приговорил его к трем годам лишения свободы, признав виновным по четырем эпизодам участия в несогласованных акциях протеста 6 и 23 августа, 13 сентября и 5 декабря 2014 года. В марте 2016 года приговор был смягчен до двух с половиной лет.

Ильдар Дадин оспаривал эту статью УК в Конституционном суде, который предложил изменить норму, а дело Дадина пересмотреть. 22 февраля Верховный суд отменил приговор, постановив освободить Дадина из колонии. После этого уголовного дела звучали предложения декриминализировать ст. 212.1, но никакой поддержки у законодателей и правительства они не нашли.

В решении Конституционного суда от 10 февраля 2017 года говорилось, что само привлечение к уголовной ответственности за неоднократное нарушение правил проведения публичных мероприятий допустимо. Однако суд добавил, что "если нарушение установленного порядка организации либо проведения публичного мероприятия лицом, ранее в течение 180 дней не менее трех раз привлекавшимся к административной ответственности, не повлекло за собой причинение или реальную угрозу причинения вреда, а было, по сути, противоправным сугубо формально, такое нарушение не может рассматриваться как представляющее преступную общественную опасность и влечь уголовную ответственность".

КС пришел к выводу, что уголовная ответственность за нарушение порядка организации митингов и пикетирований должна быть адекватна общественной опасности деяния. Также обязательным условием применения ст. 212.1 УК РФ является требование того, чтобы факт неоднократного нарушения был подтвержден вступившими в силу постановлениями суда о наложении административного наказания. Суд также должен доказать наличие у лица умысла на нарушение порядка проведения митингов.