Как полицейские из Раменского фабриковали дела о наркотиках

Четыре истории из репортажа «Дождя»

В июне 2019 года был арестован бывший начальник отдела МВД по борьбе с наркотиками подмосковного города Раменское Дмитрий Понкратов; до этого под стражу заключили троих его бывших подчиненных. По версии следствия, в 2017 году они фальсифицировали уголовное дело против 25-летнего Александра Нестеренко, подбросив ему амфетамин. Но Нестеренко не единственный, кого оперативники из Раменского, как предполагается, незаконно обвинили в сбыте наркотиков. Журналистка «Дождя» Мария Борзунова сняла репортаж о еще трех похожих делах.

Дело Александра Нестеренко. Полицейские обвинили его в сбыте наркотиков, когда он отказался стать закупщиком

Сантехник из поселка Рылеево Раменского района Александр Нестеренко был задержан 27 февраля 2017 года тремя людьми в штатском. Это были, как писал «Коммерсант», оперативники отдела по борьбе с наркотиками из Раменского Владимир Цыганок и Алексей Антонов, а также замначальника отдела Евгений Сороколетов. Нестеренко отвезли в отдел полиции. Там к нему пришел Понкратов и попросил принять участие в контрольной закупке — то есть приобрести наркотики за меченые купюры под контролем полицейских. Нестеренко уверяли, что покупателя задержат, а его самого отпустят.

Нестеренко отказался. Полицейские сначала били задержанного по голове и по торсу тяжелой книгой, добиваясь согласия, а потом решили обвинить в сбыте наркотиков его самого. «Если ты играешь пионера, значит, поедешь в тюрьму сам», — приводит Нестеренко слова Понкратова в репортаже «Дождя». Позднее он узнал, что обвиняется в продаже 0,91 грамма амфетамина и ему грозит до 15 лет колонии. Закупщиком по его делу выступил человек по имени Александр Манайкин. Это наркозависимый, который участвовал во многих контрольных закупках, утверждает адвокат Нестеренко Игорь Михеев.

Мать задержанного Любовь Нестеренко встретилась с Понкратовым и Сороколетовым. Они стали вымогать у нее деньги. Женщина отдала им 200 тысяч рублей, они потребовали еще миллион. Деньги передавали через посредницу — Анну Антипаеву, которая тоже работала в полиции. В какой-то момент Любовь Нестеренко поняла, что взятки не работают, и обратилась в управление собственной безопасности МВД. Антипаеву поймали с поличным; в суде она взяла вину на себя и была осуждена за мошенничество. Понкратов избежал уголовной ответственности, а дело против Нестеренко тогда так и не закрыли.

Доказать невиновность обвиняемого помог биллинг его телефона. Распечатка звонков показала, что в момент задержания Нестеренко понятые и закупщик Манайкин были дома — они приехали в отдел позже, по вызову полицейских. Позже выяснилось, что понятые были знакомыми одного из оперативников, а Манайкин вынужден был сотрудничать с полицией после того, как в январе 2017 года его задержали с героином. По словам закупщика, он не знал Нестеренко и не покупал у него наркотики. В полиции ему сказали, что Нестеренко «перешел дорогу серьезному человеку». Кто этот человек, точно не известно. Все обвинения с Нестеренко сняли в декабре 2018 года.

Дело Евгения Рогалева. В день его задержания закупщице больше 20 раз звонили из полиции

Дело против жителя Раменского Евгения Рогалева было возбуждено по заявлению соседки Аллы Ереминой. Она была судима и, как и Рогалев, употребляла героин. Один из знакомых Ереминой анонимно рассказал «Дождю», что она постоянно сотрудничает с полицией. Самому Рогалеву отдел по борьбе с наркотиками тоже предлагал сотрудничество, но тот отказывался. Незадолго до задержания он решил лечиться от героиновой зависимости и начал принимать сильнодействующие лекарства.

Рогалева задержали 1 февраля 2018 года. Согласно материалам дела, утром в тот день Еремина пришла в полицию и решила сдать соседа как сбытчика героина. Ей дали диктофон, меченую купюру в тысячу рублей и отправили договариваться о покупке наркотика. Еремина попросила Рогалева достать ей героин, он согласился. Через пару часов мужчина якобы передал соседке наркотик, получил деньги — и сразу был задержан. В материалах дела говорится, что это произошло около часа дня.

Мать Рогалева Галина, однако, приводит другую версию событий. По ее словам, с утра они с сыном сходили в больницу, после чего он принял лекарства и уснул до вечера. Потом ему позвонила Еремина, он ушел из квартиры и больше не вернулся. Эту версию подтверждает биллинг телефона Ереминой. Согласно ему, в тот день женщина полчаса разговаривала с одним из понятых и получила СМС от замначальника отдела наркоконтроля Евгения Сороколетова — все это произошло, когда, по официальной версии, Рогалев уже был задержан, а Еремина давала показания в отделе полиции. Всего же в тот день оперативники звонили закупщице более 20 раз, отметила адвокат Рогалева Татьяна Титова.

В уголовном деле есть и другие нестыковки. Например, Еремина в своих первоначальных показаниях утверждала, что Рогалев дал ей героин в жидком виде; это повторяли понятые и оперативники. Однако в материалах дела указано, что на экспертизу был отправлен наркотик в виде порошка. Из-за этой и других нестыковок суд отправил дело Рогалева на доследование. Во время него сотрудники правоохранительных органов просто повторно допросили Еремину, и она изменила показания, сказав, что Рогалев продал ей героин в порошке. Сейчас суд рассматривает его дело повторно; вину в сбыте наркотиков он не признает.

Дело Кирилла Кобозева. Закупщицей по его делу стала Алла Еремина — главная свидетельница по делу Евгения Рогалева

Кирилл Кобозев принимал наркотики и, судя по всему, был знаком с сотрудниками отдела наркоконтроля. Его задержали в доме матери Светланы в деревне Старково Раменского района («Дождь» не уточняет, когда это произошло). К нему приехали двое полицейских, одним из которых был Дмитрий Понкратов. Они заверили Светлану Кобозеву, что ее сын вернется через полчаса. Он не вернулся — его задержали и обвинили в хранении и сбыте героина.

Закупщицей по делу Кобозева выступила та же Алла Еремина, при этом они даже не были знакомы. Как сообщает «Дождь» со ссылкой на приговор Кобозеву, в день задержания молодому человеку якобы позвонил знакомый Ереминой и попросил достать героин. Кобозев связался со своей подругой Яной и поручил продать наркотик. Но сам Кобозев в своих показаниях рассказывал другую версию. По его словам, Яна жила с сестрой Аленой, которая торговала наркотиками (она снабжала ими в том числе саму Яну и Кирилла). В день задержания ему позвонил Понкратов и попросил связать его с Аленой. Что было дальше, Кобозев, по его словам, не знал.

Алена по делу не проходила; не так давно она умерла от передозировки. Кобозева приговорили к восьми с половиной годам колонии. Он не признал вину ни в сбыте, ни в хранении наркотиков и утверждал, что найденные у него семь граммов героина ему подбросил Евгений Сороколетов. Яна признала вину и получила два с половиной года лишения свободы; она уже вышла из колонии.

Дело Кирилла Филиппова. Ему передали меченую купюру в качестве оплаты долга за зимнюю резину

Кирилл Филиппов работал водителем-экспедитором. По словам родных и друзей, он не принимал наркотики и постоянно занимался спортом. В январе 2016 года Филиппов вместе с приятелем Ильей Грибковым пришли в гости к общему знакомому Максиму (его фамилию «Дождь» не называет). В какой-то момент Грибкову позвонили. Он вышел, вскоре вернулся с деньгами и передал две купюры — тысячу и пять тысяч рублей — Филиппову.

После возвращения Грибкова в квартиру ворвались оперативники. Всех троих мужчин забрали в отдел, хотя полицейских интересовал именно Грибков: они предполагали, что он выходил продать амфетамин. В отделе также находился Иван Кантуев, покупатель наркотика. В своих показаниях Кантуев заявил, что купил наркотики у Грибкова. Тот в свою очередь сказал, что взял их у Филиппова. Он это отрицал, но оперативники нашли у него в куртке меченую купюру в тысячу рублей — ту, которой Кантуев расплатился за амфетамин. По словам Филиппова, это купюрой Грибков отдал ему часть долга за зимнюю резину; это подтвердил хозяин квартиры Максим.

Филиппова отпустили, но через несколько месяцев он снова был задержан. К тому моменту прокуратура вернула дело о продаже амфетамина на доследование в полицию, а Грибков дважды поменял свои показания: сначала отказался от слов о том, что приобрел наркотик у Филиппова, а потом снова стал настаивать на этом. Несмотря на то, что Максим дал показания в защиту Филиппова, суд назначил обвиняемому 10 лет лишения свободы. Грибков, который в отличие от Филиппова признал вину, получил вдвое меньший срок.

«Я был в суде. Кирилл говорит: „Я не наркоман, готов сдать любые анализы, никогда не употреблял, никогда не продавал“. А Грибков отвечает: „Я старый наркоман, но я не продавал, мне это не надо“. Ну откровенно смешно», — сказал «Дождю» двоюродный брат Филиппова Николай Манягин.

Пересказала Ольга Корелина