О дивный новый скотный двор. Антиутопии Оруэлла и Хаксли не теряют актуальности
«Дорогой абонент, вы зарегистрированы как участник массовых беспорядков»: конец истории наступает, но вряд ли нам понравится, что будет потом
Кадр из британского мультфильма "Скотный двор" (1954): все животные равны, но некоторые животные более равны, чем другие
Иллюстрация: wikipedia.org
«История в известном смысле уже перестала существовать», – писал Джордж Оруэлл в мае 1944 года, в разгар Второй мировой и почти за полвека до Фукуямы. Но если американский публицист, разглядывая «конец истории» сквозь розовые очки рубежа девяностых, провидел скорое пришествие всемирного царства либеральной демократии, то Оруэлл вкладывает в свои слова противоположный и очень мрачный смысл: «Если вам нужен образ будущего, вообразите сапог, топчущий лицо человека – вечно» (цитата из романа «1984»).
В короткий период между концом Холодной войны и началом глобальной войны с исламским фундаментализмом многим казалось, что прав скорее Фукуяма, а труды Оруэлла, Олдоса Хаксли и других мастеров тоталитарной антиутопии канут в историю, закончатся вместе с ней. Однако сегодня оптимизм той эпохи кажется наивным: на наших глазах либеральная демократия сдает позиции по всем миру, тиранические режимы укрепляются, а новейшие информационные технологии оказались не оружием освобождения человечества, а инструментом тотальной слежки и репрессий в руках «государства-шпиона».
И сегодня, пишет Томас Рикс, автор книги «Черчилль и Оруэлл. Борьба за свободу» (вышла в издательстве Альпина нон-фикшн), Оруэлл вновь так же актуален, как и конце 1940-х, когда были написаны самые знаменитые его вещи – «Скотный двор» и «1984».
Подпишитесь, чтобы прочитать целиком
Оформите подписку Redefine.Media, чтобы читать Republic
Подписаться [Можно оплатить российской или иностранной картой. Подписка продлевается автоматически. Вы сможете отписаться в любой момент.]