Костюм и текст на вычитку: чего хотят в Думе Северска от журналистов

Дума Северска приняла новые правила аккредитации журналистов. Согласно им, посещать собрания могут только аккредитованные журналисты. При этом они «должны придерживаться делового стиля одежды» и «предварительно до выхода в СМИ согласовывать тексты».

Вопрос об изменении правил аккредитации рассматривался Думой Северска накануне.

«Речь шла об оперативном и свободном распространении объективной информации о деятельности представительного органа. В то же время отмечалась важность организации такой работы и наличия у муниципальной власти права регламентировать ее в порядке, предусмотренном законодательством», — подчеркивается на сайте Думы.

Там уточняется, что в дальнейшем правила аккредитации СМИ могут измениться.

В ходе собрания депутат от ЛДПР Алексей Выборов раскритиковал данную инициативу. Он отметил, что правила исключают появление на заседаниях блогеров и просто жителей города, которым может быть интересна деятельность Думы.

На сегодняшний день мы живем немножко в другом мире. Немного поменялась система координат. Есть такое понятие, как интернет-пространство, такое понятие, как блогеры. <...> Что касается предварительного согласования текстов, интервью, сообщений, то это ни в коем случае не нужно. Я бы такого никогда не делал. Считаю это прямым попранием лично моих прав, — подчеркнул Алексей Выборов.

По его словам, часть правил (например, о дресс-коде) взяты откуда-то с потолка.

«Давайте понимать, что нас избрал народ. Мы не работаем в каком-то замкнутом сообществе, мы должны взаимодействовать с обществом. И если эти люди нас избрали, то они имеют полное право знать о нас всю информацию. Я считаю, что Дума должна быть максимально открытой. Нужна трансляция, должна быть возможность приводить любых людей. Мы живем в открытом обществе демократического характера. И мы должны придерживаться этой позиции. А если никаких свобод и прав у журналистов не будет, то тогда можно все закрывать — и телевидение, и интернет, — ходить на работу, жить в закрытом мире в закрытом городе в закрытой семье. Отличный мир будет», — резюмировал Алексей Выборов.

Председатель контрольно-правового комитета Александр Власов, мэр ЗАТО Григорий Шамин и глава администрации Северска Николай Диденко Фото: с сайта Думы Северска

Ранее жители Северска уже жаловались на то, что они не могут попасть на заседания Думы. Так, в августе об этом писал Владимир Петров — инициатор нескольких митингов за отставку руководства города. На одном из митингов, в частности, Петров требовал, чтобы Дума публиковала все указы в городской газете «Диалог», которая продается в киосках и которую многие жители города выписывают.

Редакция ТВ2 попросила журналистов прокомментировать придуманный северской Думой регламент.

Наталья Денисова, редактор интернет-СМИ «ЗАТО-Говорим»:

«Раньше на заседаниях Думы можно было присутствовать только по приглашению. Но, насколько я знаю, проблем с допуском ни у кого не возникало. Сейчас будем аккредитовываться. Надеюсь, что аккредитуют все СМИ, а не будут выбирать только «достойных». По поводу согласования, то я считаю, что если материал заказной, то есть оплаченный, то эта нормальная практика. Но если материал редакционный, то право редакции ставить его таким, какой он есть. Если кто-то не согласен, то, пожалуйста, опровергайте его в суде или просто договаривайтесь о внесении правок».

Александр Красноперов, работал на ТВ2, в газете «Томские новости»:

«Предварительная цензура — подлость. Такое только при советской власти проходил. Целый отдел сидел в издательстве. Дикость. Запрет на сообщение своего мнения — грубейшее нарушение права свободы слова. Идите в суд! Хотя что там суд. Но идите! А внесудебно устанавливать, что можно писать и что нельзя — не конституционно. Отказ допуска любого гражданина, а не только журналиста в любое госучреждение — нарушение прав гражданина. Но все эти права давно порушены».

Ринат Мифтахов, работал на ТВ2 и в газете «Диалог» Северска:

«Если говорить о дресс-коде, то тут важно понять, что авторы понимают под словом «дресс-код»? С одной стороны, конечно, не следует приходить на заседания Думы в кирзовых сапогах и грязной телогрейке, но за 15 лет работы журналистом я, признаться, ни разу не видел, чтобы журналист, оператор или фотокор пришли в какое-то приличное место в непотребном виде. С другой стороны, важно понимать, что, в отличие от депутатов или чиновников, для которых привычное место работы — это кабинет или зал заседаний, представители СМИ в один и тот же день могут работать в совершенно разных условиях. Например, с утра они идут на заседание Думы, а сразу после него мчатся на мусорный полигон или на стройку. Поэтому, скажем, джинсы, рубашку и свитер я совершенно не считаю нарушением дресс-кода. Главное, чтобы все было чистым. То же самое касается и обуви, а сапоги для работы в грязи можно и в багажнике машины возить.

Что касается предварительного согласования материалов, то здесь у меня есть два простых ответа. В первом из них я буду опираться на позицию, которую часто декларирует президент России Владимир Путин, во втором — поделюсь собственным опытом. Итак.

1. Как любит говорить президент Путин? «Если вам что-то не нравится — обращайтесь в суд». А еще Владимир Владимирович постоянно говорит, что мы живем в правовом государстве. А в этом государстве есть, например, закон о СМИ, где прописаны право на ответ, право на опровержение и еще много других хороших прав. Ну и суд у нас в стране есть, как было уже сказано президентом РФ. Поэтому если какой-то депутат или Дума в целом посчитают, что некое СМИ что-то намеренно переврало или нечаянно исказило, то следует действовать исключительно в правовом поле, например, требовать опровержения, подавать в суд, требовать компенсации морального вреда. Или кто-то хочет поспорить с Путиным?

2. По своему опыту могу сказать, что я всегда согласовывал только заказные (платные) материалы или материалы, где я самостоятельно компилировал позицию человека с которым разговаривал (брал интервью). Например, когда поговорил с кем-то о какой-то проблеме, говорил долго, скажем, час. А потом из этого часа мне было нужно сделать относительно небольшой материал, и, разумеется, приходилось что-то сокращать, упрощать, говорить за человека словами «от автора». Естественно, что в таком случае я показывал этому человеку готовый материал и спрашивал, не переврал ли я чего. Но это, на мой взгляд, скорее, вопрос из области журналистской этики, вопрос о репутации конкретного журналиста или СМИ. К тому же не следует забывать, что чисто технически согласовывать материалы могут, наверное, только журналисты бумажных газет и журналов, которые выходят в свет раз в неделю или раз в месяц. А как согласовывать материалы, например, телевизионщикам, которые зачастую монтируют новостной сюжет прямо с колес? А согласовывать материалы журналистам интернет-изданий, которые вообще пишут свои репортажи в режиме онлайн? Поэтому здесь, я считаю, скорее, вопрос этики и доверия. А если не нравится — смотри пункт 1».

Добавим, статья 29 Конституции РФ и статья 3 закона «О СМИ» указывают на недопустимость цензуры.

Цензура массовой информации, то есть требование от редакции средства массовой информации со стороны должностных лиц, государственных органов, организаций, учреждений или общественных объединений предварительно согласовывать сообщения и материалы (кроме случаев, когда должностное лицо является автором или интервьюируемым), а равно наложение запрета на распространение сообщений и материалов, их отдельных частей — не допускается.

То есть возможность у интервьюируемого требовать текст на согласование, конечно, есть. Однако обязанности журналиста предоставлять текст на согласование законодательно не предусмотрено.

Юрист Центра защиты прав СМИ Светлана Кузеванова отмечает, что требования к согласованию текста незаконны.

«Такие требования пытаются обычно включить в каждое положение об аккредитации при органах власти, потому что, конечно же, органы хотят каким-то образом контролировать контент, создаваемый журналистами и аккредитованными при них редакциями. Однако аккредитация не предусматривает, что редакции будут работать так, как хочет аккредитирующий орган, будут писать только хорошее. То есть, критические материалы никто не отменял. Наличие аккредитации — это не покупка лояльности», — подчеркнула Кузеванова.