Друг Путина, монгольский Трамп: как олигарх стал главой государства

Заработав первые деньги на поставках в Монголию джинсов и видеокассет, Халтмагийн Баттулга в конце 90-х начал строительство своей бизнес-империи Genco, позаимствовав название из «Крестного отца». Став одним из богатейших людей в стране, под лозунгами, которые очень роднят его с Дональдом Трампом, Баттулга в 2017 году был избран президентом. С тех пор он подружился с Владимиром Путиным, подарил коня сыну Трампа и зачистил у себя в стране весь судейский корпус — историю «монгольского Трампа» рассказывает Bloomberg Businessweek.

Герой. Когда-то Монголия была "16-й республикой СССР", но связь со страной оборвалась после студенческих протестов начала 90-х, участники которых выступали за полную автономию. Почти сразу Монголия приступила к рыночным реформам, и это больно ударило по большей части населения. По аналогии с российскими олигархами нынешний монгольский лидер оказался одним из немногих, кому в эти годы удалось заложить фундамент для своей будущей бизнес-империи.

Во время приватизации Genco скупила множество госактивов — от отеля «Баянгол» до мясоперерабатывающего завода «Макс-Импекс». Тогда же Баттулга запустил один из первых в стране сервисов такси City Taxi, открыл розничный магазин Sapporo, ресторан и сеть ночных клубов, организовал первые гослотереи, а ближе к 2000-м к этому добавилось еще и туристическое агентство Genco Tour Bureau. Два года назад общая стоимость подконтрольных Баттулге компаний оценивалась в $23 млн.
Но как минимум один его масштабный проект задумывался не ради денег. Недалеко от Улан-Батора по заказу Баттулги десять лет назад возвели 40-метровую конную статую его кумира — Чингисхана. Впоследствии ее признали крупнейшей конной статуей в мире. На ее строительство в 2008 году монгольский бизнесмен пожертвовал $4,1 млн. На входе в Государственный дворец, где он сейчас работает президентом, тоже красуются статуи Чингисхана.

Статуя Чингисхана в Цонжин-Болдоге. Фото: Martin Vorel

Приход в политику. В 2004 году Баттулга избрался в местный парламент. Через год его назначили министром дорог и транспорта, а еще через четыре года — министром промышленности и сельского хозяйства. При Баттулге в Монголию пришел англо-австралийский горнорудный гигант Rio Tinto, он же — крупнейший за всю историю страны зарубежный инвестор. Благодаря ему в 2011 году ВВП Монголии вырос на рекордные 11%, в столице появились первые Porsche и Louis Vuitton.

Руководители Rio Tinto поверили в монгольский имидж открытой, дружелюбной страны, которая, в отличие от своих соседей, идет по пути демократии.
С 2010 года компания инвестировала в страну больше $7,5 млрд, выплатив в виде налогов, роялти и других сборов за участие в медно-золоторудном проекте Oyu Tolgoi еще около $1,5 млрд.
Но в итоге Rio Tinto вынуждена была приостановить работы. Проект сопровождали политические интриги и коррупционные скандалы — с подписания инвестиционного соглашения в 2009 году в Монголии арестовали двух бывших премьер-министров и одного министра финансов.

Президент. Экономический рост в Монголии закончился так же стремительно, как и начался. В 2014 году цены на сырье рухнули вместе с тугриком, зарплаты сократили, и население резко обеднело. Правительству пришлось приостановить все инфраструктурные проекты и занимать деньги у МВФ. Люди вышли на улицы с протестами, обвиняя в своем бедственном положении коррумпированных политиков, местных богачей и пришлых инвесторов.

В один ряд с ними встал и Баттулга — уже тогда один из богатейших людей в стране и видный чиновник, проходящий по делу о коррупции. Его обвиняли в растрате средств во время строительства железной дороги к крупнейшему угольному месторождению страны Таван-Толгой, которым занималось КОО «Развитие инфраструктуры» — совместное предприятие РЖД и Монголии.

«Наше богатство уходит за пределы страны», — скандировал Баттулга во время протестов. Публика воспринимала все это тепло, и бизнесмен, подобно Дональду Трампу, использовал все возможные популистские лозунги в своей президентской кампании. Борясь за пост президента, Баттулга предлагал снимать с постов госслужащих, у которых будут обнаружены счета в офшорах или коррупционные связи, а также ограничить проникновение в добывающую отрасль страны зарубежного капитала, главным образом — китайского.

Это сработало, и в 2017 году Баттулга, выдвигавшийся от демпартии, стал президентом Монголии. Вступив в должность, он немедленно предложил 49 монгольским предпринимателям и политикам вернуть в течение 49 дней из офшоров все деньги. Это, впрочем, не возымело никакого эффекта.

Друг Путина. С конца 90-х годов, когда китайские компании в Монголии были куда более активны, чем российские, многое изменилось. За два года пребывания у власти Баттулга успел несколько раз повстречаться с Владимиром Путиным и даже подружиться. В начале сентября Путин приезжал в Улан-Батор для участия в торжествах по случаю юбилея победы на Халхин-Голе и в ответ на радушный прием пригласил большую монгольскую делегацию на празднование 75-й годовщины Победы. Одновременно Россия и Монголия договорились о создании совместного фонда инвестиционного сотрудничества.

«Мы почти полностью зависим от России в плане нефти и электроэнергии, поэтому нам необходимо тесно сотрудничать», — объясняет Баттулга в публичных выступлениях. С Владимиром Путиным у него сложились теплые личные отношения.

Как и российский президент, он часто рассказывает, что вырос в простой семье.
Еще одна точка соприкосновения — боевые искусства. Чтобы постоять за себя, Баттулга рано начал заниматься самбо, а в итоге стал президентом национальной федерации дзюдо. В 2017 году премьер-министр Японии Синдзо Абэ даже предлагал пригласить президентов России и Монголии, обладателей черных поясов по дзюдо, в Японию для проведения показательной схватки.

Владимир Путин и Баттулга Халтмагийн во время подписания документов по итогам российско-монгольских переговоров. Фото: kremlin. ru

Укрепившиеся связи Монголии с Россией вызывают опасения на Западе, особенно у США, с которыми у прошлых монгольских лидеров были более тесные взаимоотношения. В конце июня Монголию посетил теперь уже бывший советник по национальной безопасности США Джон Болтон, после него с визитом приехал министр обороны Марк Эспер. В свою резиденцию монгольского лидера приглашал и сам Дональд Трамп. В знак благодарности Баттулга подарил сыну американского президента лошадь по кличке Победа.
С американским лидером у Баттулги тоже много общего. Как и Трамп, он часто рассказывает, что его карьера в бизнесе помогла ему «изнутри» узнать, как работают государственные институции.

«Я хорошо знаю все этапы монгольского экономического перехода. А еще я знаю, что монгольские суды, прокуратура и антикоррупционные агентства стали органами, которые работают в интересах определенных людей», — говорил Баттулга.

Скандал. С этой частью политического истеблишмента у президента отношения не сложились. И это вылилось в новый политический кризис в стране.

Став президентом, Баттулга публично попросил генпрокурора страны начать расследование против своего предшественника на посту главы государства Эльбегдоржа Цахии, либерала с гарвардским образованием. Баттулга обвинял его в коррупции — невыгодной сделке с западными инвесторами, которым бывший президент якобы пытался продать крупное угольное месторождение.
Генпрокурор не подчинился, заявив, что для начала расследования ему необходимо юридическое обоснование, которого президент предоставить не может.
Тогда Баттулга в срочном порядке подписал законопроект, позволяющий Совету национальной безопасности — он состоит из самого президента, лояльного к нему премьер-министра и спикера парламента — увольнять чиновников и силовиков одним днем. На следующий день после подписания документа Баттулга сместил с должности генпрокурора, верховного судью, а затем и всю «верхушку» Антикоррупционного агентства Монголии, которое раньше занималось его делом об отмывании в ходе строительства железной дороги.

Постепенный переход ко все более авторитарному руководству население Монголии пока прощает: в экономическом плане жизнь в стране стала лучше, молодые монголы нередко возвращаются в страну, получив образование за рубежом, а вчерашние революционеры, стоявшие на баррикадах, не жалуются на ситуацию со свободой слова — один из самых известных в стране в прошлом оппозиционных политиков заседает в парламенте и возглавляет политическую партию, другой — создал авторитетный аналитический центр.