Урал ответит за слова Путина

В Екатеринбурге проведут опрос по поводу нового места для храма, который не был построен в сквере из-за протестов. Плебисцит понадобился, чтобы исполнить туманное указание президента. Но кончиться он может скандалом и новыми протестами, предупреждает политолог Федор Крашенинников

Фёдор Крашенинников.

14 октября в Екатеринбурге состоится общегородской опрос: горожане смогут прийти на избирательные участки и высказать свое мнение по поводу места строительства собора св. Екатерины, проголосовав за один из двух предложенных вариантов. Несмотря на то, что звучит эта фраза как привет из Швейцарии, где горожане решают все проблемы на референдумах, реальный смысл происходящего прямо противоположен декларируемому.

Итоги горячего мая

Майские протесты в Екатеринбурге довольно широко освещались, поэтому пересказывать всю последовательность событий нет никакого смысла. Напомним лишь, что в результате закулисного сговора городских властей, православной митрополии и спонсоров было принято решение соорудить новый кафедральный собор Екатеринбурга на месте любимого горожанами сквера, что привело к многодневным протестам.

Ситуация неуклонно двигалась к насилию, и первые его случаи уже были зафиксированы, как вдруг в дело вмешался Владимир Путин и потребовал учесть мнение горожан. Атака сторонников строительства собора в сквере захлебнулась. Были обнародованы цифры опроса ВЦИОМ, из которых следовало, что 74 процента горожан не хотят видеть собор именно там. Забор, поставленный на месте стройки, убрали, и протесты закончились.

Вопрос перешел в стадию закулисных торгов и обсуждений, в результате которых, хоть и не без скандалов, злополучный сквер был исключен из окончательного списка площадок под застройку.

В итоге сами спонсоры строительства выбрали новую площадку для предполагаемого собора — тоже в центре города и даже на берегу городского пруда, но на месте корпусов неработающего Приборостроительного завода, принадлежащих одному из зачинателей и спонсоров всего проекта — структурам Уральской горно-металлургической компании. Несмотря на то, что вопрос «так ли уж нужен еще один православный собор в центре Екатеринбурга?» было предложено не обсуждать вовсе, в целом ситуация разрядилась: старый завод все-таки не сквер, находится он в частных руках, кроме того, вплотную примыкает к резиденции губернатора, так что речь по сути идет о застройке правительственного квартала, который простому человеку и посещать-то незачем.

Казалось бы, все встало на свои места и надо радоваться тому, как все удачно сложилось: есть спонсоры строительства, у которых есть деньги, и место для строительства, которое устраивает и церковь, и власть и едва ли вызовет сколько-нибудь заметные протесты даже со стороны неверующих и антиклерикально настроенных горожан.

Но есть одна проблема, которая мешает закрыть этот вопрос и вновь возвращает ситуацию на стадию скандала с непредсказуемыми результатами. Проблема эта — те самые слова Путина, которые в свое время остановили стройку в сквере.

Золотые слова президента

Владимир Путин едва ли имел какую-то развернутую информацию о ситуации в Екатеринбурге в связи со строительством собора и протестами вокруг него. Во всяком случае, из его ответа на вопрос журналиста по поводу протестов в Екатеринбурге следует именно это. Тем не менее, несколько весьма путаных и двусмысленных слов Путина спустя месяцы не дают покоя Екатеринбургу, ибо чиновники считают своим долгом любой ценой исполнить указание президента, несмотря даже на то, что оно очевидным образом неактуально, бессмысленно и невыполнимо.

Что же сказал Путин? Цитируем по государственному информагентству: «Это ваша чисто региональная история… Но все имеют право на собственное мнение, и если речь идет о жителях этого микрорайона, то, безусловно, нужно это мнение учесть. Если речь идет не о записных активистах из Москвы, которые приехали, чтобы пошуметь или себя попиарить, а если речь идет о местных жителях, то, конечно, это нельзя не учитывать».

Если отбросить типичные для власти рассуждения про «записных активистов из Москвы», ни одного из которых так и не было предъявлено обществу, то остается два практических указания. Во-первых, Путин однозначно спускает решение проблемы на уровень региона. Во-вторых, он предлагает учесть мнение жителей «этого микрорайона».

Надо сказать, что региональные власти в лице губернатора Куйвашева поспешили свалить разрешение «региональной истории» на плечи ими же назначенного главой Екатеринбурга бывшего вице-губернатора Выскинского, превратив региональную историю в муниципальную.

Но по-настоящему неразрешимые трудности возникли с «жителями микрорайона»: во-первых, место протеста не входит ни в какой микрорайон, потому что в центральной части Екатеринбурга такой административно-территориальной единицы не существует. Во-вторых, предложение «учесть мнение» тоже мало что дает в практическом смысле: идет ли речь о социологическом опросе, о референдуме или о чем-то другом?

Чиновничий фундаментализм

Вся эта история интересна в разрезе превращения Владимира Путина в административное божество, любая оговорка которого немедленно отливается в бронзе и заставляет чиновничий аппарат если не исполнять повеления начальника, то как минимум активно это самое исполнение имитировать.

Неисполнимое и весьма туманное пожелание президента России было воспринято региональными и городскими чиновниками с тем же благоговением, с которым религиозные фанатики относятся к заповедям своего священного писания

Не очень понятно, идет ли это «сверху», из окружения президента России — то есть, допустим, существуют ли какие-то чиновники, которые записывают все речения вождя и потом тщательно контролируют их исполнение. Или же мы в очередной раз видим пресмыкание чиновников с нижних ступеней властной иерархии, которые не смеют даже истребовать в высочайшей канцелярии каких-то внятных разъяснений по спорным вопросам и уж тем более передать наверх сообщение, что рекомендованный Путиным опрос можно и вовсе уже не проводить, так как протесты кончились и все договорились.

Факт остается фактом: неисполнимое и весьма туманное пожелание президента России было воспринято региональными и городскими чиновниками с тем же благоговением, с которым религиозные фанатики относятся к заповедям своего священного писания. Впрочем, как мы увидим ниже, не обошлось без извращенной схоластики и невероятных интерпретаций, де-факто вывернувших слова Путина наизнанку.

Что же произошло?

Во-первых, на знамя было поднято слово «опрос». При этом трактовано оно было весьма странно — не как еще один социологический опрос, а как некий референдум с бросанием бюллетеней в урны на участках. Возможно, здесь уже включилась логика «лучше перебдеть, чем недобдеть», поэтому от греха подальше и во избежание каких-то обвинений опрос был де-факто превращен в некое подобие общегородского референдума. Но только подобие, о чем ниже.

Во-вторых, упомянутый Путиным опрос жителей микрорайона превратился в общегородской опрос. Почему? Как уже говорилось, никакого микрорайона как территориальной единицы в этой части Екатеринбурга не существует: центр города разделен между городскими районами, но проводить опрос в одном из них — совсем тупиковая идея: весь скандал разгорелся вокруг застройки сквера в самом центре города, и непонятно, почему надо спрашивать мнение далеких от центра «спальников» и игнорировать мнение жителей соседних кварталов.

В-третьих, Путин предложил вариант разрешения ситуации вокруг конкретного сквера, что очевидным образом следует и из сказанных им слов, и из контекста, в котором они прозвучали. Легко убедиться лично, перечитав цитату президента: из комментария Путина никак не следует, что если для собора будет найдено другое место и оно не будет вызывать таких возражений, как сквер, то его обязательно надо утверждать с помощью опроса.

Но ни губернатор, ни мэр даже не попытались (или попытались, но не смогли, что само по себе многое сообщает об их весе и влиянии) донести до Кремля информацию, что ситуация изменилось и слова про опрос жителей микрорайона лучше тихонечко забыть.

Опрос ради опроса

Что же мы имеем в итоге? С одной стороны, новое место под строительство давно выбрано. То, что строительство планируется на месте корпусов Приборостроительного завода, настолько не скрывается, что действующий глава города Александр Высокинский прямо заявляет, что даже если люди проголосуют за другое место, на уже согласованной территории все равно будет построена церковь. В принципе, новое место для будущего собора не вызывает каких-то особых протестов — во всяком случае, пока. Но, как кажется, городские и региональные власти делают все, чтобы новый скандал все-таки случился. Речь как раз о том самом опросе.

По сути, власти с его помощью пытаются решить непростую задачу: провести такой опрос, чтобы по его итогам победило заранее согласованное ими место. Легко заметить, что все это похоже на любые российские выборы: выбирайте кого хотите, но победить должен тот, кто нужен!

Уже сейчас понятно, что странный опрос на участках пройдет в худших традициях муниципальных голосований: мизерная явка, вбросы, подвозы, скандалы и всеобщая неудовлетворенность итогами

Однако учитывая непопулярность, неумелость и полную политическую и хозяйственную недееспособность команды нынешнего градоначальника и бывшего вице-губернатора Высокинского (избранного, что важно отметить, не на прямых выборах, а депутатами городской думы) совершенно ненужный опрос необратимо превращается в обычный для России скандал вокруг попытки власти обмануть население с помощью процедур электорального типа.

Неловкие попытки изобразить диалог с общественностью на фоне наглого продавливания уже принятых решений приводят к росту недоумения и возмущения в городе: сначала всем было предложено выбрать участки для строительства, но по итогам большинство предложенных вариантов было забраковано чиновниками под самыми странными предлогами. Потом городские чиновники предложили несколько вариантов, но очень быстро список сократился до двух — Приборостроительного завода и участка в районе Макаровского моста. Потом началась агитация за уже согласованный спонсорами участок из каждого городского утюга. Короче говоря, все сделано для того, чтоб взбесить даже вполне благонамеренных горожан.

Нездоровая атмосфера вокруг опроса и наличие в списке второго участка провоцирует протестное голосование, о котором уже активно пишут в соцсетях: раз власти хотят так — что ж, значит надо голосовать иначе.

Естественно, добиваться своего городские власти будут всеми способами, и уже сейчас понятно, что странный опрос на участках пройдет в худших традициях муниципальных голосований: мизерная явка, вбросы, подвозы, скандалы и всеобщая неудовлетворенность итогами. Про то, что на совершенно бессмысленную процедуру, результаты которой в любом случае не имеют никакого юридически значимого статуса, будут потрачены миллионы рублей из бюджета, даже и говорить не приходится.

Реальная проблема

Мало кому за пределами Екатеринбурга интересны все эти детали. Внимание к ситуации было привлечено только массовыми протестами и тем, что они принесли результат — остановили строительство на уже согласованном месте.

Но история про строительство церкви обнажает всю глубину деградации и недееспособности местной власти в России — особенно в вопросах, которые требуют элементарного учета мнения населения.

Ни глава региона, ни глава города, которые до протестов активно выступали за стройку в сквере и тем самым фактических их спровоцировали, не обладают достаточным авторитетом и навыками коммуникации с гражданами — но оба по-прежнему занимают свои посты.

Представительные органы во время протестов никак себя не проявили, а после вмешательства Путина бросились решать одну задачу — найти способ отчитаться «наверх» о выполнении президентского пожелания об опросе. При этом вполне очевидно, что если бы городская дума действительно представляла население Екатеринбурга, решения, приведшие к протестам, никогда бы не были приняты, и проводить опросы тоже не понадобилось бы. Но как в России проходят муниципальные выборы и с помощью каких трюков большинство всегда остается за ставленниками исполнительной власти — вся страна недавно имела возможность убедиться еще раз. И в этом смысле в Екатеринбурге ситуация ничуть мне лучше, чем в других городах.

Региональная и особенно муниципальная власть в современной России представляет только саму себя и вышестоящее начальство, и в любых спорных ситуациях чиновники и депутаты не только не способны погасить конфликты без вмешательства Кремля, но и наоборот — своим привычным презрением к населению только усиливает их и провоцирует людей на уличные протесты. И еще не известно, не станет ли опрос 14 октября началом новой серии протестов в Екатеринбурге — уже не по поводу места строительства нового собора, а по поводу безобразных фальсификаций и нарушений, без которых, как все уже понимают, планируемый опрос не обойдется.

Фото: Артём Устюжанин/E1.RU