«Отсутствие правовых гарантий». Как и почему московские активисты борются с системой распознавания лиц

В апреле 2018 года юриста и общественного деятеля Алену Попову задержали на пикете с требованием отставки Леонида Слуцкого у здания Госдумы в Москве. Суд тогда оштрафовал ее на 20 тысяч рублей, представив в материалах дела снимки, сделанные столичной системой видеонаблюдения. Через полтора года Попова при поддержке Роскомсвободы подала в суд — она считает, что московские камеры, отслеживая ее перемещения, нарушают ее конституционное право на частную жизнь. Мы поговорили с инициаторами иска и выяснили, как возникло, а затем разделилось движение против московской системы распознавания лиц.

«Даже судья сказал, что меня «камеры приближают»», — рассказывает Попова про ее суд за пикет у Госдумы. При повторном изучении материалов дела она и ее адвокат видели, как устройство начинает следить на ней еще до начала пикета. В фокусе камеры наблюдения у Думы Алена проведет весь тот день вплоть до задержания, несмотря на то, что система не имела права на слежку без решения суда или письменного разрешения гражданина — поясняет активистка. В этой ситуации Департамент информационных технологий Москвы, в чьем ведомстве находятся московские камеры, нарушает закон о персональных данных, а также 23 и 24 статьи Конституции. С этими материалами она подала гражданский иск к Департаменту информационных технологий Москвы, МВД и Роскомнадзору. Юрист создала петицию на change.org и будет требовать запрета технологии для столичных правоохранителей.

До недавнего времени Попова и Роскомсвобода работали вместе над этой инициативой, однако несколько дней назад их позиции разошлись. Роскомсвобода теперь выступает за временный мораторий технологии биометрического распознавания, а Попова — за тотальный запрет технологии как антиконституционной. По ее мнению, запрет биометрического распознавания граждан в России — необходимая мера. «Либо мы забываем о приватности и автономности, либо мы договариваемся, чтобы Конституция нас защищала», — говорит она. В качестве аргумента Попова приводит Сан-Франциско, где аналогичная система камер запрещена в черте города, но работает в «местах массового скопления людей», например — в аэропортах.

Саркис Дарбинян, юрист Роскомсвободы, комментируя идею Поповой, говорит, что их проект «старается не скатываться в луддизм». По его словам, Роскомсвобода считает биометрию потенциально благотворной технологией — но неприемлемой в нынешнем виде «в отсутствие правовых гарантий от государства». В одном активисты сходятся: они считают систему распознавания лиц крайне непрозрачной. Получить данные о том, в какой степени городские камеры следят за гражданами, нелегко. Для этого нужно направлять официальные запросы в Департамент информационных технологий. При этом, по словам Дарбиняна, никто не может повлиять на сам процесс выдачи данных. Адвокат предполагает, что чиновники могут выдать гражданину неполную или откорректированную информацию.

Несмотря на то, что Дарбинян не будет представлять Попову в суде, Роскомсвобода не отказывается от борьбы. По его словам, в планах у проекта еще несколько исков от людей, в чьих делах за летние протесты появились данные с камер. Технология, которая изначально заявлялась как мера безопасности во время чемпионата мира по футболу в 2018 году, теперь будет перепрофилироваться под митинги. По словам Дарбиняна, основной подрядчик системы распознавания, «Ситроникс» («дочка» АФК «Система»), предложит проект «обеспечения общественного порядка на массовых мероприятиях» при помощи камер. «Власти уже не скрывают, что хотят использовать систему не только для поиска пропавших детей и поимки беглых преступников, но и в отношении широкого круга лиц».

Дарбинян говорит, что Роскомсвобода пройдет вместе с активистами вплоть до Европейского суда по правам человека. По его словам, вопрос о системах биометрического распознавания сейчас актуален «для всего Совета Европы, для США». Череда исков, которую планирует Роскомсвобода, может растянуться на несколько лет: «Практика европейского суда склоняется к тому, что даже если вы являетесь {tooltip}косвенной жертвой{end-texte}Косвенная жертва в практике ЕСПЧ — лицо, которое само не претерпело ущерба, но может испытывать нарушение своих личных прав из-за того, что нарушены права другого — как правило, близкого ему человека или родственника.{end-tooltip}, вы все равно имеете право на судебную защиту».